Сколько денег нужно российской оборонке?

Российские СМИ сообщают о разгоревшемся между Минобороны и Минфином РФ споре о том, сколько денег нужно направить на госпрограмму вооружения (ГПВ) на 2018–2025 годы. Финансисты предлагает 12 трлн руб., а военные требует вдвое больше.

У каждой из сторон свои резоны: Минфин считает, что такой рост оборонных расходов бюджет не потянет, Минобороны предупреждает (и не без оснований), что без увеличения финансирования отвечать на угрозы безопасности страны будет довольно сложно. Время для выбора оптимального решения пока есть: новая ГПВ должна быть утверждена в конце следующего года.

Позиция Минфина «не устроила многих, в том числе министра обороны Сергея Шойгу и вице-премьера по ОПК Дмитрия Рогозина», как утверждают источники, близкие к аппарату правительства и администрации президента.

Позицию Минфина, как известно, остро критикует советник президента Сергей Глазьев, который считает, что финансовые ресурсы в стране имеются в достаточном количестве, просто Центробанк должен предоставлять реальному сектору экономики дешевые кредиты.

А насколько обоснована в условиях нынешней жесткой монетаристской политики регулятора и Минфина позиция военных, которые говорят, что для обеспечения национальной безопасности нужно не менее 24 триллионов рублей до 2025-го года?

Представляется, что если навести в российском ВПК хотя бы элементарный порядок, основываясь на соображениях здравого смысла, то национальную безопасность можно обеспечить и меньшими суммами, чем запрашивают господа Шойгу и Рогозин.

В первую очередь большой резерв экономии может дать более жесткий подход правоохранительных органов РФ к всевозможным манипуляциям департаментов имущества российских оборонных корпораций в сфере так называемых непрофильных активов. Недавний арест руководителей высокопоставленных менеджеров корпорации МиГ, о котором я уже писал, убедительное тому доказательство.

Еще один резерв экономии оборонного бюджета - проекты, которые идут через вороватый Спецстрой. Их вполне реально поурезать. Да и сам Спецстрой целесообразно лишить статуса заказчика строительных работ, оставив за ним функции генподрядчика. Подписывать финансовые документы должно само Минобороны. И нести за это всю полноту ответственности.

Крайне неудачной затеей, на мой взгляд, является аутсорсинг, повсеместно внедренный в нашем ОПК. Масштабные злоупотребления на строительстве космодрома Восточный порождены именно этой менеджерской «инновацией».

Миллиардные хищения на космодроме Восточный совершены организациями, подведомственными Минобороны. В марте 2016-го, например, арестованы учредители ООО «Русальянс строй». Они обвиняются Следственным комитетом РФ в «организации хищений в особо крупном размере при строительстве военной базы в Арктике». Заказчик - все тот же «Спецстрой», перечисливший исполнителю свыше 3,2 миллиарда рублей. Предусмотренные контрактами работы не были выполнены, а деньги исчезли.

Самые масштабные хищения и махинации в российском ОПК - в капитальном строительстве, финансовой деятельности и сфере имущественных отношений. Довольно много относительно мелких нарушений законности, порой не связанных с гособоронзаказом, но, тем не менее, характеризующих общую ситуацию в отрасли.

Бывшего руководителя судоремонтного завода «Звездочка» обвиняют в уклонении от уплаты налогов, экс-главу Уральского приборостроительного – в махинациях, связанных с отчуждением имущества. «Дела по заводу им. Дзержинского (отчуждение имущества в ходе банкротства), Физико-энергетическому институту имени Лейпунского (приемка и оплата невыполненных исследований), пермскому «Машиностроителю» (пропажа станков и ввоз комплектующих из попавших под антисанкции стран), Калужскому турбинному и т. д. связаны с мошенничеством. До приговора доходит не всегда. К примеру, дело руководителей Воронежского КБХА закрыто по решению суда. Возбужденное по инициативе Ростеха дело в отношении совладельца «Мотовилихинских заводов» В. Сарксяна прекращено прокурором Пермского края».

Общее количество нарушений законности в российском ОПК довольно значительно. Например, в 2015 году прокуратурой одной лишь Тульской области в связи с «ненадлежащим исполнением гособоронзаказа внесено 19 представлений руководителям организаций и предприятий, в частности НПО «Стрела», НПО «Сплав», Тульский патронный завод. 17 должностных лиц привлечены к дисциплинарной и административной ответственности». В Уральском федеральном округе Генеральная прокуратура России выявила в 2015 году более 300 нарушений при выполнении ГОЗ. Они связаны со «срывом сроков, низким качеством продукции, отсутствием разрешений, несоблюдением порядка расходования бюджетных средств». К ответственности привлечены 20 должностных лиц. По материалам прокурорских проверок возбуждены и расследуются семь уголовных дел.

Очень много вопросов к несовершенной сфере финансового контроля, когда возникают такие, например, ситуации, когда головная организация оборонного холдинга заключает контракт по одной цене, а подписывает договор с основным исполнителем по гораздо меньшей. Причем, куда идет образовавшаяся дельта, отчет не предоставляется.

Нынешняя модель государственно-частного партнерства в сфере ОПК работает с низкой эффективностью и большой коррупционной составляющей. Нашей оборонке нужен или нормальный конкурентный частный бизнес или Госплан. Кстати, американский Пентагон в последние годы, когда завышенные аппетиты оборонных холдингов стали тяготить бюджет, стал жестко реагировать на необоснованные расходы. Например, Пентагон обвинил оборонный концерн Raytheon в мошенничестве и подал огромный иск против этой корпорации. Оказалось, что подрядчик многократно завысил стоимость разработки сенсора погоды, устанавливаемого на военные спутники.

Тревожит и отсутствие продуманной долгосрочной стратегии развития наших вооруженных сил, что приводит к настоящему буйству «креативщиков» от военно-промышленного лобби, предлагающих устроить то военную базу на Луне, то спроектировать сверхмощный авианосец, дабы утереть нос США. А реальные провалы и отставания в стратегически важных направлениях остаются без внимания. Так, мы безнадежно на данный момент отстаем от ведущих военных держав по ударным беспилотникам и современным средствам связи и разведки. У нас реально нет ударных БПЛА и систем всепогодной разведки. Есть и другие «узкие места», например, в разработке автономных систем вооружений.

Гарантию стопроцентного обеспечения национальной безопасности России в таких условиях может дать не количественный финансовый «навал» по всем видам ВВТ, а приоритет системам вооружений завтрашнего дня и разумная модернизация уже стоящей на вооружении военной техники. Ну и борьба с мошенниками и коррупционерами. Думается, что уж по этому-то вопросу военные и финансисты должны найти консенсус.

Автор: Владимир Прохватилов, Президент Фонда реальной политики (Realpolitik), эксперт Академии военных наук

Сколько денег нужно российской оборонке?

Картина дня

Наши публикации