По мнению экспертов, сейчас на рынке труда наблюдается избыток юристов: в среднем на одну вакансию приходится 133 соискателя. А вот самыми дефицитными стали программисты. Судите сами: на одно резюме, размещенное на сайте кадрового агентства и не сопровождающееся адресной рассылкой в отделы кадров фирм и организаций, моментально появляется несколько десятков предложений о работе. Причем зачастую потенциальных работодателей не смущает даже тот факт, что специалист подходит им только по какому-то одному из пунктов предъявляемых требований. Более того, эксперты уверены: в 2012 году спрос на IT-специалистов всех уровней – от начинающих до директоров – будет расти и дальше.

О востребованности программистов на рынке труда, о том, в чем залог успеха крупного IT-холдинга, рассказал директор компании «Релби» (входит в «Западно-Европейский Финансовый Союз») Максим Долгополов.

Первый рубль – еще в школе

- Максим Владимирович, расскажите о своем детстве. Где вы родились?

– Мне посчастливилось родиться в Ленинграде. А мои родители родом из Саратовской области. Сюда приехали вместе с моей старшей сестрой Наташей в середине семидесятых годов.

Кстати, если верить семейному преданию, одна из моих прабабушек жила в дореволюционном Петербурге, была замужем за коммерсантом. В семнадцатом году мужа расстреляли, а она была вынуждена бежать из города. В конце концов поступила на работу в одну семью, жившую в Тамбовской области. Вела хозяйство. Ее там очень ценили за трудолюбие и рачительность. Там же она обрела свое счастье – вышла замуж за сына супружеской пары, которая спасла ее от ужасов октябрьского переворота. Так что получается, что корни нашей семьи – петербургские, и переезд родителей в Ленинград на самом деле – возвращение.

– Кто Ваши папа и мама по профессии?

– Мои родители – простые труженики. Отец всю жизнь был шофером. Мама сначала устроилась работать в отдел кадров, потом – мастером по обучению и кассиром. Много позже перешла из совхоза на работу в город.

– Вы поддерживаете отношения с родителями, сестрой?

– К сожалению, папа и мама расстались, когда мне было пять лет. Но я общался с отцом, пока он был жив. Жалею только об одном: не успел дать ему того, что мог бы сейчас. А с сестрой мы не просто общаемся. Наташа работает в моей компании, является одним из руководителей и отвечает за очень ответственное направление. Она, мама и мой сын – самые близкие для меня люди.

– У Вас было счастливое детство?

– И детство, и сегодняшняя жизнь. Правда, сейчас я не могу назвать себя полностью счастливым человеком. Как сказал один мудрец, «человек может водить за собой войско, побеждать, управлять людьми и их разумом, но, если у него нет любви, он – ничто». Для меня счастье неразрывно связано с семьей.

– Вы не женаты?

– Разведен. Хотя женился не рано – в двадцать девять лет. Но, к сожалению, брак не сложился. Теперь надеюсь вновь создать семью, где будет много детей. Пока же у меня один сын – Григорий, ему четыре года.

– Опишите, пожалуйста, свой идеал женщины?

– Мне нравятся женщины умные, увлеченные каким-то делом. Я восхищаюсь теми из них, кто в жизни сумел чего-то добиться собственными силами. Для меня важно и то, что моя избранница сможет дать детям, чему научить. Словом, какой она будет мамой. Некоторые красивые девушки уверены, что учиться и работать им необязательно. Ведь их внешняя привлекательность – уже преимущество, которое только нужно выгодно использовать. Такие мне неинтересны.

– Легко ли давалась учеба в школе и куда Вы поступили после ее окончания?

– Учился хорошо и успевал по всем школьным дисциплинам, а математику вообще знал на «отлично». В девяносто третьем году получил школьный аттестат и поступил в морской колледж при академии имени Макарова. Хотелось бороздить моря и океаны. Кстати, у меня эта тяга к морю была всегда. И даже сейчас есть небольшая лодочка, на которой я иногда хожу по окрестностям Петербурга – сам себе капитан. Впрочем, не меньше люблю и горы, поэтому уже много лет увлекаюсь альпинизмом.

– Вы предпочитаете общаться с природой в одиночестве или в компании?

– По-разному. Когда отправляешься в путешествие один, получаешь прекрасную возможность осмыслить происходящее, обдумать планы на будущее. Временами это очень полезно. Но, конечно, приятнее быть в дружной компании, среди жизнерадостных и доброжелательных людей. Особенно приятно, если твои друзья так же восхищены величием гор, как и ты сам.

Знаете, в свое время мой преподаватель – профессор кафедры политологии петербургского университета Александр Иванович Юрьев – процитировал кого-то из мудрых: «Человек счастлив, когда он дает». Разумеется, есть и другая позиция. Однажды ведущий какого-то ночного ток-шоу на первом телеканале задавался тем же вопросом. По его мнению, человек бывает счастлив тогда, когда что-то приобретает. Не берусь его осуждать за такой приземленный взгляд на жизнь, но мне самому все-таки ближе точка зрения мудреца, процитированного Юрьевым.

Много раз я убеждался в истинности этих слов на собственном опыте. Например, когда брал друзей в горы, чтобы они, преодолев все трудности восхождения, поднялись на вершину и получили удовольствие от открывшегося их взгляду пейзажа. Или когда приводил на аэродром очередного новичка, чтобы он тоже испытал так хорошо знакомый мне восторг от прыжка с парашютом. В такие моменты я всегда бываю по-настоящему счастливым. Потому что вижу счастливыми других.

– Вы ходите по морю, поднимаетесь в горы, прыгаете с парашютом… Чему еще хотели бы научиться?

– К сожалению, парашютным спортом больше не занимаюсь, а научиться хочется многому. Например, лучше знать иностранные языки, а английским овладеть в совершенстве. Будучи взрослым, я стал больше интересоваться отечественной историей. С большим интересом читаю и мемуарную литературу. Правда, увы, свободного времени для подобных увлечений с каждым годом остается все меньше.

– Как Вы заработали свой первый рубль?

– Еще в детстве, когда с приятелями мыл машины недалеко от дома. Помню, что уже в одиннадцать лет в день зарабатывал больше, чем родители в месяц.

– Неужели на автомойке?

– Нет, после мытья машин занялся продажей газет и мороженого. Это было в восемьдесят девятом-девяностом годах. При этом, подчеркиваю, учебу не забрасывал. Работал только после уроков и не в ущерб успеваемости.

– Как проводили летние каникулы?

– Обычно половину лета работал, а потом ездил на свою вторую родину – в Саратов. Там у нашей семьи много родственников. На заработанные деньги покупал билет на самолет – и вперед: к солнцу и Волге.

– А Вы бы хотели, чтобы Григорий в какой-то момент пришел в Ваш бизнес?

– Мои дети должны любить учебу, спорт и труд, а еще – чтить семейные традиции. Так я хотел бы их воспитывать. И Григория – в первую очередь. Почему наше поколение сильнее тех, кто идет за нами? Потому что мы росли в других условиях. Тогда практически ни одно из благ нам не доставалось от рождения, всего добивались собственным трудом.

– Значит, когда Григорию исполнится лет пятнадцать, отправите его мыть машины?

– Я считаю это нормальным. У нас в России как-то потеряно представление о том, что труд – достойный путь к материальному благополучию. Если в советское время нам это объясняли на примере книг и фильмов, сейчас этого не делается. Наоборот, с кино- и телеэкранов детей последовательно приучают к мысли, что насилие – самый верный способ обогатиться. Зачем работать, если можно ограбить банк?! Убежден, мы, общество и власть, должны срочно что-то предпринять. Необходимо защитить наших детей от этой духовной деградации.

Лихие 90-е

– Что случилось в девяносто шестом году, компроматные сайты писали даже о вашей судимости?

– Поплатился за неразборчивость в знакомствах. Все произошло на квартире случайного знакомого, к которому мы с приятелем и девушкой пришли в гости. Я был уверен, что вступившись за даму, которой весьма настойчиво домогался хозяин дома, поступаю правильно. Приятель, видимо, решил воспользоваться завязавшейся потасовкой и ограбить квартиру. Мне было семнадцать лет – возраст, когда твердо веришь и в собственные представления о чести, и в честность милиции. Ведь на первом допросе мне твердили одно: не важно, соучаствовал ты в беззаконии или нет. Главное – подпиши протокол, тогда пойдешь домой. И я подписал…

– Кто поддержал, поверил в Вашу невиновность?

– Семья. Прежде всего, мама и сестра. Этот эпизод очень долго не давал мне покоя, потому что действия милиции и позиция суда оказались несправедливыми. Меня вынудили подписаться под тем, чего я не совершал, а людей – дать ложные показания. Спустя пятнадцать лет мне удалось инициировать процесс. Городской суд, вновь собрав всех участников того инцидента, установил подтасовку доказательств и отменил вынесенный в отношении меня в 1996 году приговор: я не виновен. Таким образом, государственное обвинение признало собственную неправоту. Считаю это своей серьезной победой.

– Чему научила Вас эта история?

– Отличная школа жизни. И, поверьте, говорю это не для красного словца. Я стал разборчивее в людях и существенно сократил круг общения. А главное – обрел веру. Господь посылает испытания тем, кого любит. Так что у меня нет причин жалеть о прошлом. Думаю, что именно тогда выбрал свой путь, по которому двигаюсь и сегодня. После этого случая я с головой ушел в работу. На дворе была вторая половина девяностых – время, когда в нашу жизнь сначала вошла пейджинговая, а потом и сотовая связь. Я смог организовать небольшой бизнес, были открыты первые офисы и первый магазин – пейджеров и сотовых телефонов.

– Что ж, Ваш небольшой бизнес вырос в многопрофильную холдинговую компанию «Западно-Европейский финансовый союз».

– Одно из новых и очень перспективных направлений в деятельности нашего холдинга связано с созданием компьютерных игр. И, разумеется, успех наших проектов в немалой степени зависит от таланта и профессионализма программистов.

Об опытных специалистах и промахах

– Зачастую вчерашние выпускники вузов обладают самыми передовыми знаниями, но не имеют практического опыта. Следовательно, не застрахованы от ошибок. Чем это может им грозить, если они работают в «ЗЕФСе»?

– Невозможно стать опытным специалистом, не допустив в работе ни единого промаха. Когда человек ошибается, но проявляет старание, искренне стремится сделать свою работу как можно лучше, я обязательно дам ему шанс исправить ситуацию. Если же он допускает огрехи и не воспринимает критику, я поставлю его перед выбором: уйти или занять более скромную должность. И это правило распространяется не только на рядовых сотрудников, но и на тех, кто занимает в нашем холдинге руководящие должности.

– Как Вы относитесь к увольнениям и часто ли прибегаете к этой мере?

– Когда возникает необходимость увольнения, я всегда иду на этот шаг с тяжелым сердцем. В особенности, если мера эта вынужденная и связана с оптимизацией отдельных направлений бизнеса. Хотя, когда речь идет о сильном сотруднике, я его оставляю в команде, что бы ни случилось.

– При каких условиях Вы будете способствовать карьерному росту сотрудника?

– Если вижу, что он добросовестно выполняет порученную работу и инициативен. То есть, предлагает эффективные решения возникающих проблем и интересные идеи, которые способствуют развитию подразделений холдинга. Таким работникам я стараюсь предоставить все возможности для продвижения по карьерной лестнице. Более того, готов сделать их партнерами по проектам. Сегодня у нас такая разветвленная сеть компаний, что мы можем предложить широкую линейку должностей. Так что талантливым и амбициозным людям в «Релби» и «ЗЕФСе» есть куда расти.

– На что, как Вам кажется, должны обратить внимание сотрудники, устраиваясь на новое место работы?

– На условия труда. Любая уважающая себя фирма или организация стремится создать наибольший комфорт для своих сотрудников. Это и достойный размер заработной платы, и хорошо оснащенные рабочие места, и справедливая кадровая политика, и высокая культура внутрикорпоративных отношений. И, конечно, как руководитель я ставлю перед собой задачу сделать так, чтобы мои сотрудники приходили на работу с удовольствием. Чтобы они могли радоваться достижениям компании и сами становились успешными.

Добавляйте CСб в свои источники дзен