8-летний полузащитник Жано Ананидзе остается одной из самых загадочных фигур в нынешнем «Спартаке». Интервью не дает – то ли не хочет, то ли запрещают клубные боссы. Чтобы мальчишка не испортился, не «зазвездил». Ему, впрочем, это и не грозит – Жано примерно вежлив. На сборах с корреспондентами здоровается первым. Улыбается застенчиво. На поле идет в любой стык с такой решимостью, что становится страшно. Искры летят. Но Жано поднимается снова и снова.

Говорят, первым из москвичей заметил Ананидзе «Спартак» летом 2007-го – когда в столице два матча провела юношеская сборная Грузии. Жано забил победный гол. День спустя отличился снова. Заставив выписанную в селекционный блокнот фамилию жирно подчеркнуть. За Жано следить стали специально – на матчи той же юношеской сборной ездил сотрудник селекционного отдела «Спартака» Александр Аверьянов, сын знаменитого тренера.

Играл Жано так, что Аверьянов был в восторге. Как и спортивный директор «Спартака» Дмитрий Попов, первым увидевший Ананидзе в игре за спартаковский дубль. Но успел Жано отметиться и в киевском «Динамо». Как перебирался оттуда в «Спартак» – история почти детективная. Притом, что интересовались юным дарованием «Арсенал», «Севилья», «Ювентус» и «Милан». О чем информировал всезнающий News of the World.

Но еще больше знает о Жано Реваз Челебадзе, отличный в прошлом форвард сборной Советского Союза и тбилисского «Динамо», чемпион СССР-1978 и обладатель Кубка Кубков-1981. Официальный агент Ананидзе. Как было не встретиться с Ревазом, заглянувшим ненадолго в Москву?

ПИСЬМО ОБ ОТЧИСЛЕНИИ

- Реваз Владимирович…

– Зовите меня Резо. Так проще.

Договорились. Так и вправду Жано мог оказаться за границей?

– Конечно! Его звали в Англию и Германию.

Какие клубы?

– Например, «Бавария» и дортмундская «Боруссия». Херберт Цангер, главный тренер юношеской сборной Грузии, рекомендовал перебираться в Германию. Там здорово умеют работать с молодежью. Он видел талант Жано, всем сердцем за него переживал.

Почему же отправились сперва в Киев, а потом в Москву?

– Потому что все европейские клубы обращались к нам через агентов, а мы с Амираном, отцом Жано, хотели работать напрямую. В «Спартаке» общались с Евгением Борисовичем, отличный человек. Очень его уважаю.

Смоленцев?

– Ну да. Бывший технический директор. С ним приятно иметь дело.

Как вы познакомились с Жано?

– Мать у него русская, а отец – как и я, из Кобулети. Ананидзе-старший играл в том клубе, где я был президентом.

Отец был хорошим игроком?

– На уровне Грузии – отличным. В советские времена мог играть в первой лиге, «Динамо» Батуми. Но случилось ЧП – загулял с девочками, опоздал на сбор. Вернулся в Кобулети, был капитаном команды. Затем стал главным тренером. Из региональной лиги вывел клуб в высшую. А сына какого воспитал! Я Жано приметил совсем маленьким – был потрясен, как он с мячом работал. Отец от него ни на секунду не отходил.

Как Жано очутился в академии киевского «Динамо»?

– Сначала он в Тбилиси играл, а в 14 лет повезли его в Киев. Неделю потренировался, попал на глаза Йожефу Сабо. Тот сразу ухватился: «Это что за мальчишка? Надо брать! Сумасшедший талант!» Год провел в юношеской команде «Динамо», выиграл чемпионат Украины. Тут пришел вызов в юношескую сборную Грузии. Но старший тренер киевской ДЮСШ, Анатолий Крощенко, этому не обрадовался: никуда, говорит, Жано не поедет. Не будет за Грузию играть. Я поразился: «Как это? Поедет!» – «Ах, так? Тогда выгоним его из «Динамо».

Поехал в сборную?

– Разумеется. А через две недели приходит письмо: «Жано Ананидзе отчислен из школы киевского «Динамо». И мы отправились в «Спартак».

Пути назад в Киев не было?

– Можно было договориться, если б начали финансировать. А нам прямо сказали: пока Жано не исполнится 18 лет, никаких денег за трансфер не увидите. «Спартак» же был готов говорить о деньгах, только привозите. Мы ни о чем не жалеем.

Как считаете, а в Киеве жалеют, что потеряли такого игрока?

– Не знаю. Некоторое время спустя выяснилось – этим письмом нас пугали, чтобы вовремя вернулся из сборной. Рассчитывали, наверное, что я приду и на коленях буду ползать – лишь бы моего игрока взяли обратно.

Руководители «Динамо» об этом знали?

– Самое высокое начальство на юных не особо смотрит. Надеется на людей, которые работают в школах. Потом на Украине кто-то писал – Челебадзе, дескать, врет. Я никогда не вру! И никогда не врал!

Тренера, который забраковал маленького Марата Измайлова в «Торпедо», уволили – стоило Марату заиграть в «Локомотиве». Крощенко, отчисливший Жано, еще работает в Киеве?

– Работает! Дай Бог, чтоб работал и дальше – семью кормил! Просто киевское «Динамо» было для меня как семья – я хочу, чтобы там знали правду. Они отчислили пацана, и мы поехали в другой клуб, где нас уже ждали с распростертыми объятиями. Что правда – то правда.

Украинцем Жано сделать не предлагали?

– Честно? Предлагали. И Суркисам об этом говорили – мол, нужно из парня сделать украинца, пусть за нашу сборную играет.

Что Жано ответил?

– Категорически отказался. Но вскоре его и отца все-таки фиктивно прописали в какую-то деревню возле Черновцов. Думаю, как раз для этого. И тут Жано вызывают в сборную Грузии – он с радостью поехал. Вполне возможно, вся история с отчислением разгорелась как раз из-за того, что не получилось сделать из Ананидзе украинца.

НАСТОЙЧИВОСТЬ СМОЛЕНЦЕВА

В «Спартаке» миниатюрного Жано не обижают?

– Да он не даст себя обидеть! Никому! Он такой парень!

Отчаянный?

– Гордый. Воспитанный. Это мы с Амираном ему привили – старших на тренировке надо слушать, место уступать. Вот рядом с ним сейчас играют бразильцы – у Алекса много чему можно научиться. Влился в «Спартак» Жано моментально.

– Мы сами не ожидали. Когда-то, года три назад, с Амираном приехали в Москву и попали на матч дубля. ЦСКА принимал «Спартак». Ананидзе-старший говорит: «Резо, неужели Жано скоро сможет здесь играть?!» Мы-то думали, откровенно говоря, что в первом матче за дубль ему больше пятнадцати минут на поле не дадут. И тут наш мальчишка выходит на целый тайм – и два гола кладет! Сразу!

Так кого же благодарить за то, что Жано в «Спартаке»?

– Мое мнение – Смоленцева. Его настойчивость помогла.

А если б не было этой настойчивости?

– Тогда были бы другие клубы.

И какие? Та же «Бавария»?

– После истории с киевским «Динамо» у меня был разговор с Владимиром Плоскиной, начальником селекционного отдела «Шахтера»…

…Он так внезапно умер.

– Я в шоке был, когда узнал. Говорят, рак. Ему было всего 55. Так вот, если бы у Жано не сложилось в Москве, рванули бы в «Шахтер». Мы долго размышляли – куда? В Москву или Донецк? Вопрос с Европой тоже не закрывали. Уже готовы были мысленно остановиться на «Шахтере», как прибегает ко мне товарищ с телефонной трубкой в руках: «Тебя ищет Смоленцев!» Слышу его голос: «Срочно приезжайте, ждем вас в Москве». И мы приехали…

Повезло.

– Повезло уже в Москве – что попадались хорошие тренеры. Мирослав Ромащенко и Валерий Кечинов видели, какой Жано техничный мальчик. Стали работать над «физикой». Потом из Испании вернулся Игорь Ледяхов, рекомендовал Жано Валерию Карпину.

С Карпиным как у Жано складывается?

– Жано его любит и уважает как отца родного.

Агентом вы считаетесь официально?

– Когда-то был официальным, потом перестал. А сейчас вернул лицензию.

Почему переставали?

– Стал президентом «Динамо» Батуми. У меня отобрали лицензию. Когда надо было подписывать контракт со «Спартаком», мы договорились с Димой Градиленко – и тот подписывал бумаги от нашего имени. Но уже второй год я официальный агент Ананидзе.

К самому Жано другие агенты подкатывают?

– Знали б вы сколько! Но у него один ответ: «Звоните папе». А с папой разговор короткий. Жано чего только не предлагали, чтобы бумаги подписал.

Что именно?

– Фамилию агента называть не стану – он давал квартиру 250 квадратных метров в центре Тбилиси. Плюс 15 тысяч долларов готов был достать из кармана сию секунду.

Сколько стоит квартира в центре Тбилиси?

– В среднем – две тысячи долларов за квадрат. Хотя можно найти и за три-четыре тысячи. Но все равно это не Москва. Если говорить о Жано, конечно, мне будет обидно, если его папа вдруг скажет: «Знаешь, Резо, ты больше не будешь его агентом. Другой займется сыном». Ананидзе – вундеркинд, он очень далеко пойдет. Поверьте, я в футболе кое-что понимаю, за сборную СССР играл.

Остальные футболисты, чьими делами занимаетесь, не такие одаренные?

– Нормальные футболисты, но звездного там ничего нет. А если Жано продолжит двигаться вперед – мне тоже будет хорошо, правильно?

КОСА И АВТОГЕН

Вам с трехмесячной визой в Россию «Спартак» помог?

– Да. «Спартак» нужному человеку всегда поможет. А Жано сделали рабочую визу, только когда исполнилось 18 лет. На 8 месяцев, это максимум.

С милицией на московских улицах у вас проблем не возникает?

– Ни разу не было. Почему-то видят фамилию в паспорте – и сразу меня вспоминают. Один молодой милиционер как-то не вспомнил – так другой ему объяснил. Сборную СССР все уважают.

За нее вы провели семь матчей. Какой врезался в память?

– Таких два. Разве забудешь, как в июне 1980 года на «Маракане» обыграли Бразилию?! Матч приурочили к 30-летию открытия стадиона и 10-летию победы бразильцев в чемпионате мира. Поначалу они просто смяли нас. Забил Нуньес, потом еще пенальти назначили – но на наше счастье Зико запустил мяч мимо ворот. Мы приободрились, и Федор Черенков с Сергеем Андреевым вколотили два гола. Со счетом 2:1 и закончили.

А второй матч?

– В мае того же 1980-го в Лужниках принимали сборную Франции во главе с Мишелем Платини. Выиграли 1:0 – снова Федя Черенков забил. К слову, величайший футболист! А человек какой! Добрый и светлый. Таких очень мало. А когда пару лет назад Платини приезжал в Тбилиси, мы встретились, и я напомнил ему тот матч. Мишель обнял меня, кто-то успел нас сфотографировать. В прошлом году отправился я во французское посольство. Попросил двухлетнюю визу, хотя понимал, что шансов мало. У меня и приглашения-то не было. На всякий случай среди документов вложил то самое фото с Платини.

И что?

– Сработало! В посольстве расспрашивали, откуда у меня этот снимок, даже пересняли его. Через три дня прихожу – в паспорте стоит двухлетняя виза. Спасибо Платини! Геннадий Логофет как-то рассказывал нам: «Тенгиз Сулаквелидзе в свои ворота забивает за сборную. 0:1 проигрываем. При всех грузина ругать нельзя, я после матча к нему подхожу, шепотом: «Сул, как же ты так?» – «Олегыч, я даю – она выходит…» «Подожди, – говорю. – Кто – «она»?» Думаю, может, женщина какая по трибуне прошла? Отвечает: «Она, Дасаев…»

- Прекрасная история. Тенгиз по-русски еле-еле говорил. У меня тоже история про Сулаквелидзе есть. Произошла на моих глазах, но она неприличная. Ничего?

Самое оно.

– Сергей Балтача дает длинный пас – и попадает в спину Сулаквелидзе. Тот поворачивается, не может вспомнить слово – и на весь стадион кричит: «Он меня вые…ал!» Балтача упал от хохота.

– Я тоже.

Когда-то вы дружили с Валерием Газзаевым. Сейчас общаетесь?

– Конечно. В 1986 году, когда Валера перешел в тбилисское «Динамо», мы играли в паре. С тех пор дружим семьями, его жена Белла мне как сестра. Я не раз бывал у них дома и в Москве, и во Владикавказе. Кто-то говорил, что Газзаев после серии громких побед с ЦСКА изменился…

Не считаете?

– Ей-богу, мне так не показалось. Для меня он все тот же Валера. Могу позвонить ему в любое время.

В чемпионском «Арарате»-73 были очень непростые отношения. Например, Оганес Заназанян на дух не переносил Аркадия Андреасяна. А с кем у вас в «Динамо» были сложные отношения?

– В нашем клубе на моей памяти такого не случалось никогда. Мы были как семья, и это, поверьте, не пустые слова! Да по-другому и не принято в Грузии. Если б вдруг кто-то кого-то возненавидел и это стало бы отражаться на игре, футболиста просто бы раздавили! Или ты с командой, или – до свидания.

Подлые игроки в ваше время были?

– Подлых не было. Жестких – хватало. По этой части особенно усердствовали защитники московского «Динамо» Сергей Никулин с Александром Новиковым.

По прозвищу Коса и Автоген?

– Точно! Главное, оба в жизни – милые, приятные ребята. Но на поле – садисты. В подкатах ноги отрывали. Тогда ведь еще и судьи были либеральные, карточки давали неохотно. Это сейчас чуть заденешь игрока – сразу желтая, а то и красная.

Были на ваших глазах тяжелые травмы?

– Как-то Сергей Малков из «Металлиста» после стыка с Шотой Хинчагашвили сломал ногу – ее аж в сторону вывернуло. Жуткая картина. Еще случай с Виктором Колотовым вспоминается. Прежде команды часто проводили сборы в Леселидзе. Мы шли вдоль поля, где тренировались киевляне. Вдруг неподалеку от меня Колотов с кем-то столкнулся, упал, скорчился от боли. Смотрю – а у него коленная чашечка вылетела и вышла на бедре.

Ужас.

– Врач тбилисского «Динамо» шел рядом со мной, поэтому оказался у Вити быстрее, чем киевские доктора, которые бежали со скамейки. Не дожидаясь их, аккуратно чашечку поставил на место. Колотов потом еще ни один год отыграл. Более мужественного футболиста я вообще не встречал. А тот врач после ухода из тбилисского «Динамо» с головой ушел в науку и к концу жизни даже академиком стал.

Самые памятные премиальные в вашей жизни?

– 56 рублей 40 копеек. Именно столько получили «чистыми» в 1979-м за победу над киевлянами. Они, прознав об этом, долго смеялись. У них-то премии были на порядок выше. А в Тбилиси лишь в 80-е игрокам стали нормально платить.

НА ДАЧЕ У СААКАШВИЛИ

Бывший тренер тбилисского «Динамо» Герман Зонин говорил, что не видел непьющих грузин. А вы таких среди футболистов встречали?

– Хинчагашвили не пил. Сулаквелидзе тоже, пока играл, к спиртному не притрагивался. И еще Володя Гуцаев – он, правда, осетин.

А вы какой напиток предпочитаете?

– Раньше – вино. Но его, чтобы на душе стало хорошо, слишком много надо выпить. Поэтому в последнее время перешел на виски.

А курите давно?

– С восьмого класса.

Играть не мешало?

– На предсезонке бросал, а потом начинал в два раза сильнее. Половина тбилисского «Динамо» курило.

Мы думали, вся команда.

– Это сборная СССР вся курила. Вот, случай вспомнил. Играем с «Динамо» в Италии товарищеский матч. Я должен выйти в основном составе, но в последний момент главный тренер Нодар Ахалкаци отправил меня в запас. После матча поехали по магазинам. Я был не в настроении, поэтому что-то быстро прикупил и вернулся в автобус. Сел на место Ахалкаци. Закурил. К ребятам развернулся, начал что-то рассказывать. Внезапно все притихли, голову поворачиваю – стоит хмурый Ахалкаци: «Челебадзе, твою мать, ты куришь?!» Я так перепугался, что чуть не умер. Был уверен, что он еще по магазинам бегает.

С президентами Грузии – нынешним и предыдущим – знакомы?

– С Эдуардом Шеварднадзе однажды выпивал на банкете, который проходил на тбилисском стадионе «Динамо». Он поднял бокал вина: «Резо, твое здоровье!» Я выпил, он тоже немножко пригубил. А когда Михаила Саакашвили впервые избрали президентом страны, меня пригласили к нему на дачу. Он там решил устроить футбольный матч.

И вы играли?

– Игрой назвать это трудно – учитывая мои нынешние 150 килограмм. По полю я пешком ходил. Потом накрыли стол, посидели…

С Вахтангом Кикабидзе общаетесь?

– А то! Буба – мой друг. Он обожает футбол. Последние годы, правда, охладел и на стадион не ходит. Я его понимаю. На что сейчас смотреть в чемпионате Грузии? А вот в советские времена матчей нашего «Динамо» не пропускал.

Играющим в футбол его видели?

– Ни разу. Смотреть футбол он любит. Но не играть.

В Москве он, кажется, давно не был?

– С августа 2008-го, когда вспыхнул конфликт между Россией и Грузией. Буба отменил тогда юбилейные концерты в Москве, отказался от Ордена Дружбы. Для награждения, конечно, совсем неподходящее время выбрали. Вы представьте – война только закончилась, а ты вызываешь грузина и говоришь: «Вот тебе орден». Либо раньше давай, либо позже, когда все поутихнет.

Допустим, в тот момент президент Грузии решил бы вдруг наградить россиянина – разве кто-то поехал бы за наградой? Если б Кикабидзе взял орден, для всей Грузии он бы сразу стал предателем. Не понимаю Кобзона и других уважаемых людей, которые осуждали Бубу и наговорили о нем бог знает что. И это про Бубу, любимца всей страны!

Полагаете, сегодня Кикабидзе не отказался бы от ордена?

– Мне кажется, сейчас – взял бы. Все-таки время прошло, страны ищут пути к примирению. Надеюсь, и в Москву очень скоро Буба наконец приедет.

Football Magazine – первый электронный журнал о футболе.