Рубикон, в общем-то плевенькая такая речка. Характерная для южных, относительно нас, стран северного Средиземноморья. Зимой-весной еще туда-сюда, а летом и до следующей зимы – так: то есть, то нет. Короче, перейти ее вброд – два факса отослать.

Это, разумеется, в плане, так сказать, физическом, грубо материальном, без аллюзий к великолепию античности и всего такого.

А хор голосов, призывающих к переходу этого самого Рубикона того, кто, по мнению хористов и хористов, топчется на одном из его берегов – все же, подчеркну, в этом мире относительно – вкладывает в свой коллективный призыв, само собой, смысл переносный с явным ароматом героического пафоса.

Хористы и хористки рисуют мрачные картины, кои станут действительностью, ежели сановные стопы так и не омочатся в воде эзотерического потока. Глады и моры, в сравнении с тем, что случится при «непереходе» – сущие пустяки, а, допустим, казни египетские – просто Диснейленд и цирк с конями. Деградация и запустение получат в результате преступного бездействия полный карт-бланш, и никому мало не покажется. В том числе и самим хористам и хористкам.

Ну а если Рубикон будет таки перейден, то все – с точностью до наоборот. Всеобщее процветание станет обыденной вещью, так что единственное от чего мы сможем устать –наслаждение плодами возможного пересечения знакового ручейка.

Я удивляюсь, почему призыв написан пошлой прозой с явным перебором канцеляризмов и прочей дребедени, а не благородным гекзаметром. «Богами отмеченный муж, перейдя Рубикон, воссияешь ты ликом свои бесподобным, длань же твоя, Ахиллесовой мощью блистая, выи врагов сокрушит, мир и богатство народам подарит навечно…» Ну вот как-то так, что ли… По крайней мере хоть стильно…

Впрочем, черт с ним, с размером. Может, оно и к лучшему – не перенапряглись хористы и хористки. Потому что призыв их – в любом изложении – канет в Лету, так и оставшись игнорированным.

Почему? Да все просто…

Цезарь ( не салат, а Гай Юлий) – напомню – чего через Рубикон-то попер? По действующему законодательству того времени, у этой самой речки ему надлежало распустить войско и добровольно обрести какой-то, прямо скажем средненький статус. Но Цезарь был не дурак и рассудил трезво: это ведь получается как найти на дороге кошелек, туго набитый золотыми ауреусами и, вместо того чтобы насладиться находкой по полной, пойти искать того разиню, который этот кошелек посеял. Поэтому он Рубикон и перешел. Но…

Как видите – перешел он его не один, а именно с тем самым войском. С которым был хорошо знаком. С которым перебазарил и получил одобрение – центурионы тоже не без мозгов.

В этом и состоит коренное отличие Цезаря от объекта призыва хористов и хористок: наличие, можно сказать, «собственного» мощного, откормленного, отлично обученного, с соответствующим образом промытыми мозгами войска. У Цезаря оно было, а у объекта не наберется даже самой задохлой манипулы. Так что никакой ему Рубикон на фиг не сдался. Хоть высохни он до самого дна.

Да и еще. Даже при всех вышеперечисленных преимуществах, у Цезаря все не так гладко прошло. Нашелся там и Помпей, который смылся, набрал около 45 тысяч пешей и конной братвы, вернулся и вызвал Цезаря на разборки. Да, в итоге проиграл Помпей, но ведь крови-то и нервов попортил.

А где он, Помпей у нас? Это уже к Диогену, а он даже ко времени перехода через Рубикон, уже переплыл совсем другую речку в царстве некоего Аида…

Хождение через Рубикон туда и обратно

Картина дня

Наши публикации