Российские власти готовят ассимитричный ответ на «антироссийские действия» Сената США, принявшего 6 декабря «акт Магнитского», предусматривающий введение санкций в отношении российских чиновников, причастных к нарушениям прав человека. Им будет закрыт въезд на территорию США, а вклады их будут заморожены.

Реакция на это российской стороны оказалась достаточно бурной. Кремль в лице главы МИД РФ Сергея Лаврова, спикера Госдумы Сергея Нарышкина и других чиновников охарактеризовали «закон Магнитского антироссийской выходкой», раскритиковав США как главного нарушителя демократии в мире.

Острая реакция официальной Москвы не в последнюю очередь была связана и с громким заявлением госсекретаря Хилари Клинтон, сделанным почти синхронно с принятием акта Магнитского. Глава внешнеполитического ведомства США заявила о намерении Вашингтона помешать российскому проекту по созданию новой версии СССР под видом экономической интеграции, как бы он не назывался – Таможенный или Евразийский союз.

В любом случае, Москва заявляет о намерении не оставить это без последствий.

В первую очередь речь шла о возможном введении соответствующих санкции в отношении американских чиновников. Также Москва заявила о готовности использовать свой арсенал, который она традиционно применяет в отношении республик бывшего СССР: главный государственный санитарный врач Геннадий Онищенко неожиданно обнаружил в американской мясной продукции опасные вещества.

И теперь Кремль демонстрирует готовность надавить на это больное, с его точки зрения, место Дяди Сэма, намекая на то, что ограничительные меры могут коснуться и прочих производителей американской продукции.

И наконец, не исключается введение ограничительных мер в отношении рекрутинговых агентств из США, занимающихся в России целенаправленной «охотой за головами».

Однако эффективных способов заставить Вашингтон пересмотреть занятую позицию, у него нет. Ведь никакой катастрофы для США в случае принятия заявленного пакета мер со стороны России не будет. Так, «охота за головами» успешно ведется не только рекрутинговыми агентствами, но и самими филиалами иностранных компаний, работающими на российской территории. Ограничительные меры в отношении американской продукции также не будут критичны для США в силу того, что главными их рынками сейчас являются европейский и азиатский.

На «сирийском фронте» Москва больше, чем она делает, не в состоянии помочь режиму Асада. Если же «ассимитричный ответ» Москвы выдвинется за эти рамки, то она в данном случае окажется в роли хрестоматийной унтер-офицерской вдовы, которая сама себя и высекла. Так, если Кремль не просто ограничит въезд на российскую территорию какой-то части чиновников из США и заявит по аналогии с ответом на дело Магнитского о замораживании иностранных активов, это может иметь самые серьезные последствия. Это станет дополнительным сигналом относительно того, что гарантий для иностранных инвестиций в России нет, и автоматически снизит инвестиционную привлекательность нашей страны.

Но для самих США это не будет даже болезненным уколом. Едва ли не единственно реально болезненной мерой в отношении Вашингтона мог бы стать нажим на российский трафик, по которому идет снабжение группировки НАТО в Афганистане. Но переход этой «красной черты» означал бы крах диалога с Вашингтоном и Брюсселем. В этом случае он поставил бы под угрозу многочисленные интересы российской элиты и связанных с ними структур в США. Слишком много средств было вложено влиятельными россиянами в американскую экономику и слишком многие дети высокопоставленных родителей связали свою судьбу с американской мечтой, чтобы разом разрушить то, что выстраивалось там в последние десятилетия.

Другим уязвимым местом, изначально ограничивающим возможности маневров Москвы, является то, что она уже не обладает ресурсами Советского Союза, чтобы провоцировать США на новый виток Холодной войны. Представители той самой власти, которая сегодня пытается дать «коварным американцам» ассиметричный ответ, еще вчера почему-то не замечали деградацию наших вооруженных сил, ставшую во многом следствием проводимых ей же «реформ». И при таком положении, да еще с очевидной продовольственной зависимостью от Запада затевать с ним ссору было бы безумием.

Но главное, что сегодня власти предпочитают не вспоминать про репутационные издержки от дела Магнитского, которое породили уж точно не американцы. Следует заметить, что сами по себе дела Магнитского и инвестиционного фонда Hermitage Capital в России стали резонансными и отпугнувшими немалую часть потенциальных инвесторов, о появлении которых в последние годы так беспокоились те, кто сегодня устраивает антиамериканскую истерию. И с точки зрения Запада нынешнее поведение российской политической элиты не в последнюю очередь связано со стремлением вполне определенных лиц отвлечь внимание общественности не только от обстоятельств гибели в СИЗО Сергея Магнитского как опасного свидетеля по делу о многомиллиардных хищениях из казны, но и дальнейшей судьбы украденных средств.

Стоит ли удивляться тому, что российский имидж за рубежом, мягко говоря, оставляет желать лучшего? Впрочем, подобное положение дел все больше влияет и на отношение к правящему режиму внутри страны.

Не случайно, что по данным соцопросов, далеко не все россияне верят пропаганде Кремля относительно «заговора коварных американцев и 39% опрошенных высказывают удовлетворение от того, что на «беспредельщиков от власти» нашлась хоть какая-то управа.

Кремлю следует понимать, что многие действия властей США, казалось бы, имеющих внешнего адресата, в реальности больше предназначены для «внутреннего пользования».

Разумеется, принятие акта Магнитского является серьезным предупреждением в адрес Кремля. Вместе с тем, столь бурная реакция российского руководства на принятый акт Магнитского и заявления Клинтон не совсем оправдана, ведь последние события в США не стоит однозначно расценивать как открытый вызов режиму Путина.

Следует заметить, что стратегию США характеризует циничный прагматизм сверхдержавы с «дальним прицелом», которым они руководствуются в своей политике, исходя из того, что сильная Россия, какая бы она не была – красная, белая и т.д. – им не нужна. Однако это не означает, что в ближайшей перспективе Вашингтон осуществит «перезагрузку» в обратном направлении и сконцентрируется на дестабилизации режима Владимира Путина.

Дело в том, что подобные действия во многом объясняются особым внутриполитическим раскладом в США и непростыми отношениями между демократами и республиканцами. Следует напомнить, что последние активно критиковали в последнее время администрацию Обамы за чрезмерную мягкость в отношении режима Владимира Путина. И учитывая тот факт, что 21 ноября американский Конгресс отменил поправку Джексона-Вэника, ограничивающую торговые отношения между Россией и США, для администрации Обамы было необходимо серьезно уравновесить эти действия.

К сожалению, понимания этого, исходя из избыточной и чрезмерно нервной реакции российских властей, нет и они, вместо того, чтобы попытаться «закруглить» конфликт, сами же пытаются создать условия для его продолжения.

Добавляйте CСб в свои источники дзен