«Мюнхенский сговор»: как Чехословакия дала себя уничтожить

argumentiru.com

29 сентября исполняется 75 лет «Мюнхенскому сговору», названному величайшим позором в истории дипломатии. Осенью 1938 года Великобритания и Франция отдали Чехословакию на «съедение» нацистской Германии в надежде умиротворить Гитлера, но в итоге лишь увеличили его аппетит.

О тех событиях часто говорят в связке с пактом «Молотова-Риббентропа», указывая, что не СССР первым вступил в сделку с нацистами. И как-то порой забывают, что к ним во многом привели просчёты руководства Чехословакии. Просчёты, способные стать уроком для всех на долгие времена.

О чём неприятно вспоминать Западу

29-30 сентября 1938 года в Мюнхене встречались главы правительств Германии, Великобритании, Франции и Италии. Британский и французский премьеры Невилл Чемберлен и Эдуар Даладье уступили требованию Адольфа Гитлера о передаче Германии Судетской области и ряда других районов Чехословакии, населённой в основном немцами. Самих чехов на переговоры не пустили – «великие» всё решили за них. Англичане и французы просто наказали им «утереться».

Расчёт западных держав был понятен: сделать уступку в надежде, что Гитлер остановится. В итоге дело закончилось тем, что в марте 1939 года Германия оккупировала оставшуюся часть Чехии и Моравии. Той же весной Гитлер отторг от Литвы Клайпеду (Мемель) и разорвал Договор о ненападении с Польшей.

Сегодня на Западе не любят вспоминать о том, что случилось осенью 1938 года в Мюнхене. Ещё бы – те события вошли в учебники как величайший позор мировой дипломатии. Оттого там предпочитают говорить о пакте Молотова-Риббентропа, подписанном в августе 1939 года главы внешнеполитических ведомств СССР и Германии. Преподносится всё как «два диктатора делили Европу»…

Но случилось это почти год после событий в Мюнхене, когда немецкая боевая машина уже раздавила чехов. И как-то на Западе стараются не вспоминать, что Советский Союз был единственной державой, осудившей «Мюнхенский сговор». И что СССР безрезультатно пытался договориться с Великобританией и Францией о совместных действиях. В результате западные державы во многом толкнули советское руководство на подписание пакта Молотова-Риббентропа.

Для Польши, Румынии и стран Прибалтики пакт стал основанием для бесконечных претензий к России. При всей спорности того документа, несчастными жертвами вышеозначенные страны всё равно не выглядят. Прибалты заигрывали с нацистами и до, и после пакта, Румыния стала союзницей Третьего рейха. Поляки же в 1938 году сами поучаствовали в отрыве от Чехословакии Тешинской Силезии, подыграв Гитлеру. Так что и у них «рыльце в пуху».

Зыбкое благополучие Чехословакии

Запад – Западом, но президент Чехословакии Эдвард Бенеш тоже совершил множество роковых просчётов, стоивших потери государственности. Это его действия привели к тому, что некоторые острословы прозвали чехов «лучшими в мире специалистами по капитуляции». Утверждение весьма спорно – многие чехи доблестно сражались в рядах сопротивления, поставляли в вермахт неисправные самолёты, танки и снаряды. Но доля истины в резком суждении есть.

В самой Чехии предпочитают говорить о том, как прекрасна была Чехословакия. Действительно, она в конце 1930-х гг. оставалась единственной из стран Центральной и Восточной Европы, где сохранилась демократия. Страна входила в двадцатку самых развитых в мире. Достаточно сказать, что немцы в годы Второй мировой смогли вооружить чешским оружием 40 (!) дивизий. Значит, и беззащитной она вроде бы не была.

Однако благополучие это оказалось зыбким. Чехословакия не выдержала первого же серьёзного испытания, капитулировав перед большим агрессивным соседом без единого выстрела. Мало того – в дележе «чехословацкого наследства» поучаствовали также Венгрия, Польша, а заодно словацкие и украинские автономисты-националисты. Как же такое случилось?

Всё испортил национальный вопрос

Чехословакия образовалась в 1918 году на обломках Австро-Венгрии. Официально она считалась чехо-словацким (фактически – чешским) национальным государством. Но Чехи составляли чуть менее половины населения 14-миллионной страны, словаки – порядка 15%. В Подкарпатской Руси (Закарпатье) жили украинцы и русины.

Значительная часть словаков 20 лет безуспешно требовала автономии. Чехи же, ссылаясь на близость двух народов, давать её не хотели. Подкарпатская Русь тоже не получила высокого уровня самоуправления. В итоге и некоторые словацкие, и закарпатские деятели вожделенно смотрели в сторону Германии, Польши, Венгрии. Не получилось прочного национального ядра, что аукнулось в тяжёлый час.

На юге Словакии жили сотни тысяч венгров, мечтавших воссоединиться с Венгрией. На северо-востоке Чехии (в Силезии) было примерно 100 тысяч поляков. Польша ещё в 1918-1920 гг. желала получить чешскую часть Тешинской Силезии, но державы Антанты не дали. Национальной автономии ни у венгров, ни у поляков не было, что явно уменьшало степень их лояльности.

Но самая большая опасность исходила от немцев, составлявших почти четверть населения Чехословакии и почти 30% - Чешских земель, Моравии и Силезии. Во многих районах они составляли большинство населения. По имени одного из таких регионов (Судетская область) их стали называть судетскими. В большинстве своём они жили чересполосно с чехами, так что ареной межнационального конфликта могла стать почти вся Чехия.

Немцы (как и венгры, и поляки) имели свои партии, своих людей в парламенте и местной власти. У них было право обучения на родном языке. Однако они всё равно ждали дня разрыва с Чехословакией. Поначалу чешские немцы смотрели в сторону Австрии, а после прихода Гитлера к власти в Германии – на неё. Созданная в 1933 году Судетско-немецкая партия добровольно стала орудием агрессивных планов фюрера.

Никакой национально-территориальной автономии у немцев не было, они чувствовали себя гражданами второго сорта. Это и использовали в своей агитации Судетско-немецкая партия и Третий рейх. На выборах 1935 года партия получила абсолютное большинство голосов немецких избирателей, а спустя пару лет её лидер Конрад Генлейн писал Гитлеру, что надо бы Германии присоединить области, населённые немцами. При желании под это определение можно было подвести всю Чехию.

Недоработка дипломатов и пропаганды

Долгие годы президент (до 1935 года – глава МИД) Чехословакии Эдвард Бенеш недооценивал опасности, исходившей от нацистов. Будучи уроженцем Австро-Венгрии, он очень боялся её реставрации. Ему принадлежала фраза «Уж лучше Гитлер, чем Габсбурги». Только когда фюрер уже два года был у власти, Чехословакия построила по границе с Германией мощные военные укрепления.

Но что толку от укреплений, когда тыл не обеспечен… В Чехословакии нашли приют десятки тысяч антифашистов из Германии и Австрии. Их можно было использовать для антигитлеровской пропаганды среди судетских немцев, чего не случилось. В итоге чешские немцы смотрели на фюрера как на спасителя, а единственным выразителем их интересов стала Судетско-немецкая партия.

Бенеш строил внешнюю политику, считая главным союзником Чехословакии Францию. Первый «звонок» прозвенел ещё в 1925 году. Тогда был заключён пакт в Локарно, согласно которому Германия обязалась не нарушать свои западные границы (с Францией и Бельгией). Гарантировать неприкосновенность границ с Чехословакией и Польшей немцы отказались до всякого Гитлера. А французов и англичан это нисколько не смутило.

В 1935 году Чехословакия подписала договоры о взаимопомощи с Францией и Советским Союзом. СССР был готов оказать чехам военную помощь, но Бенеш, кажется, боялся большевиков куда больше, чем нацистов. По его настоянию в советско-чехословацкий договор добавили пункт о том, что СССР поможет Чехословакии только в том случае, если поможет и Франция. Тем самым страна попала в полную зависимость от капризов одной державы.

Но и Франция, и её союзница Великобритания не очень-то стремились одёрнуть Гитлера. Они не приняли меры в 1935-1936 гг., когда Гитлер присоединил Саар и провёл милитаризацию Рейнской области, что запрещалось Версальским миром 1919 года. Присоединение Австрии тоже не разрешалось, но Гитлер на запрет наплевал, а австрийцы проголосовали за аншлюс. Снова Запад промолчал. А на очереди была Чехословакия…

Печальный финал и уроки

В 1938 году ни Гитлер, ни Судетско-немецкая партия уже не скрывали своих намерений в отношении Чехословакии. В Судетской области готовился путч, Гитлер демонстративно стянул войска к границе. Серьёзность намерений Германия показала. В итоге премьер-министры Великобритании и Франции решили, что ради мира можно пожертвовать частью чехословацкой территории. Они в ультимативной форме предложили Бенешу передать ряд областей страны Германии.

Результатом событий 29-30 сентября 1938 года стала потеря Чехословакией треть территории и населения, 40% промышленного потенциала. Германия заняла приграничные области, а новые рубежи оказались беззащитными. Скоро свой «кусочек пирога» урвали Венгрия и Польша. Власти страны пошли на создание автономных правительств в Словакии и Закарпатье, причём действия этих местных «князьков» контролировались отнюдь не из Праги.

Но Гитлер не унимался. 14 марта 1939 года он предложил руководству Словакии объявить независимость, пригрозив отдать их под власть Венгрии. А спустя день подразделения вермахта заняли оставшиеся районы Чехии и Моравии. На их территории образовался подчинённый Берлину протекторат Богемия и Моравия. Запад снова промолчал - разве что принял у себя эмигрировавшего президента Бенеша. Не прошло и полугода, как началась Вторая мировая война…

События 29-30 сентября 1938 года стали прологом к уничтожению Чехословакии, а затем и ко Второй мировой войне. К столь печальному финалу привело множество обстоятельств. Тут и политика Англии и Франции, и реваншизм Германии. Однако не допусти Бенеш хотя бы части ошибок, будь он дальновиднее – глядишь, и Чехословакию можно было спасти. А заодно и мировой войны не допустить. А так – получилась цепочка разнообразных и хрестоматийных ошибок, способных стать уроком для других.

Добавляйте CСб в свои источники дзен