Чем грозит вставшей с колен России «Новая Турция»?

globallookpress.com

Последние события вокруг Турции свидетельствуют о серьезном усилении разногласий между Анкарой и ее соседями, включая Иран, ЕС и даже сделавшую ставку на Турцию в выходе из европейского газового тупика Россию. Подобная ситуация создает угрозу не только амбициозным планам турецкого руководства относительно «возвращения» ранее отпавших территорий, но и сохранению данного государства в его нынешних границах. Впрочем, Россия тоже может оказаться в непростой ситуации.

Стремление турецкого руководства любой ценой занять более важное место в мире (как на Ближнем Востоке, так и в Европе) привело к сильным внутренним осложнениям для Анкары. Это особенно очевидно на примере её дальнейшего ухудшения отношений с Западом.

Ухудшение выражается не только в резкой критике турецкого руководства за ущемление демократии внутри страны, но и в последнем энергетическом отключении Турции со стороны ЕС, в результате чего 80 процентов турецкой территории остались обесточенными. Это произошло на фоне отмены ранее заявленного визита в Брюссель лидера страны Реджепа Тейипа Эрдогана.

Примечательно, что произошло это прямо перед июньскими парламентскими выборами в Турции. Подобное ухудшение отношений объясняется властями Евросоюза нежеланием официальной Анкары исправлять ситуацию с «наступлением Эрдогана на демократические завоевания».

Подобным действиям предшествовали активные попытки со стороны Анкары реализовать проект «Новая Турция», подразумевающего возвращение отпавших в XIX – XX веках территории.

Следует заметить, что они не дали ощутимых положительных результатов. Напротив, во многом искусственный «подогрев» «Арабской весны» в Египте, Йемене, Ливии и Сирии, выражавшийся в том числе во всесторонней поддержке «братьев-мусульман», вызвало достаточно эффективные контрмеры со стороны Саудовской Аравии и Ирана, а также Запада.

В результате первоначальные успехи быстро превратились в поражения. В Ливии протурецким силам так и не удалось взять власть после свержения Муаммара Каддафи. Страна, в которой нынешний турецкий лидер Эрдоган на протяжении многих лет выстраивал свое влияние, в итоге оказалась погруженной в пучину нескончаемых внутренних конфликтов, самостоятельно победить в которых у ставленников Анкары практически нет шансов.

В Египте «братья-мусульмане» быстро взяли власть и так же быстро ее потеряли, проиграв просаудовским силам. В Йемене им тоже не удалось занять главенствующее положение: доминирующими внешними силами в этой стране остаются Иран и Саудовская Аравия.

Но самым большим провалом рискует стать сирийская авантюра. Несмотря на то, что Анкара преуспела в дестабилизации этой страны (особенно северных районов и предместий Дамаска), до сих пор ей не удалось свергнуть поддерживаемый Ираном и Россией режим Башара Асада.

Более того – на фоне допущенных осложнений с Тегераном по данному вопросу зона сирийской нестабильности с 2012 г. стала активно распространяться на турецкое приграничье. А это серьезный вызов, учитывая тот факт, что оно населено, главным образом, потенциально нелояльными элементами, среди которых особенно выделяются алавиты, сочувствующие Ирану и Сирии, и курды, успешно используемые спецслужбами Дамаска и Тегерана для дестабилизации самой Турции.

Активное вовлечение последних в борьбу против турецких властей может создать еще большую проблему для Эрдогана в плане контроля южных районов страны, значительная часть которых ментально связывает себя с проиранскими силами.

Необходимо напомнить, что в целом шиитское население Турции превышает 23 процента и представляет серьезную силу. Соответственно, попытки использования его внешними силами вынуждает официальную Анкару заметно нервничать. Наглядным тому примером служит последний теракт в Стамбуле против офиса правящей в стране Партии Справедливости и Развития (ПСР).

На фоне проводимой просаудовским суннитским блоком операции в Йемене, Турция дополнительно ухудшила отношения не только с Тегераном, поддержав на словах действия саудитов и обещав им логистическую поддержку, но и с одобряемым ей Эр-Риядом. Одна из главных причин состоит в нежелании Саудовской Аравии полноценно соблюдать турецкие интересы в этой стране и создавать тем самым угрозу собственному влиянию.

Ситуация в отношениях Анкары с суннитским блоком достигла такой остроты, что премьер Эрдоган был вынужден лично отправиться в Тегеран, чтобы попытаться исправить возникшие с ним сложности и одновременно парировать саудовский вызов.

Острота отношений с Эр-Риядом не в последнюю очередь обусловлена дальнейшим сближением турецкой стороны с катарцами, вступившими в период очередного заметного обострения с саудитами из-за влияния в арабском мире.

Необходимо заметить, что реальные возможности для снижения остроты отношений с Тегераном у Эрдогана существуют. Последний прекрасно осознает последствия готовящегося снятия санкций с Ирана. Это подразумевает, что, по крайней мере, значительная часть иранского газа пойдет в Европу по территории Турции.

Между тем, внешнеполитическая активность последних лет создала Анкаре на западном направлении еще большие проблемы. И дело не только в мечтах Эрдогана о «собирании земель Османской империи» Для Европы попасть в транзитную зависимость от Турции по образцу и подобию того, как это было с Украиной, неприемлемо.

Более того – в данном случае влияние транзитера на энергобезопасность ЕС может быть гораздо выше. Ведь замысел Эрдогана относительно увеличения турецкой мощи во многом зиждется на стремлении закольцевать на Турции все значимые потоки трубопроводного газа из Азербайджана, Ирана, России и Туркмении.

В этих условиях Анкара пыталась давить как на Тегеран (например, по йеменскому и сирийскому вопросам), так и на Москву, добиваясь от последней более существенного снижения стоимости газа (на 15 процентов по сравнению с мировыми расценками). И ради этого Эрдоган пускал в ход «легкий шантаж» в виде «сепаратных» переговоров с Киевом по крымско-татарскому вопросу и относительно его участия в реализации проектов по переброске каспийского газа на турецкую территорию.

Сложность ситуации для Анкары состоит в том, что вышеупомянутые негативные факторы могут взаимно наложиться и окончательно похоронить экономические достижения Эрдогана, погрузив Турцию в продолжительный период нестабильности. Соответствующих тревожных симптомов достаточно много. В том числе, заметное усиление среднегодовой инфляции - до уровня 11.5 процента.

В этих условиях Эрдогану, пытавшемуся развивать наступление практически на всех внешнеполитических направлениях, придется неизбежно уступить кому-то из конкурентов и, соответственно, сузить рамки проекта «Новая Турция».

Причем времени и ресурсов у него для исправления ситуации остается немного. Буквально за два месяца до намеченных парламентских выборов рейтинг правящей партии ПСР упал до рекордного уровня (ниже 40 процентов). На этом фоне три главных оппозиционных партии (две из которых гарантированно проходят в парламент) могут сорвать его стремление сохранить за ней статус правящей силы.

Причем это является одним из самых уязвимых моментов для Турции в целом, поскольку полярные интересы разнонаправленных политических структур способны не только окончательно похоронить амбициозные проекты Эрдогана по возвращению территорий Османской империи, но и вместе с этим и турецкую стабильность.

Судя по всему, потенциальные шансы извлечь из данной ситуации практическую выгоду имеют Россия и Иран, учитывая их энергетическую значимость. Однако именно Москва может стать в конечном итоге и главным проигравшим в результате турецких манипуляций. Нельзя исключать, что Эрдоган одновременно постарается столкнуть Россию и Иран лбами как сырьевых конкурентов, чтобы добиться уступок на выгодных ему условиях.

Для России возможное появление в Турции иранского газа служит достаточно тревожным симптомом. До сих пор сильная зависимость от российского голубого топлива вынуждала Эрдогана отказаться от агрессивного курса на том же Северном Кавказе. Однако наличие альтернативы может коренным образом изменить отношения Москвы и Анкары.

Добавляйте CСб в свои источники дзен