globallookpress.com

Мужчина сам решает носить ему усы и бороду или нет. Женщина тоже предпочитает сама решать, сколько и в каких местах у нее должно быть волос. Но есть и такое понятие, как «рост волос по мужскому типу». Дело в том, что жесткие волосы в определенных местах должны расти только у мужчин.

И если жесткие волосы начинают расти в «мужских» местах у женщины, такое явление называется гирсутизм. Как ни странно, многие женщины имеют способность к отращиванию усов и бороды. Аномальный рост этих сугубо мужских признаков обусловлен переизбытком андрогенных гормонов в женском организме. Удивительно, что в один из периодов средневековья гирсутизм, а именно женская борода, считался знаком особого расположения Бога, а потому удалять такой знак никому и не приходило на ум. Однако позже «святая» инквизиция решила, что этим знаком отмечает Дьявол, а не Бог, а потому волосы было принято удалять, причем вместе с телом, желательно на костре. Сегодня никто не прибегает к таким радикальным мерам, однако каждая женщина должна знать, что появление жестких волос в «мужских» местах действительно может быть знаком. Прежде всего, того, что пора обраться к врачу, предупреждает научно-популярный сайт Эксперт здоровья. В интернете немало разнообразных материалов на эту тему. И не только.

В прошлом для бородатых женщин и огромного количества людей, которые сегодня могли бы вести полноценную жизнь, дорога была только одна — в цирк уродов. Но у этой дороги были и положительные стороны. Если в XV веке циркачи в основе своей были нищими, а цирк вмещался в один-единственный вагончик, то два века спустя цирковое дело стало бизнесом.

И в рамках этого бизнеса начало активно развиваться весьма сомнительное в нравственном отношении направление — шоу уродов. Если во времена Квазимодо участью инвалида были побои, тычки и тухлые яйца, то Новое время начало приносить фрикам барыши. Именно эти три века — с XVIII по начало XX — стали золотой эрой цирков уродов: прибыль уже была существенной, а общественная мораль допускала сколь угодно жестокое отношение к необычным людям. Многие уроды зарабатывали огромные деньги и могли обеспечить себя лучше иных здоровых людей. Например, легендарная девочка-верблюд Элла Харпер в расцвете своей карьеры (1885-1886 гг.) получала в цирке Харриса $200 в неделю! С учётом инфляции на сегодняшний день это равноценно зарплате в $25000 в месяц.

В XVII веке появились первые известные уроды, сколотившие на своей внешности состояние. Знаменитейшими фриками того времени были сиамские близнецы Лазарус и Иоанн Баптист Коллоредо, родом из Генуи. Иоанн был не столько человеком, сколько недоразвитым отростком, растущим примерно из области груди брата. Глаза его всегда были закрыты, а рот — открыт. Разговаривать он не умел. Тем не менее, он жил, шевелился и даже принимал пищу (судя по всему, пищеварительные системы братьев были раздельными).

Лазарус, будучи вполне мобильным и стройным мужчиной (не считая половины брата, растущего из передней его части), объехал в первой половине XVI века всю Европу — Данию, Германию, Италию, Англию — и везде имел успех. Более того, впоследствии он женился и имел нормальных детей.

В начале XVIII века жанр фрикшоу отпочковался от обычного цирка. Предприимчивые дельцы подбирали на улицах различных увечных, больных, недоразвитых — и составляли из них нечто вроде зоопарка. Между тем, в Европе фрикшоу оставалось довольно редким зрелищем. Фрики по-прежнему прибивались и к обычным циркам, а за уродов часто выдавали людей нормальных, просто грамотно загримированных.

В XIX веке бородатая женщина обязательно должна была присутствовать в каждом цирке — подобных фриков было так много, что зрители «клевали» только на тех, кто имел какие-то дополнительные уродства. Например, седую бороду или отсутствие рук. Обычная чёрная борода (99% бородатых женщин — черноволосые) никакого уже не интересовала. Большинство бородатых женщин выходили замуж по многу раз и рожали детей — их особенность только придавала им пикантности.

Наиболее известными бородатыми женщинами в истории была мексиканка Юлия Пастрана, вывезенная в Европу ребёнком в 1840-х годах. В 1858-1860 годах ее занесло в Санкт-Петербург. Необыкновенно уродливая индианка не знала отбоя от поклонников-дворян. Умерла она от неудачных родов. Известными «сотрудницами» цирков уродов были Джейн Барнелли (леди Ольга) и Анни Джонс, а француженка Клементина Делейт даже содержала кафе «У бородатой женщины».

В «золотой век» американских фрикшоу (1850-1930 годы) существовала чёткая классификация различных отклонений. Каждый уважающий себя цирк обязан был иметь стандартный набор уродов, и вдобавок несколько необычных, уникальных экземпляров. Последние обычно получали самые большие гонорары, а цирки перекупали их друг у друга, как сегодня ведущие футбольные клубы перекупают игроков.

После окончания Второй мировой войны фрикшоу резко потеряли популярность. Общество стало более жёстким в этическом плане, и в моду вошла борьба за различные права, в том числе за права инвалидов. И многие фрики, которые до войны зарабатывали огромные деньги, после войны прозябали в нищете и безвестности.

К 1955 году запрет на фрикшоу как явление приняли все европейские государства и большинство штатов США. Фрики могли выставлять себя по собственному желанию в качестве отдельных номеров, но афиши со словами «удивительное уродство», «человек-ящерица», «бородатая женщина» или «лучшие уроды только у нас» казалось бы, пропали раз и навсегда.

Но, как говорится, все новое – это хорошо забытое старое. Может быть из-за этих соображений, а может быть по линии навязчивой гей-пропаганды, захлестнувшей западный мир в последнее время, устроители очередного песенного конкурса Евровидения попытались превратить его в подобие фрикшоу. Но на настоящую бородатую женщину с приличным голосом не потянули. Сжульничали. Подсунули толерантным европейским телезрителям бородатого мужика в женском платье, косящего под трансвестита. Эка невидаль! В кунсткамеру такого не возьмут. Следует отметить, что Россия, прорубая окно в Европу, не чуралась всяких диковинок. Например, кунсткамера Петра Великого стала одним из крупнейших мировых собраний заспиртованных уродов. Это, конечно, не совсем европейское фрикшоу, но жанр весьма близкий. Хотя и специфический.

Разгоряченные болельщики наших трогательных сестер-близняшек негодуют по поводу победы австрийского нечто. При этом Филипп Бедросович предлагает его уважать, а Владимир Вольфович возмущается и предрекает утратившей моральные ценности и нравственные ориентиры Европе скорый конец.

Каких, загримированных под уродов проходимцев, подсунет нам в следующий раз Евровидение остается только гадать. Монстры, геи, лесбиянки, трансвеститы уже побеждали. Кто следующий – человек-волк, девочка верблюд, гуттаперчевый мальчик или брюхатый гермафродит?

Бородатая ты моя женщина

Картина дня

Наши публикации