Почему России выгоден «театр борьбы» против США

globallookpress.com

Возвращение Москвы и Вашингтона к риторике «холодной» войны напрямую отвечает их взаимным интересам как во внутренней, так и во внешней политике.

Усиление враждебной риторики между Кремлем и США, возвращающий стороны ко временам «холодной» войны, максимально отвечает их взаимным интересам. С одной стороны, создание благодаря крымско-украинским событиям проамериканскими СМИ образа России как государства, «угрожающего свободному миру», позволяет Вашингтону подавить все очаги «инакомыслия» на Западе и сконцентрировать европейские страны для отражения гипертрофированной «российской угрозы».

В результате, как и во времена СССР, США становятся главным гарантом безопасности «цивилизованного мира», а потому все остальные должны умерить свой негатив по отношению к ним.

Это отвечает и интересам некоторых влиятельных политических групп в самих США и не только. Так, например, образ «злого Путина, пытающегося возродить и расширить СССР», максимально выгоден республиканцам, мечтающим о реванше над демократами.

Учитывая их явную неспособность использовать против нынешнего американского президента Барака Обамы его промахи внутри страны, единственной благоприятной возможностью повлиять на исход выборов главы государства 2016 г. станет активное использование лозунга «о недостаточности усилий демократов на внешнеполитическом фронте», в том числе и на Украине.

Кроме того, нагнетание страстей относительно «красного реванша» максимально отвечает интересам конкретных промышленных групп США, непосредственно связанных с «ястребами», кормящимися от обострившейся темы «американского врага».

Не случайно, что в течение 2014 – 15 гг. расходы европейских стран на оборону по НАТО резко возросли. Особенно это касается «лимитрофных» стран Прибалтики и Восточной Европы, где градус русофобии традиционно остается высоким и которые, будучи реально напуганы «российской угрозой», охотно принимают предложения Вашингтона по ее недопущению.

Соответствующим индикатором стало заметное усиление закупок ими американской военной техники. Это позволяет Вашингтону сбыть свои военные материалы (в том числе и устаревшие) на рекордную сумму, а Москва в данном случае выступает фактическим «промоутером» данных сделок.

Кроме того, они же, по сути, взяли на себя содержание усиленных американских воинских контингентов на своей территории, тем самым одновременно поступившись частью своего суверенитета в пользу США.

Для Кремля ужесточение санкций и политической риторики со стороны США, действий, отнюдь не переходящих «красной» черты, также представляет огромные выгоды.

В первую очередь, это дополнительно укрепляет режим Владимира Путина, получающий отличную возможность «мобилизовать массы» в условиях усиления внешнего вызова. В ситуации, когда условный противник концентрирует все большие силы у российских границ и, кажется, демонстрирует готовность удушить Россию экономически, все внутренние противники Кремля автоматически переходят в разряд «коллектиных макаревичей», «предателей» и представителей «пятой колонны».

Соответственно, они становятся уже не просто «государственными врагами», но и опасными «изменниками» для всей страны в целом, с которыми в условиях «столкновения» с Западом, грозящего перейти в военную стадию, следует поступать согласно условиям времени.

Соответственно, наличие все более погружающейся в кризис Украины и явно не улучшающейся ситуации на Донбассе, являющихся для российского зрителя делом рук США, также служит подарком Кремлю, позволяющим прорежимному телевидению создавать соответствующую «картинку» и пугать обывателя «ужасами братской республики, отказавшейся от своего Путина» и потому оказавшейся в пучине развала и нестабильности.

Разжигание «антибандеровских» страстей также способствует решению вопроса внутренней мобилизации и позволяет отвлечь тех же националистов от борьбы против Кремля с его своеобразной политикой по отношению к мигрантам и «канализировать» их в направлении противостояния с их украинскими коллегами, погасив тем самым потенциальную опасную для Кремля активность.

И, наконец, резкое удорожание жизни в самой России (увеличение оплаты по ЖКХ, стоимости горючего, продуктов и других услуг и товаров) также отвечает интересам правящего в стране режима. Это служит определенной компенсацией «околопутинским» олигархам и связанным с ними группам и отдельным лицам за то, что их интересы в результате усиления активности Кремля на Украине, по сути, стали заложниками риторики Путина с Западом.

Этим во многом и объясняется явное нежелание главы государства вмешиваться в их ухудшившуюся для рядового обывателя ценовую политику, ставшее соответствующей компенсацией бизнесу за «убытки на Западе». Оно же получает логичное объяснение о необходимости «затянуть пояса» в условиях западного давления и показать свой патриотизм и «оплатить стоимость присоединения Крыма».

И, наконец, это же позволяет Путину решать и многие вопросы внешней политики, обращаясь к испытанному способу демонстрировать свою роль в мире и позиционируя себя в качестве «знамени надежды» для «угнетенных».

Если во времена Российской империи это были «христиане и особенно православные», в советский период – представители «прогрессивных» сил, борющихся против империализма, то теперь – страдающие от американской «гегемонии».

Вопрос состоит в том, насколько долго будет продолжаться подобный политический «театр», в котором Россия и США грамотно распределили свои роли для извлечения максимального «гешефта». Действия в мире «третьих» сил (например, Китая и «Исламского государства»), особенно выбивающиеся из логики американо-российского противостояния, способны скорректировать данную «постановку».

Добавляйте CСб в свои источники дзен