В последнее время Александр Лукашенко явно отворачивается от переживающей трудные времена России. То Белоруссия готова больше торговать с Западом, то белорусский президент демонстративно едет в Киев. Но чем могут в результате обернуться эти «демонстрации» для Лукашенко?

Начиная с осени, белорусский Батька усиленно примеряет на себя тогу миротворца. В общем-то, такая роль ему уготовила сама судьба. Ни Россия, ни Евросоюз не могут стать ареной для переговоров по урегулированию на Украине. Каждая из сторон преследует свои, подчас противоположные цели. Доверие к любой из них со стороны партнёров будет нулевым. Белоруссия – другое дело. Она поддерживала отношения и с Россией, и с Украиной, и даже лидеров ДНР и ЛНР к себе пускала.

В общем, сколь бы ни были туманны и невыполнимы минские договорённости по Донбассу, у них был очевидный получатель выгоды. Это, безусловно, Александр Григорьевич. Лукашенко стал единственным, кто сумел завлечь к себе представителей и России, и Европы, и Украины, и двух республик Донбасса. Какой-никакой документ стороны всё же подписали. Благодаря этому Лукашенко по факту выпал из числа политиков, с кем европейцы не хотят общаться. И понеслось…

Вечно строптивый

То, что президент Белоруссии всегда был для России строптивым союзником, знают все. Между двумя братскими странами не раз возникали жёсткие споры. Они могли касаться условий торговли газом и нефтепродуктами, поставок белорусской молочной продукции. Договорённости в итоге находили, но каждый раз дело заканчивалось тем, что Россия выделяла Белоруссии или безвозмездную помощь, или кредит. Союзнику надо платить – такое правило никто в международной политике не отменял.

Впрочем, сам Батька «платил» через раз. Нельзя сказать, что Россию он не поддерживал никогда. На Генассамблее ООН или в ОБСЕ Белоруссия никогда не голосовала за антироссийские резолюции. Важные для России военные объекты как стояли, так и стоят на белорусской земле. Однако когда дело, к примеру, доходило до признания независимости Абхазии и Южной Осетии – Лукашенко демонстративно отходил в сторону.

Но если бы дело ограничивалось только признанием и непризнанием двух кавказских республик! Когда после войны 2008 года у России ухудшились отношения с Западом, Лукашенко как раз решил проводить «многовекторную политику». Он откровенно сближался с Евросоюзом, с ним контактировали всё более высокопоставленные люди. Кто знает, как далеко бы Батька зашёл в такой игре, если бы в 2010 году в Минске не случилась попытка цветной революции. После чего на три года отношения Белоруссии с Западом вновь охладели.

Так продолжалось вплоть до 2014 года, но тут случилась Украина. Лукашенко некоторое время колебался в вопросе Крыма, но в итоге всё-таки де-факто признал его вхождение в состав России. Однако это не помешало ему в дальнейшем вести на украинском направлении собственную игру. И его действия отнюдь не всегда шли в фарватере внешней политики России. Местами всё было ровно наоборот…

Своя игра

Белоруссия с самого начала твердо заявила, что выступает против федерализации Украины – точка зрения России за сей счёт, как известно, была противоположной. В конце мая Лукашенко вместе с сыном приехал в Киев на инаугурацию Петра Порошенко, а до того провёл встречу с и.о.президента Украины Александром Турчиновым. В отличие от России, президент Белоруссии никогда не выступал против силовой операции, проводимой украинскими властями. Впрочем, и от её откровенной поддержки Александр Григорьевич тоже воздерживался.

То, что Лукашенко предоставил свою столицу для переговоров – вполне понятно. Украина – братская для Белоруссии страна, как и Россия. И кому, как ни белорусскому руководителю, следует разрешать возникшие «непонятки». К тому же в последние годы Белоруссия фактически находилась в политической блокаде со стороны Запада – и это вряд ли несёт пользу для страны-соседки Евросоюза. Подвернулся повод из неё выйти – Лукашенко им и воспользовался. Двух зайцев убил сразу.

Но дальше начались действия, которые вряд ли можно трактовать иначе, как недружественные в отношении России. Наша страна ввела запрет на поставки продовольствия из западных стран, Белоруссия тут же постаралась воспользоваться им в своих целях. На российских прилавках стали появляться белорусские морепродукты и южные фрукты. В ряде случаев норвежская или испанская этикетка просто заклеивалась белорусской. Фуры с этим добром по документам ехали из Белоруссии в Казахстан, но незаметно «пропадали» в России.

Правильность или неправильность введения руководством России запретительных мер – в данном случае вопрос второй. Важно то, что Белоруссия открыто решила подзаработать, запуская соседу контрабандные для него товары. А когда российские власти начали разбираться, что к чему, белорусский президент поднял шум. Из его уст прозвучало предложение перейти на торговлю за доллары или евро. Кроме того, он открыто заявил о желании разнообразить торговые потоки Белоруссии, увеличить объём связей с ЕС и США.

И вот 21 декабря Лукашенко прибыл с визитом в Киев. На встрече с Петром Порошенко президент Белоруссии заявил, что его страна всегда рада помочь Украине, и он всегда шёл навстречу пожеланиям украинского руководства. На первый взгляд, обычные дипломатические выражения. Однако как трактовать сообщения о том, что Украина и Белоруссия вместе создадут телеканал? Каким он будет? Учитывая, что Порошенко не раз говорил о том, что надо бы запустить «подрывное» для России вещание, вопросы к Лукашенко возникают...

Логика Батьки

Нельзя сказать, что действия Лукашенко лишены логики. Во-первых, нельзя складывать все яйца в одну корзину. Сегодня экономика России переживает тяжелые времена, и вполне резонно уменьшить зависимость Белоруссии от неё, переориентировав торговые потоки в другие стороны. Евросоюз здесь выступает в роли самой очевидной альтернативы. Всё-таки Белоруссия граничит сразу с тремя государствами ЕС. Вряд ли туда дадут повезти молоко, творог или сметану, но калийные удобрени – наверняка дадут. И деньги белорусской казне будут.

Есть и внутренние соображения. Как и Украина, Белоруссия тоже разделена на западную и восточную – пусть эта разница и не столь драматична, как у южной соседки. В Гродненской области католики составляют большинство, и они скорее смотрят в сторону Польши, а не России. Не учитывать их мнение любой президент Белоруссии просто не может. Кроме того, в предыдущие годы по белорусским государственным СМИ не так уж часто о России говорили хорошо. И у части населения (прежде всего тех самых католиков) возникает вопрос: если Россия так лихо присоединила Крым, то где гарантия, что она не поступит схожим образом с Витебском или Могилёвом? То, что оснований для таких страхов нет никаких оснований, говорить даже смысла не имеет, но у страха глаза велики. В том числе и у страха самого Лукашенко за свою власть.

Нехорошие горизонты

Разворот на Запад может иметь для Батьки и весьма нехорошие последствия. Дело в том, что в Европе и США своим ему уже не стать никогда. В Польше, Литве, Чехии и США давно действуют представительства белорусской оппозиции. Западные политики помнят, что Лукашенко неоднократно поворачивался к России. Да что поворачивался – полностью он от неё никогда и не отворачивался! Кроме того, 20 лет у власти – это для Запада явный перебор. Да и государственное устройство в Белоруссии – весьма специфическое по европейским меркам, вызывает в Европе и за океаном сильную аллергию.

В своё время Виктор Янукович, приходивший к власти на лозунгах укрепления связей с Россией, тоже сделал разворот на Запад. Но там он своим не стал – это место давно и прочно заняли другие. Чем закончил Виктор Фёдорович – напоминать излишне. Так что если Лукашенко слишком уж перегнёт палку и совсем оторвется от России в пользу сближения с Западом – ничем хорошим это для него явно не закончится. Конечно, Батька это понимает, но наверняка думает, что всех обхитрит. Но на всякого хитреца, как известно довольно простоты…

Для России же уже прозвучал тревожный звонок. В отличие от Запада, у неё в Белоруссии своих в оппозиции нет. И не только в оппозиции. Она совершенно не работает с белорусским гражданским обществом, а одним телевещанием из Москвы можно ли довольствоваться? Что мы будем делать, если власть Лукашенко ослабнет или он впрямь всерьез от нас отвернётся? Можно ли полагаться исключительно на одного человека, не создавая вокруг него своих центров влияния?

Ответ кажется очевидным. Не хотелось бы вслед за Украиной потерять ещё и Белоруссию.

Добавляйте CСб в свои источники дзен