Устоит ли Россия против «газовой Антанты?»

Иран, Катар и Алжир перед Тегеранcким саммитом Форума стран-экспортеров газа (ФСЭГ) с подачи США образуют единый антироссийский «газовый фронт».

В условиях санкционного давления на Россию США создают антироссийский газовый альянс, используя для этого своих союзников в исламском мире. К этому неформальному объединению присоединяется Алжир, который в июле ратифицировал меморандум о взаимопонимании по нефтегазовому сотрудничеству с Катаром и в августе начал практическую реализацию данного соглашения.

Эти действия идут вразрез их отношениям с Россией, с которой до недавнего времени у Алжира действовал совместный антизападный «энергетический пакт». Столь явное нежелание придерживаться прежних союзнических соглашений с Москвой проявилось под предлогом того, что в мае 2014 г. российская компания «Газпром» якобы нарушила действовавшие соглашения с алжирской государственной нефтегазовой компанией Sonatrach, заключенные в 2012 г. в Куала-Лумпуре.

Их положения сводились к соблюдению долговременных ценовых сделок на газ, привязанных по стоимости к «нефтяной корзине». Россия их нарушила, осуществив спотовую продажу Италии сырья по заниженным расценкам. Тем самым она поколебала единство Запада в отношении вопроса о санкциях и энергетической проблемы ценой испорченных доверительных отношений с Алжиром.

Примечательно, что сразу после этого с подачи США и были приняты судьбоносные для Алжира решения по началу разработки сланцевого газа и историческому взаимодействию с Катаром в энергетической сфере.

Оба этих действия являются крайне недружественными по отношению к России шагами, которые, фактически, означают разрыв как такового «газового» союза с Москвой, чего до сих пор алжирская сторона избегала.

Причем власти АНДР соглашаются на эти «контрпроекты» по отношению к России в момент резкого усиления западных санкций, что наносит по ней сильный удар в стратегической газовой сфере и снижает ее ставки как одного из главных гарантов энергетической безопасности Европы.

Не менее вызывающим для Кремля выглядит и запуск взаимодействия в нефтегазовой сфере с Катаром. Реализация подобного соглашения являлась частью стратегии последнего по повышению собственного энергетического статуса в мире, направленной против интересов Москвы, с которой Доха довольно жестко конкурирует на рынке.

Между тем, произошедшее особенно важно, учитывая то, что подобная ситуация наблюдается перед подготовкой к проведению очередного саммита Форума Стран-экспортеров газа (ФСЭГ), на котором конкуренты России обязательно попытаются закрепить свои последние достижения.

Если раньше благодаря алжирской помощи России удавалось минимизировать для себя «происки» арабского «крыла» этой организации (особенно Катара, Омана и ОАЭ), подыгрывавшего Дохе и противодействовавшего российским интересам, то теперь позиции Москвы заметно ухудшаются. Ратификация в АНДР энергетического соглашения с Катаром означает, что Алжир, по сути, переходит в другой лагерь, враждебный России.

Сложность ситуации для Москвы дополнительно подчеркивается выбором места проведения очередного саммита данной структуры – это Тегеран. Учитывая то, что Запад стал позиционировать именно Исламскую Республику, а не Россию, главной мировой державой по запасам газа, первая на ожидающемся мероприятии ФСЭГ постарается закрепить соответствующие позиции за счет России. И в результате Москве с большой долей вероятности уже в ближайшее десятилетие придется заметно потесниться на мировом газовом рынке в пользу того же Ирана.

Более того: учитывая тесные политические связи между Катаром и Ираном, а также настойчивые попытки США направить против России газовый потенциал Малайзии, Москва в итоге может столкнуться с единым стратегическим «исламским газовым блоком» стран, которые постараются подорвать ее позиции. Что, опять-таки, отвечает интересам Запада, особенно США, стремящихся снизить зависимость в поставках «голубого золота» от России и добивающих его удешевления.

Эта перспектива становится еще более вероятной с учетом того, что Катар и Иран в последние годы вышли на качественно новый политический (стратегический) уровень отношений. В то время как Доха поддерживала право Тегерана на развитие «мирного атома», она одновременно получала иранское заступничество от посягательств своих более сильных в военном плане соседей, включая ОАЭ и особенно Саудовскую Аравию.

Их взаимовыгодное сотрудничество не ограничивалось лишь политической сферой. В последние годы наращивание Катаром газового экспорта происходило в том числе за счет эксплуатации иранского сырья (месторождение «Южный Парс»).

Соответственно, в условиях отсутствия у Ирана собственных транспортных коммуникаций для переправки газа потребителям, именно катарские мощности сжиженного природного газа (СПГ) могут послужить инструментом для переброски дополнительных объемов «голубого топлива из Исламской Республики на европейский рынок.

Если к этому времени Катару удастся заметно продвинуть свои интересы и на рынке Алжира, за счет алжирского и иранского газа он имеет серьезные шансы подорвать позиции России на энергетическом рынке Европы уже в среднесрочной перспективе.

В этих условиях Москве необходимо исходить из реалий стремительно ухудшающейся обстановки на мировом газовом рынке, которое с высокой долей вероятности может произойти уже в ближайшие годы. По некоторым оценкам, для полноценного запуска собственных газопроводов в «западном направлении» у Ирана может уйти шесть лет.

В сложившейся ситуации ей необходимо готовиться к уменьшению спроса на свою продукцию и к почти неизбежному понижению нынешних расценок на газовое сырье, что, в свою очередь, заметно отразится и на пополняемости ее бюджета, а также на сужении ее политического влияния в мире.

В этих условиях возникает сомнение относительно готовности России к подобному вызову. К сожалению, Москва слишком долго уповала на «невозможность» столь резкого «потепления» между «идеологическими» противниками в лице Запада и Ирана.

Однако соображения экономической целесообразности при изменившихся политических условиях перевешивают все прежние препятствия для развития подобного рода прагматического сотрудничества, в результате которого главным пострадавшим может оказаться Россия.

Добавляйте CСб в свои источники дзен