Стоп-кадр видео

Мой сын Никита работает над дипломной работой по российско-американским отношениям. Иногда он задаёт мне вопросы по американской тематике, на которые у меня нет хоть сколько-нибудь вразумительного ответа. В поисках его я прочитываю значительный массив ненужной мне информации и понимаю, что многие так называемые «американисты» так же отстали от реальной действительности, как и я. Или, скорее всего, не решаются по тем или иным причинам высказать своё настоящее мнение.

Реже я общаюсь со специалистами в разных областях международной политики, как российскими, так и иностранными, для общего понимания того, что происходит в мире сейчас, и что можно ожидать в будущем. И вот во время визита в США президента Турции Эрдогана, обсуждая внешнюю политику американского президента со своим старым знакомым, аналитиком из США, работающим с иностранными правительствами по вопросам, связанным с Сирией, узнал несколько интересных для меня данных. Они касались проходящей между Вашингтоном и европейскими столицами дискуссии по проблемам возвращения на родину граждан, которые участвовали в деятельности запрещённой в России террористической организации ИГИЛ. Многие из них были лишены гражданства своих стран, но родина-то у них осталась!

По оценкам моего знакомого аналитика, каждый человек – мужчина, женщина или ребёнок, которые депортируются из Турции или через эту страну, могут стоить казне от $500 тыс. до $1,5 млн в год в течение неопределенного количества лет. Тут я вспомнил недавнее заявление заместителя директора Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) Валерий Максименко о том, что содержание одного заключенного в российской колонии обходится государству в сумму около 60 тыс. рублей в год, то есть менее одной тысячи американских долларов. Причём генерал подчеркнул, что эта сумма очень приблизительная, поскольку нормативно-подушевое финансирование содержания лиц законом не предусмотрено.

По мнению правительства США, эти расходы могут быть понесены как минимум в течение десяти лет на человека. Нижний порог расходов требуется для лиц, которые, как считается, не представляют серьёзной угрозы для общества.

Наибольших затрат потребуют лица, которые представляют реальную общественную угрозу.

Расходы включают в себя, в частности:

- домашний надзор с затратами на людские ресурсы и установкой дорогостоящего оборудования слежения
- международную координацию
- расходы на социальную адаптацию – предоставление квартиры, образование, здравоохранение, психологическое лечение, пособия по безработице и т. д.

За многими людьми необходимо установить круглосуточное наблюдение семь дней в неделю. А дети могут нуждаться в помощи и наблюдении в течение не одного десятилетия.

Если репатриации подлежат 2 тыс. вероятных террористов, то из бюджета потребуется выделить $3 млрд. За 10 лет должно быть потрачено $30 млрд. Эти расходы, по мнению США, следует распределить между странами. Но ни одно нынешнее правительство в Европе или какой-либо другой стране, включая Ирак, Иорданию, Ливан, не хочет нести такие расходы. Почему? Потому что для них это потенциальный политический смертный приговор. Граждане этих стран резко выступают против допуска на их территорию «сомнительных элементов», в том числе и с паспортами этих стран.

Поэтому президент США добивается, чтобы члены ЕС и НАТО активно воздействовали на общественное мнение своих стран с целью добиться от них одобрения и поддержки концепции коллективной ответственности за установление стабильности в регионе. Особенно это касается тех государств Европы, которые имеют авторитет и влияние на другие страны.

Президент Трамп опровергает ожидания европейских правительств, что США в одиночку, используя только свои людские и финансовые ресурсы, займутся решением судеб находящихся в Сирии «нежелательных» для безопасности 70 тыс человек из 20 стран. Президент Трамп настаивает на том, что США не намерены тратить $1 млрд. на тюрьмы в Турции, Ираке (Курдистан), Иордании, Ливане и Сирии, в то время как некоторые члены НАТО продолжают игнорировать планы по увеличению расходов на оборону.

И тут на помощь президенту США Трампу в его усилиях сэкономить бюджетные деньги приходит президент Турции Эрдоган. Он использует вопрос о репатриации для оказания давления на 28 правительств стран-членов ЕС и 29 правительств стран-членов НАТО. У Турции свои обиды на Европу. Турция обязалась размещать у себя беженцев из Сирии и не пропускать их дальше. Взамен ЕС пообещал шесть миллиардов евро на обустройство сирийцев в турецких лагерях и, что немаловажно для Анкары, безвизовый режим для граждан Турции в зоне Шенгена уже к июню 2016-го. Но Европа уже обманула ожидания Эрдогана.

Интересно, обсуждали ли между собой президент Трамп и президент Эрдоган во время закончившегося визита последнего в США свои обиды на Европу? Если да, то в какой форме и на чём они порешили?

Цена депортации

По оценке специалиста, каждый человек, которого возвращают из Турции или через эту страну на родину, может стоить казне до полутора миллионов долларов

Картина дня

Наши публикации