(Продолжение. Начало книги - здесь)

Когда раздался звонок из приемной Юрия Андропова, по радио передали точное время, - четыре вечера, следом начали выпуск новостей. Майор государственной безопасности Алексей Гончар сидел за кухонным столом и перочинным ножиком чистил яблоко. Он взял трубку, встал на ноги.

Очищенное яблоко выскользнуло из рук и покатилось по полу. Разговор продолжался всего пару минут. Гончар вошел в комнату, остановился у порога. Жена склонилась над кроватью, на которой стоял раскрытый чемодан, и складывала в него вещи. Поезд на Симферополь уходил в шесть вечера.

- Ольга, послушай, с работы позвонили, - сказал Гончар. - Я никуда не еду. Жаль, но что поделаешь. Столько собирался, путевку в санаторий получил… И вот на тебе. Машина за мной придет через двадцать минут.

Жена бросила свое занятие, села на кровать. Это была женщина лет сорока, выше среднего роста, бледная и худая, с большими усталыми глазами. Вьющиеся светлые волосы на затылке стянуты в хвост. Она только вздохнула и спросила:

- Это надолго, как думаешь?

Он подошел к шкафу, открыл дверцу шкафа и начал переодеваться.

- Думаю, что… Наверное, придется повозиться.

- Я не хочу одна ехать, - сказала Ольга. - Не поеду…

- Делай, как знаешь, - сухо ответил Гончар. - Нет времени тебя уговаривать.

Он оглядел себя в зеркало и ушел. Жена села на кровать, уткнулась в ладони и заплакала.

Через полтора часа майор Гончар вышел из кабинета Юрия Андропова, сел за стол для посетителей в приемной и составил список того, что нужно получить уже сегодня. Для начала необходима телеграмма во все подразделения КГБ, московские и региональные, с приказом оказывать содействие Гончару в полном объеме. Нужен толковый научно-технический консультант, который способен ответить на любой вопрос о лодках, их вооружении. Еще понадобится две-три больших комнаты, можно совмещенные, но не в центральном офисе на площади Дзержинского, а в спокойном месте, вдалеке от человеческих глаз.

На примете есть подходящее помещение в Кисельном переулке, что в нескольких кварталах от главного здания. Там сидит техническая служба, занятая прослушкой телефонных разговоров москвичей, этим ребятам придется немного потесниться. Дом небольшой, - в прошлом принадлежал какому-то купцу, - внешне похож на жилой, три этажа, на последний этаж отдельный вход со двора.

В одной комнате будет работать телефонистка, - Гончару потребуется связь с нужными людьми и организациями, не помешает, - хотя это не очень срочно, - секретарь, даже два секретаря, для бумажной работы, чтобы составлять запросы и вести отчетность. Нужен расторопный оперативник для выполнения разовых поручений, черновой работы, - подойдет стажер из их управления, лейтенант Станислав Лыков. Парень скорый на ногу и сообразительный, начинал в уголовном розыске Новосибирска, отличался при задержании опасного уголовника, бежавшего с зоны, награжден боевой медалью.

Окончил Высшие курсы подготовки оперативного состава КГБ в том же Новосибирске, год назад переведен в Москву во Второе главное управление КГБ. Комсомолец, в следующем году, если все будет нормально, станет кандидатом в члены КПСС. Живет в Москве недавно, еще не успел избаловаться. Есть, правда, один недостаток. По поводу и без повода краснеет, словно девица. Помимо Лыкова понадобится группа из трех-пяти оперативников, а также две разгонные служебные машины с водителями. Закончив с писаниной, Гончар спустился в свой кабинет и стал ждать. Из приемной Андропова позвонили через полчаса, сказали, что помещение в Кисельном переулке скоро будет готово, через час туда пришлют секретаря и телефонистку, лейтенант Станислав Лыков прибудет в девять вечера, машина уже ждет внизу.

Гончар осмотрел две просторные комнаты в Кисельном переулке и остался доволен. На последнем третьем этаже людей не было, в комнатах через стену - аппаратура для прослушки телефонных разговоров, металлические ящики, похожие на трансформаторы. Чтобы попасть к нему в офис, надо пройти длинным коридором, а затем еще через одну комнатенку, тесный предбанник, где стоит пустой книжный шкаф, стол с электрической пишущей машинкой и телефоном. Дальше комната, где будут сидеть технические работники. И наконец - служебный кабинет. Письменные столы, кожаный диван. Потолки высокие, стены толстые, поэтому летом здесь не жарко. Справа окна выходят на улицу, слева - во внутренний двор.

Через час Гончар закончил короткие переговоры с техническими консультантами, вызвал секретаря, пожилую женщину, одетую, как сельская учительница, - темное платье с кружевным белым воротничком, - и продиктовал несколько писем, которые нужно немедленно отправить телетайпом. Одно из писем в Ленинградское управление КГБ. Местные чекисты и военные контрразведчики получили задание, касающееся Центрального конструкторского бюро «Рубин», где был разработан проект лодки «Акула». В частности, необходимо сообщить в Москву, кто из руководства ЦКБ имел доступ к чертежам, кто из этих людей бывал в Москве в течение последних двух-трех месяцев, кто увлекается любительской фотографией, случались ли за последние месяцы нарушения режима хранения и пользования документами государственной важности. Если да, то что это за происшествия.

Вторая телеграмма с этими же вопросами ушла в Управление КГБ Челябинской области. Местным чекистам предстояло плотно поработать в Конструкторском бюро «Машиностроение» под руководством академика Виктора Макеева, где создавали баллистические ракеты для проекта 941, разобраться с хранением документации, и так далее. Московскому управлению КГБ поручено составить полный список лиц - ответственных работников Министерства обороны СССР, других министерств и ведомств, а также ЦК КПСС, имеющих допуск к чертежам.

В следующем письме Гончар просил срочно создать группу оперативников, которая установит имя иностранца, которым была потеряна или у которого была украдена сумка с вещами. Судя по одежде, - это мужчина ростом около метра восьмидесяти сантиметров и весом примерно сто килограммов, на рубашках найдены темные волоски, есть седой волос. В заднем кармане брюк отрывок какого-то билета, то ли в театр, то ли в кино. Номера места и ряда отсутствуют. Однако мелким шрифтом внизу указан порядковый номер билета, - это должно облегчить поиски. И еще: на дне сумки, - истертый кожаный ремешок от часов. Возможно, иностранец чинил в Москве наручные часы или купил к ним новый ремешок, - это также необходимо выяснить.

Когда совсем стемнело, явился Станислав Лыков, это был высокий молодой человек, на вид лет тридцать или около того. Спортивный с приятным бледным лицом, каким-то одухотворенным, немного мечтательным. Встретишь такого на улице, решишь, что перед тобой молодой ученый, какой-нибудь физик-теоретик, в свободное время он сочиняет стихи, ходит в планетарий, собирает бабочек и посещает секцию легкой атлетики. Лыков доложил, что сдал дела и теперь готов к работе. Гончар, не жалея времени, подробно объяснил проблему. В заключении он сказал, что от Лыкова потребуется, прежде всего, внимание, терпение, навыки работы с документами и вообще - способность шевелить мозговыми извилинами. Возможно, подвернется и другая работа, черновая, неблагодарная… Никуда от нее не денешься. Что же делать, кому-то надо и дерьмо разгребать.

Ближе к ночи пришли наладчики и установили «вертушку» - телефон правительственной связи, по которому можно было, минуя секретарей и референтов, напрямую связаться с Юрием Владимировичем Андроповым. Гончар вызвал служебную машину и вернулся домой во втором часу ночи. Он зажег свет в прихожей, приоткрыл дверь в спальню. На стуле аккуратной стопкой были сложены его вещи, кровать пуста, чемодана не видно. Значит, Ольга все-таки уехала. Он прошел в кухню, наскоро поужинал и лег спать.

(Продолжение - Глава 5)

Москва, 1979 - все главы

Добавляйте CСб в свои источники дзен