globallookpress.com

В Брюсселе прогремели несколько взрывов, число погибших – двузначное. Теракты во многом стали возможны благодаря тому, что исламисты «свили» в столице ЕС настоящее гнездо. Сначала они атаковали Париж, теперь дело дошло до столицы Бельгии.

День 22 марта стал самым страшным в истории Бельгии. Сначала прогремели два взрыва в аэропорту Брюсселя Завентем. 17 человек погибли, десятки ранены. Вскоре там обнаружили пояса смертников. Спустя некоторое время взрывы прозвучали ещё и на двух станциях брюссельского метро – в том числе на станции Шуман, прилегающей к штаб-квартире ЕС. Количество жертв превышает 10 человек, десятки ранены. В Брюсселе закрыты метро, отменены занятия в школах. В стране введён наивысший уровень террористической опасности.

Стали ли чудовищные взрывы неожиданностью? К сожалению, нет. Ещё в ноябре 2015 года власти Бельгии говорили о том, что опасаются повторения в Брюсселе парижских терактов, а глава МВД Ян Жамбон признал, что к противостоянию «Исламскому государству» страна не готова. 17 ноября полиция отменила футбольный матч между сборными Бельгии и Испании. 20 ноября премьер страны Шарль Мишель заявил о введении в Брюсселе четвёртого, наивысшего уровня террористической угрозы. Как выяснилось, меры не помогли.

Брюссель тогда же «засветился» как место, где готовились теракты в Париже 13 ноября. Организатором атак французские правоохранительные органы сочли бельгийца марокканского происхождения Абдельхамида Абауда. Ещё осенью в брюссельском районе Моленбек-Сен-Жан прошла крупная полицейская операция, в ходе которой задержали 22 человека. Однако ещё одному – Салаху Абдельсламу – тогда удалось скрыться.

Абдельслам за последние месяцы превратился в одного из самых разыскиваемых в Европе людей. На прошлой неделе в одной из брюссельских квартир полиция обнаружила стакан с его отпечатками пальцев. Район оцепили, в течение нескольких часов полицейские развернули операцию по поиску подозреваемого в терроризме. На место прибыли и полицейские из Франции, которые и помогли задержать Абдельслама. Не исключено, что нынешние взрывы – месть за его поимку.

Случившееся в Брюсселе лишний раз показало и слабость бельгийского государства, и провал политики мультикультурализма, проводившейся в стране на протяжении последних десятилетий. Она не увенчалась успехов ни в одной из европейских стран, но случай Бельгии стал наиболее тяжёлым и показательным. Террористы успешно и цинично воспользовались теми слабостями, которые имелись в бельгийском государстве.

Первые мусульмане появились в Бельгии примерно 100 лет назад. Поначалу их было немного, но в 1960-1970-е гг. королевство заключило договоры о приёме рабочей силы с Алжиром, Марокко и Тунисом. Бельгийцы сочли, что жители Магриба смогут вписаться в общество, поскольку владеют французским языком. Спустя некоторое время жителям Северной Африки разрешили привезти родственников, многие из которых жили в деревне по совершенно отличным от европейских нормам.

На сегодняшний день в Бельгии насчитывается свыше 600 тысяч последователей ислама (около 6% населения). Нельзя сказать, что случаев удачной интеграции мусульман в бельгийское общество нет. Назовём, скажем, игрока «Манчестер Юнайтед» и сборной страны Маруана Феллаини. Однако значительная часть приезжих так и не нашли работу, годами получали пособия, а государство позволяло им ничего не делать. Многие выходцы из Магриба пополнили ряды преступных группировок, а иные и вовсе связались с исламистами. По данным бельгийской полиции, в рядах ИГ сегодня воюет не менее 350 подданных королевства.

Самые крупные общины мусульман имеются в крупнейших городах Бельгии – Брюсселе, Антверпене и Льеже. Согласно переписи населения, в «столице ЕС» доля мусульман достигает 22% населения. Наивысшая концентрация приезжих из мусульманских стран наблюдается в районе Сен-Жосс (49%), несколько меньше их в Шербеке и пресловутом Моленбеке (по 38%). В этих районах отмечается очень высокий уровень безработицы и преступности.

Действуют в Бельгии и крупные организации, проповедующие идеи радикального ислама. Скажем, на протяжении многих лет открыто не подчиняться властям призывал лидер Sharia4Belgium («Шариат для Бельгии») Фуад Белькасем. Летом 2012 года его задержали, но в отместку один из его последователей напал на полицейских с ножом. Белькасем получил 12 лет тюрьмы, но его не ограничили в контактах с внешним миром. В результате получилось то, что получилось.

Летом 2012 года иммигрантские пригороды Брюсселя и Антверпена охватили беспорядки. Поводом к ним стало то, что полицейские оштрафовали женщину, которая нарушила местный закон о запрете на ношение паранджи и появилась в таком наряде на улице. Её супруг напал на полицейских, его осудили, а потом ещё несколько дней боролись с волнениями. Широкомасштабной облавы в то время не случилось, о чём теперь в Бельгии наверняка пожалели.

Дополнительной головной болью для бельгийских правоохранителей стал приток исламистов из соседней Франции. Один из таких «гостей» 24 мая 2014 года застрелил четырёх посетителей Еврейского музея в Брюсселе. В дальнейшем бельгийская столица превратилась в места подготовки терактов в Париже в январе и ноябре 2015 года – в Бельгии террористы и приобрели оружие. Только тут бельгийские силовики спохватились, но поздно.

21 августа 2015 года Бельгию и всю Европу чуть не потряс теракт, соизмеримый по возможным последствиям с расстрелами и взрывами в Париже. Бельгиец марокканского происхождения с автоматом в руках ворвался в поезд Амстердам – Париж, проезжавший по территории Бельгии. Он уже готовился расстреливать пассажиров, но его сумели обезвредить ехавшие в том вагоне двое американских пехотинцев. Спецслужбы теракт «проворонили» - Бельгию спасло чудо.

Превращению Бельгии в один из центров европейского джихада поспособствовала слабость государства. Королевство на протяжении многих десятилетий раздирают противоречия между двумя общинами – нидерландскоязычными фламандцами и франкоязычными валлонами. На протяжении последних лет Бельгия по много месяцев жила без правительства. А это означало, что не было, например, утверждённого главы МВД. На работе полиции это сказывалось не лучшим образом.

Согласно конституции Бельгии, Брюссель представляет собой особую административную единицу, а многие его районы являются ареной спора между Валлонией и Фландрией. Один из таких «спорных» районов – пресловутый Моленбек-Сен-Жан. На деле получилось, что он стал ни валлонским, ни фламандским, а исламистским. И всё это происходило в нескольких минутах езды от штаб-квартир Евросоюза и НАТО.

Бельгия: центр европейского террора

Картина дня

Наши публикации