Сомалийские пираты впервые за последние пять лет захватили танкер, шедший из Джибути под флагом Коморских островов, сообщило издание «Коммерсантъ». Корреспондент Максим Юсин посетил Джибути и самопровозглашенное государство Сомалиленд, одно из многих, образовавшихся на месте фактически распавшейся Сомали, и сообщил подробности этого ЧП. 

Танкер Aris 13, следовавший из Джибути в столицу Сомали Могадишо, был, как сообщили местные СМИ, захвачен пиратами, которые  высадились на борт судна с двух скоростных катеров. Экипаж, граждане Шри-Ланки, взят в плен, а судно направлено к побережью самопровозглашенного государства Пунтленд. 

Этот инцидент напомнил о проблеме сомалийских пиратов, для борьбы с которыми многие станы, в том числе Россия, направили в этот район свои военно-морские силы. 

Сотрудник посольства одной из европейских стран в Джибути, ответственный за координацию международных усилий в борьбе с пиратами, рассказал, что во время расцвета пиратства «в портах Пунтленда в некоторые дни одновременно стояли до 30 захваченных судов, в том числе груженные нефтью танкеры. За их освобождение приходилось платить выкуп, и речь шла об огромных суммах. Здесь была задействована целая индустрия, причем не столько в Африке, сколько в Европе, особенно в Лондоне, и в странах Персидского залива,— адвокаты, посредники, через которых велись переговоры, банковские структуры, обеспечивавшие перевод и получение средств, страховые компании, охранные агентства».

Собственно говоря, в этих словах анонимного дипломата заключается ответ  на вопрос, кому выгодно сомалийское пиратство.  В мае 2008 года, как пишет издатель «Морского бюллетеня» Михаил Войтенко,  лондонские страховщики включили Аденский залив в список зон военного риска, и стали взимать с судовладельцев страховые премии за военный риск. В начале 2009 года эту зону расширили, охватив ею почти всю северную часть Индийского океана, от Баб-эль-Мандебского пролива на западе до побережья Индии на востоке, от северной части Аравийского моря до Мадагаскара на юге. Стоимость страхования для судовладельцев, направляющих суда в этот район, многократно выросла. 

Максимальная годовая прибыль сомалийских пиратов никогда не превышала 80 миллионов долларов, а вызванный этим пиратством прирост прибыли страховых компаний, объявивших всю северную часть Индийского океана зоной военного риска, оценивается в 300 миллионов долларов. 

Хорошо известно, что в торговом мореплавании Англия до сих пор остается владычицей морей, то есть финансовым, страховым и юридическим центром торгового судоходства. В Лондоне расположены главные финансовые, юридические и страховые институты судоходства, а также все основные международные морские организации, в частности Международная морская организация или ИМО (International Maritime Organization, IMO). Большинство страховок судов мирового торгового флота заключаются в Лондоне. Судовладелец, который откажется от выплаты страховой дани, мгновенно потеряет свой бизнес – его суда не пустят в большинство мировых портов. Расположенный в Лондоне  Ллойдовский Совместный Военный Комитет (Lloyd's Joint War Committee) принимает решения об объявлении той или иной части Мирового океана зоной военного риска. 

Эксперт по Африканскому Рогу и Африканскому континенту Мохамед Саид читает, что 70 процентов всех денег, потраченных на выкуп, остается в Лондоне. Остальные 30 процентов отправляют в Дубай,  оттуда в Сомали, куда доходит лишь десятая часть от первоначальной суммы. Деньги оседают в сфере банковского дела, безопасности и страхования на Западе, считает Мохамед Саид:

«Доходы в сферах банковского дела, безопасности и страхования увеличились в три раза за последние пять лет в связи с пиратством на Африканском Роге. И это далеко не совпадение. Всего пару лет назад пираты получали около $6 миллиардов. Теперь эта сумма составляет $400 миллионов. Цифры существенно разнятся, и мы не знаем, какая из них отражает действительность. Но одно мы знаем наверняка – жители Сомали этих денег не получают. Эти деньги оказываются в руках преступников, но уж никак не сомалийских общин».

Мотивированы  в существовании сомалийского пиратства не только страховые компании, но и военные. 

Долгое время Сомали была зоной влияния СССР и имела самую крупную армию в Африке. В 1977 году сомалийский диктатор Мохаммед Сиад Барре начал агрессию против дружественной Советскому Союзу Эфиопии. Москва отказала ему в поддержке, тогда Сиад Барре разорвал договор о дружбе и сотрудничестве с СССР, конфисковал все советское имущество на территории Сомали и потребовал, чтобы 2 тысячи советских специалистов покинули страну в срочном порядке:

«В домах, где жили советские семьи, отключили свет и воду, их осаждали разъяренные толпы местных жителей, выкрикивавшие оскорбления и забрасывавшие их камнями. В аэропорту вылетавшие советские специалисты подвергались всяческим унижениям и издевательствам. Советские самолеты, идущие на посадку в аэропорту Могадишо ночью, приземлялись в полной темноте, потому что сомалийцы вырубали освещение на взлетных полосах.
В последний день сомалийского ультиматума в порт Магадишо прибыла советская эскадра Тихоокеанского флота. Командующий эскадрой контр-адмирал Михаил Хронопуло приказал высадить в столице Сомали морскую пехоту для защиты советских граждан и обеспечения беспрепятственной эвакуации советского имущества. Высадка советского морского десанта отрезвила сомалийское руководство. Люди были беспрепятственно и в спокойной обстановке эвакуированы, затем моряки демонтировали все советское имущество и погрузили на корабли. История советского базирования в портах Сомали завершилась».

Через год сомалийская армия, получившая поддержку арабских стран, потерпела сокрушительное поражение в боях против армии Эфиопии, вооруженной советской техникой, которую поддерживали кубинские подразделения и советские военные советники. Сиад Барре заключил соглашение о военно-техническом сотрудничестве с США, но вскоре в стране началась гражданская война, в 1991 году Сиад Барре был свергнут и Сомали погрузилась в хаос, который продолжается и по сей день.  

Сомали стала базой пиратов Индийского океана. Вначале действия сомалийцев носили защитный характер. Ставшие бесконтрольными воды Сомали стали золотым дном для иностранных браконьеров и предприимчивых дельцов. Итальянская мафия сбрасывала в прибрежные воды Сомали промышленные отходы, а браконьеры выловили всю рыбу. Из Сомали через Аденский залив в Йемен протянулась межконтинентальная трасса для всех видов существующей в Африке контрабанды. По ней в Европу, Азию и США хлынули «нелегальные драгоценные камни и запрещенные слоновая кость и шкуры редких животных, наркотики и мигранты».

Сначала сомалийцы выходили в океан на утлых лодчонка- «доу», чтобы отогнать обнаглевших браконьеров и мусорщиков, сбрасывающих отходы. Затем они стали их грабить. В 2004 году начались захваты судов с целью их выкупа.

2006 год мог стать последним годом сомалийского пиратства. Власть в стране захватил и добился практически полного контроля над всей территорией Сомали исламистский Союз исламских судов (СИС), стихийно возникшее объединение местных шариатских судов, которые «завоевали симпатии мирного населения борьбой с бесчинствами, разбоями, аморальностью и наркоторговлей». Впервые за многие годы в стране воцарилось спокойствие. Пиратство прекратилось.  Но недовольная усилением СИС Эфиопия увеличила свой воинский контигент в Сомали. Эфиопию поддержали США, заявившие о связях СИС с Аль-Каидой. В боях против эфиопских войск подразделения СИС были разбиты, но Эфиопия ограничилась контролем только над столицей Сомали городом Могадишо, а вскоре полностью вывела свои войска из страны. Сомали оказалась расколотой на несколько самопровозглашенных государств.

В возрождении сильного единого государства Сомали фактически никто не заинтересован. Кроме того, наличие по соседству неуправляемой территории, через которую можно доставлять практически любую контрабанду, дает граничащим с Сомали государствам определенные преимущества.

С 2007 года вокруг сомалийского пиратства сложился серьезный инфраструктурный бизнес. 

Возник рынок услуг по доставке пиратам больших сумм наличности в качестве выкупа, который контролируют бывшие сотрудники британских спецслужб. Английские юридические фирмы стали единственными переговорщиками с пиратами. 

В портах Суэцкого канала активно раскупается колючая проволока. Настал звездный час и для охранных агентств. На практике наем вооруженной охраны на грузовое судно на сто процентов гарантирует невозможность его захвата пиратами. Но по каким-то неведомым причинам это факт обходят вниманием.

После того, как в рамках операции «Аталанта», которую инициировал Евросоюз, в регион пришли военные корабли ведущих военных держав, сомалийские пираты перенесли свою активность к берегам Мадагаскара, Ирана Омана и Индии, а также в Красное море. 

В следующем году операция «Аталанта» должна завершиться, и ответственность за безопасность судоходства в Аденском заливе и Баб-эль-Мандебском проливе между Африкой и Аравийским полуостровом перейдет, как предполагается, к Китаю, для которого жизненно важны торговые пути, проходящие через этот район, пишет Максим Юсин. 

Очевидно, что европейским  странам и США невыгодно свертывание операции «Аталанта». Китай строит в Джибути свою первую военную базу за рубежом, чтобы в будущем надежно контролировать стратегический морской путь. Конкуренция между западными странами и КНР за контроль над региональными морскими перевозками будет только нарастать, и сомалийские пираты используются в этом противостоянии как инструмент гибридной морской войны.

Военные так и не нашли действенных мер против пиратов. Российские военные конвои в период с 2008 по 2011 год провели через Аденский залив примерно 700 судов.  Если учесть, что суточный трафик здесь порядка 200-300 судов, то получается, что за три года конвоирования российские ВМС обеспечили безопасное судоходство на протяжении всего лишь 3-4 суток.    

Осознав неэффективность применения конвоев, военные НАТО, ЕС и США установили коридор безопасности в Аденском заливе и стали его круглосуточно патрулировать. В ответ на это пираты перенесли свои набеги в отдаленные от Сомали регионы. Попытки уничтожения пиратских морских баз — суденышек-доу привели к том, что в качестве таковых стали использоваться захваченные нефтяные танкеры, атаки на которые могут вызвать не только большие человеческие жертвы, но и экологическую катастрофу. 

Военные в принципе могут ликвидировать наземные пиратские базы, но ввязываться в затяжную войну против исламистов никто не хочет. Частные охранные агентства могут обеспечить проходящие через пиратскую зону суда надежной охраной, но охранникам приходится выбрасывать в море оружие по прибытии в порт назначения, что довольно накладно.

Есть, впрочем, вполне легальный и надежный способ обезопасить торговые суда от сомалийских пиратов:

«В Индийском океане два главных маршрута движения судов, две главных трассы. В конечных точках трасс ставятся 1-2-3 т.н. флотеля, нечто вроде плавучих общежитий или казарм, со всеми необходимыми для размещения, проживания и тренировок помещениями и оборудованием, в том числе со средствами для доставки групп охраны на борт проходящих судов и для их снятия – это плавсредства и вертолеты. На флотелях размещается международный контингент военных. Проходящие суда не подстраиваются под конвои, они просто проходят точками А и Б, в одной прием охраны, в другой сдача. И пиратская угроза исчезает. Пираты есть, а захваченных судов нет. То есть пираты будут конечно, пробавляться случайным неосторожным судном и местными судами, все теми же доу, но это уже не будет проблемой для мирового судоходства». 

Причины, по которым этого не сделано, лежат на поверхности. Ведущие военные державы заинтересованы в присутствии своих военных флотов в регионе Африканского Рога. Основным предлогом для этого является пресловутое сомалийское пиратство. 

Недавний захват танкера сомалийскими пиратами, вернувшимися к набегам вблизи своих берегов, скорее всего, послужит поводом для того, чтобы страны ЕС подняли вопрос о продлении действия операции «Аталанта». Что, как говорится, и входило в задачу. 

Если вспомнить историю захваченного пиратами украинского транспорта «Фаина», в  трюмах которого находились танки и зенитные комплексы, то ни один пропавший танк не был затем использован сомалийскими полевыми командирами в боевых столкновениях с соперниками, утверждает российский политолог Андрей Манойло. Все захваченное пиратами вооружение было куда-то переправлено, причем организованно.

Сомалийские пираты целенаправленно охотятся за крупными партиями оружия и военной техники, которые просто невозможно реализовать внутри Сомали, то есть они выполняют иностранный заказ. Причем заказчики обладают информацией о таких военных перевозках.

Все это позволяет предположить, что Аденский залив является важным звеном в большой геополитической игре, а само сомалийское пиратство – не более чем операция прикрытия, обеспечивающая правдоподобную для широкой публики легенду для тайных стратегий гибридной войны.

Автор: Владимир Прохватилов, президент Академии реальной политики (Realpolitik), эксперт Академии военных наук