rostend.su

Объявление властями Иракского Курдистана о предстоящем референдуме о независимости от Багдада стало еще одним проявлением «особого курса» президента США Обамы в мире, непосредственно затрагивающим российские интересы.

Решение властей Иракского Курдистана провести референдум о независимости, о котором было объявлено 3-го июля, заметно меняет сложившуюся конфигурацию сил на Ближнем Востоке и в мире в целом. В результате, спустя 100 лет с начала активной фазы курдского национального движения, мечта курдов об обретении собственной государственности стала сбываться.

Израиль, США и Турция в подготовке курдской государственности

Необходимо заметить, что независимость Иракского Курдистана была подготовлена заранее и в этом участвовали не только США, обеспечившие ему военно-политическую поддержку, но и Турция, за счет которой он фактически и существует в плане экономическом.

Немалую лепту в дальнейшее его огосударствление внес Израиль, для которого ослабление Ирака, как, впрочем, и всех остальных исламских государств за счет «откалывания» от них курдских «кусков», имеет жизненно-важный интерес. Он активно поддержал инициативу Барзани, рассчитывая в условиях охлаждения своих отношений с прочими странами, включая Турцию, поправить дела за счет развития отношений с новым государством, к созданию и укреплению которого он серьезно приложил руку.

Именно он фактически руководил развитием его спецслужб и армии, а с февраля 2013 г. Израиль стал активно делиться с Эрбилем своими сельскохозяйственными ноу-хау, благодаря чему там быстро развивается агросектор. При наличии у последнего собственного силового аппарата и свободных денег от продажи нефти и энергетической самодостаточности, его слабым местом оставалась лишь продовольственная зависимость от поставок извне, без решения которой он не мог гарантировать себе реальную независимость и успешность дальнейшей борьбы.

Роль США в создании независимого Курдистана

Важно, что именно США и Великобритания санкционировали данное решение. последовавшее сразу после недавнего посещения Эрбиля главами внешнеполитических ведомств этих государств Джоном Керри и Уильямом Хейгом.

Необходимо заметить, что Иракский Курдистан, во многом ориентированный на всестороннюю американскую помощь, де-факто стал независимым с момента свержения Саддама Хусейна в 2003 г. И именно США при президенте Джордже Буше-младшем стали гарантом существования Ирака в прежних границах.

Однако с приходом Обамы ситуация изменилась. Вывод американских войск из Ирака, продемонстрировал качественно новый подход США к этой стране. Вашингтон, сохранив при этом в отношении Багдада союзнические обязательства, не исполнил их, что сыграло важную роль в успехе исламистов организации «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ или ISIS) в Ираке.

На фоне этого и последовало историческое заявление Эрбиля, благословленное из Вашингтона, Лондона, Анкары и Тель-Авива.

Как поссорились курды с аль-Малики

Для того, чтобы понимать подоплеку произошедшего, необходимо напомнить краткую предысторию. В конце 2013 – начале 2014 гг. шиитская группировка премьера страны Нури аль-Малики оттеснила суннитов и курдов от ключевых постов и лишила контроля над нефтяными месторождениями. Этому предшествовало «выдавливание» последних с поста президента страны (эту должность курды имели по Конституции, получив её благодаря протекции США). После «нейтрализации» Джелала Талабани почти то же самое произошло и с министром торговли Ирака Хейралла Хасана Бабакра, обвиненным в коррупции. Важно, что последний не только отвечал за финансы «Курдской партии» страны, но и являлся финансовым советником всего влиятельного клана Талабани, что также повлияло на последующую остроту реакции курдов.

Проявленная впоследствии Багдадом слабость в борьбе с исламистами стала дополнительным сигналом Эрбилю, что, в свою очередь, также способствовало появлению соответствующего решения Барзани.

Иран и курдский проект

Фактически, в сложившейся ситуации США переложили спасение Ирака на третьи страны, включая Иран, рассчитывая тем самым погасить его растущую активность в регионе. Однако на этот счет у него свое особое мнение и желание. Не случайно он продемонстрировал намерение «подобрать» «шиитскую» территорию от Аравийского до Средиземного морей.

В итоге вместо превращения Ирана в предсказуемого партнера, его действия грозят обернуться еще одним вызовом. Чтобы остановить и развернуть Тегеран в «нужном» направлении, США пустили в ход пока еще неиспользованные козыри.

В качестве естественного противовеса набирающему мощь Ирану они намерены выставить «курдский проект».

О том, что «курдский проект» прежде всего направлен против Ирана, дополнительно свидетельствовало то, что в последние недели Запад активизировал работу именно по курдско-иранской» линии. Так, например, для этих нужд он попытался использовать диссидента Зелана Таниа из сепаратистской «Партии свободной жизни Курдистана» (Parti Bo Jiyani Azadi, PJAK или PEJAK), который призвал её руководство вступить в переговоры с Тегераном параллельно проходящим консультациям одной из крупнейших курдских организаций, Рабочей партии Курдистана (РПК) с Турцией о достижении мира.

Важно, что он проживал в изгнании в Германии и по понятным причинам «опекался» рядом иностранных спецслужб.

Необходимо напомнить, что в начале 2012 г. Иран договорился о «тактическом» прекращении огня с PJAK, которое на деле далеко не всегда соблюдалось. И в этой связи была предпринята попытка использования соответствующих связей с их товарищами из «турецкой» организации, чтобы усадить за стол мирных переговоров их несговорчивых единоплеменников из Ирана. Так, РПК ведет с помощью Вашингтона переговоры об амнистии с Турцией через каналы турецкой спецслужбы MIT и в этом отношении она является более гибкой.

Посредством этого Анкара и ее американские коллеги не теряют надежды на достижение прочного мира с другими курдскими структурами, не только с иранским PJAK, но и сирийским PYD, потенциал которых они рассчитывают использовать на других «фронтах».

Таким образом, попытка раскола PJAK и последующее инициирование переговоров с Ираном преследует особые цели США в регионе, включая получение гарантий безопасности Иракскому Курдистану за счет предоставления Тегерану обязательств неиспользования против него (по крайней мере, на нынешнем этапе) курдских сепаратистов.

Однако иранское руководство, известное свое несговорчивостью и осторожностью при рассмотрении столь важных и неоднозначных вопросов, пока не решило этот вопрос. Но это не останавливает США, не только предлагающих Ирану торг, но и демонстрирующих его уязвимость на примере усиления активности «народных иранских моджахедов» («Моджахеддин Э`Халк» или MEK) как в плане боевом, и так политическом.

В этом отношении показательна активизация встреч главы Иракского Курдистана Масуда Барзани с их лидерами, которые могут быть использованы как против боевиков ИГИЛ, так и против Тегерана, с которым они борются с момента создания Исламской Республики 1979 г.

Так, например, он во время визита в Париж с 29 мая по 7 июня встречался с женой основателя «моджахедов» Марьям Раджави, избранной президентом Национального совета сопротивления Ирана.

Показательно, что за две недели до этого она встречалась и с лидером оппозиционной Сирийской национальной коалиции Ахмадом Асси Джарбой. В свою очередь, в последние недели лидеры «моджахедов» отметились и в самом Иракском Курдистане, где уже находятся с «позволения» США их отряды, насчитывающие от 2900 до 7000 боевиков.

Турция и Иракский Курдистан в антииранских планах США

Разумеется, подобная концентрация иранских противников вызывает закономерное желание Тегерана разобраться с этим вызовом, что напрямую угрожает прямым вооруженным конфликтом между Ираном и Турцией.

Ведь перспективы вероятного столкновения Эрбиля (чьё поведение вызовет соответствующую реакцию иранских курдов) и Тегерана в первую очередь бьет по турецким интересам. Именно Анкара закупает значительную часть добываемой в Иракском Курдистане нефти. А к концу 2016 г., когда будет создана необходимая инфраструктура, она также рассчитывает закрывать за счет него и немалую часть своих газовых потребностей.

Кроме того, такая привязка Анкары и Эрбиля вызывает стремление первой минимизировать «курдскую опасность», поддерживая союзный ей «барзанистский» вариант Курдистана.

Между тем, Турция уже сейчас готовится к самому неблагоприятному варианту развития событий, которые, судя по всему, уже приготовлены «главным мировым политическим поваром» в лице США.

Учитывая отлаженные связи между Вашингтоном и Эрбилем, не приходится сомневаться в том, что первый в данном случае гарантируют Иракскому Курдистану безопасность «турецкими руками». А это, в свою очередь, дополнительно свидетельствует о том, что «курдскую карту» сейчас разыгрывают прежде всего против Ирана и его союзника Сирии.

О том, что действия Барзани согласованы и с турецким союзником, свидетельствует небывало высокий для мировой практики темп обмена официальными и неофициальными делегациями между Анкарой и Эрбилем на самом высшем уровне.

Так, цель неофициальной встречи Масуда Барзани с турецкими президентом Абдуллой Гюлем и премьер-министром Реджепом Тайипом Эрдоганом 14 июля, которая не была обнародована, состоит в заключении военного союза с Анкарой для недопущения атаки Иракского Курдистана со стороны Багдада или Тегерана.

Подобные опасения Барзани не случайны: учитывая былые и до сих пор нерешенные разногласия с аль-Малики по контролю над северными иракскими нефтяными месторождениями, шансы относительно давно ожидаемого столкновения с войсками проиранского союзника «под шумок» борьбы против ИГИЛ заметно повышаются.

Курды и Сирия

О важности курдского фактора свидетельствует борьба за влияние в Сирии, важнейшем союзнике Ирана, между третьими странами. Не случайно, что Катару, конкурирующему здесь за влияние с Саудовской Аравией, удалось продвинуть в числе троих заместителей лидера оппозиционной Национальной сирийской коалиции Ахмада Джарба курда Абдул-Хакима Башара. Учитывая, с одной стороны, продемонстрированную неспособность оппозиции до сих пор свергнуть режим Асада, а с другой стороны, отсутствие у последнего возможности покончить с ней, налаживание отношений с курдами, представляющими «третью силу», становится важнейшей составляющей дальнейшей битвы за Сирию.

Курды против ИГИЛ в Ираке

В связи с «благословением» США на независимость курдов, у Вашингтона возникает соблазн их использования в том же Ираке для борьбы с ИГИЛ (или ISIL), учитывая то, что в течение 2013 г. они уже вовсю вели войну на уничтожение. Речь, например, идет о столкновениях джихадистов с бойцами Yekîneyên Parastina Gel (YPG), вооруженного крыла Сирийского демократического союза (PYD). Острота ситуации не в последнюю очередь объяснялась тем, что эти движения вступили в борьбу за маршруты снабжения, проходящие через Ирак.

В этих столкновениях октября-ноября курдские боевики доказали свою боеспособность, отбив у ИГИЛ пограничный пост Тиль Косер у города Аль Ярубийя, являющийся воротами в провинцию Мосул, а также город Рас-эль-Айн и его окрестности.

За эти успехи лидер YPG Салех Муслим заплатил гибелью своего сына. Учитывая данное обстоятельство, можно предположить, что замирение между противоборствующими сторонами становится в обозримой перспективе практически невозможным.

Перспективы Курдистана

В том случае, если «курдский проект» будет доведен до своего «логического» завершения, Израиль, США и Турция получат в благодарность от курдов ориентированное на них государство, на которое они смогут опираться при ведении своей политики в регионе.

В первую очередь, жизненно важно «оседлать» «курдский проект» для Турции, которая уже добилась на этом направлении серьезных успехов, поскольку сейчас реальным центром притяжения и «носителем» государственности является ориентированный на Турцию Эрбиль, что заметно понижает «ставки» враждебной ей РПК и, напротив, улучшает перспективы протурецкого барзанистского варианта Курдистана.

Однако его реализации в границах курдских земель будут предшествовать годы, если не десятилетия кровопролитной борьбы не только представителей курдов против государств проживания, но и междоусобицы их многочисленных враждующих группировок.

Не исключено, что в конечном итоге, потерпев поражение от сирийских и турецких войск, а также ИГИЛ, остатки отрядов той же РПК и её сирийских «клонов» будут вынуждены признать его лидерство. Так, например, в течение 2013 г. Турция достаточно успешно боролась с РПК и курдскими организациями в Сирии, например, PYD, не только руками оппозиции, но и самих курдов. Например, курдского формирования Katibat at-Taliban (KAT), созданного из турецких наемников курдской национальности, «барзанистов», а также прошедших «перековку» в турецких тюрьмах членов РПК и последователей имама Фетхуллаха Гюлена.

Это стало серьезной заявкой Анкары на способность искусственного, подконтрольного ей объединения курдов и использования их в борьбе против враждебных ей сил, в том числе и курдского происхождения.

Россия и курды

Реализация на практике проекта «Курдистан» несет в себе серьезные изменения как для внешней, так и для внутренней политики РФ, принимая во внимание влияние курдских сообществ в России в «теневом» секторе экономики.

Учитывая тот факт, что по сравнению с советскими временами «школы Евгения Примакова» Москва в постсоветские годы во многом ослабила соответствующие курдские связи, сейчас возникает насущная необходимость их заметного оживления с целью воспрепятствования развития на Ближнем Востоке неблагоприятных для России процессов. Ведь их дальнейшее осуществление ведет в конечном итоге к исчезновению её старых региональных партнеров вроде Сирии и Ирака.

Положительные подвижки уже имеются. Так, например, 6 июня 2013 г. делегация сирийских курдов, в том числе главы PYD Салеха Муслима, побывала в РФ с целью «образования с ней дипотношений Сирийского Курдистана».

И хотя на практике это не привело к серьезному прорыву, данный факт продемонстрировал то, что дипломатическое ведомство пытается в данном случае работать «на упреждение». Вопрос в том, не спутает ли все карты огосударствление Курдистана по иностранному сценарию?