Все перечисленное, само собой, из области забавного риторического вопроса, в свое время задаваемого забавным господином крепкого телосложения и звучавшего дословно как «казалось бы, причем тут Лужков?». Обойдемся без конспирологии.

Тем более, недостатка в ней в ближайшие сутки наблюдаться не будет. Десять лет, прошедшие с момента, когда два авиалайнера, битком набитые мирными пассажирами, но управляемые явно во что-то верующими пилотами-самозванцами, снесли два нью-йоркских небоскреба и унесли на тот свет тысячи жизней, породили столько этой самой конспирологии, что аж плеваться тянет.

Аналогом вопроса телеведущего (тогда киллера, а ныне сказочника) в США стало издевательское «А где вы были 11 сентября?». Какое-то время оно носило вполне серьезный характер, даже с оттенком некоторого маккартизма, однако здраво-протестантский подход переплавил ставшую неуместной серьезность в то, что имеем сегодня. Но...

Чудовищный акт с какой-то неистовой силой всколыхнул многие, вроде бы задремавшие к тому времени, тенденции. Дело веры, как установительницы неких водоразделов, получило импульс. Ну и пошло-поехало...

Многочисленные публичные проявления мультикультурализма стали носить явно вымученный, искусственный, тупо-декоративный характер, удивительно напоминая формулировки агитпропа КПСС, причем последние, в сравнении с мультикультурными, поражали своей трезвостью и логичностью.

Как водится, именно художники – в широком смысле слова – первыми прочувствовали эти сейсмические колебания. И Гибсон – а он замечательный, тонкий и интеллектуальный режиссер – был в числе наипервейших.

Вышедшие на экраны в 2004 «Страсти Христовы» вынесли мозг по полной именно тем, кому должны были вынести. Раз уж Всемирный торговый центр – символ глобального торжества голого материализма – взорвала идея, вот вам, кушайте идею, которая по силе своей минимум равнозначна той, которая сотворила 11 сентября.

Децибелы визгов по поводу антисемитизма, случайно миновавшего цензурные барьеры, превысили все допустимые санитарные нормы. К чести ушей тех, кому сии децибелы предназначались, они, оглушаемые, выстояли.

Хотя, собственно, никакого особого героизма здесь не было и нет. Поскольку есть первоисточник, к коему можно припасть в целях вразумления.

Гибсон попросту вытащил вот эту самую голую суть наружу и – все. Ничего он не имел в виду. Только факты. Ну, в смысле, исторические. Да, пришел Иисус. Все тамошние иудеи думали, что с целью возврата им былого величия и открытия возможностей отгрызть обратно земли и все такое, ан нет.

Вместо ожидаемого, засланец понес какую-то несусветную чушь о любви к ближнему, сорвал покровы с фарисеев, обозвал увешанных драгоценностями религиозных иерархов порождениями ехидниными и вообще повел себя крайне вызывающе. За что и поплатился самым жесточайшим образом. Гибсон не изобретал никакого велосипеда, тупо зафиксировал все, словно документалист, перенесшись на пару тысяч лет назад, гениально вложив в озвучку мертвый арамейский язык.

"Мел Гибсон ничего не продемонстрировал, кроме антагонизма и неуважения к евреям. Еще в изображении евреев в фильме "Страсти Христовы" он высказал свои антисемитские взгляды. Я говорю о тех евреях, кто не принял Христа. Все они были представлены идиотами, клоунами или тиранами. И этот портрет очень несправедлив", - рецензирует Мела основатель и глава Музея толерантности центра Симона Визенталя в Лос-Анджелесе, раввин Марвин Хейр.

Это дело недалекого прошлого. А аккурат накануне черного юбилея Гибсон поделился – ясный пень в пиаристических целях – своими планами, свидетельствующими, что критику от блюстителей толерантности он считает в глубине души именно клоунством и идиотизмом.

Мел и компания Warner Bros. планируют съемки фильма о жизни народного героя Израиля и религиозной иконы Иуды Маккавея. Согласно Ветхому Завету, он руководил восстанием евреев против войска Антиоха Эпифана, желавшего искоренить иудейство и на его месте ввести греческий культ. Маккавей сумел нанести поражение греческому войску и восстановил чистоту поклонения в иудейском храме на время заключения мира. Сценарий к фильму напишет Джо Эстерхаз ("Основной инстинкт", "Щепка"). Сам Гибсон, помимо режиссуры намерен исполнить роль Маккавея.

Приведу пример смой мягкой реакции на эту «провокацию».

"Иуда Маккавей заслуживает лучшего. Он герой иудеев и международный герой, вступивший в борьбу за религиозную свободу. Будет карикатурой, если человек, у которого нет к нему никакого уважения и чувств к религиозным взглядам других людей, будет рассказывать его историю". Это (цитирую близко к тексту) вымолвил национальный директор антидиффамационной лиги Абрам Фоксман.

Мы можем только предполагать, что сотворит коварный Мел. Однако наверняка нечто гениальное. Нечто, поучительное. Нечто отрезвляющее.

11 сентября, если отжать воду и исследовать сухой остаток, выявило только одно, но очень, крайне, исключительно важное. Если мы не внемлем нехитрому учению главного героя «Страстей», если мы не можем до сих пор его понять (именно понять, а не истолковать), то одиннадцатые сентября – в больших или меньших масштабах – это наше неизбежное. Что, собственно, подтверждается чуть ли не в ежечасном режиме.

Особенно, когда последователи двух учителей, которые в разное время, но при схожих обстоятельствах получали указания сверху, схлестнутся между собой. А они уже схлестываются. И пока отпор им дает седоватый человек, который , кажется бил по морде какую-то там модель. Но кто без греха, тот пусть и бросает в него камень...

11 сентября, пророки и Мел Гибсон

Картина дня

Наши публикации