Бойня в Париже: крах всей политики Франции

globallookpress.com

Жертвами семи терактов в Париже стали минимум 128 человек. Чудовищная трагедия показала, что мультикультурализм во Франции провалился полностью. Высветила страшные провалы внешней политики Франции. И поставила под сомнение иммиграционную политику всего ЕС.

Поздним вечером 13 ноября из Парижа одна за другой стали приходить страшные новости. Три взрыва в районе стадиона «Стад де Франс», где играли сборные Франции и Германии, и где находились президент Франсуа Олланд и глава МИД Германии Франк-Вальтер Штайнмайер. Параллельно отморозки начали расстреливать людей в концертном зале «Батаклан», в ресторане «Маленькая Камбоджа», просто на улице. В «Батаклане» они взяли заложников, которых пришлось освобождать в результате спецоперации.

Жертвами терактов стали минимум 129 человек, множество людей находятся в больнице в критическом состоянии. О террористах, среди которых преобладали смертники, известно, что среди них были граждане Сирии, Египта, и, что самое ужасное для парижан – Франции. Номера на одной из машин были бельгийские – значит, они могли прибыть из того же Брюсселя через совершенно прозрачную границу. На остальных – французские.

Президент Олланд отменил поездку в Турцию на встречу «Большой двадцатки», ввёл в стране военное положение. Франция закрыла свои границы, установила паспортный контроль. О задержании сообщников парижских террористов сообщили власти Германии и Бельгии. Ответственность за преступление взяла на себя группировка «Исламское государство», объявив его местью Франции за операцию в Сирии.

Со всех концов света во Францию присылают телеграммы соболезнования. О своём сочувствии и солидарности в борьбе с терроризмом заявили руководители многих стран. В социальных сетях многие добавили на фотографии французский триколор. В те же цвета окрасили многие крупные объекты – например, Останкинскую башню в Москве или телевышку в канадском Торонто. А в Кале кто-то поджёг лагерь для беженцев. Видимо, считая, что делает это в отместку за Париж…

Как такое могло случиться? Ответов может быть слишком много, и сочетание целого ряда неблагоприятных факторов и грубых просчётов французских властей обернулось таким кошмаром. Первое, что приходит на ум – провал спецслужб Франции, не вычисливших вовремя группу радикальных исламистов, не разоруживших их, не выведя на улицы усиленные патрули. Или как через Грецию во Францию проехал сирийский беженец, подорвавший себя в Париже? Однако это лишь одна из составляющих, и не самая основная.

Ещё одна причина – политика, которую проводила Франция на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Французы фактически стали «главными по ЕС» в данном вопросе. Они приветствовали свержение диктатур в Тунисе и Египте. Но при Зин аль-Абидине Бен Али и Хосни Мубараке страны оставались стабильными, а после их свержения их залихорадило, и в каждой из них случались громкие теракты. И на выборах в каждой из стран победили исламисты (в Тунисе с меньшим процентом).

А ведь тот же Тунис имеет с Францией очень тесные связи – сотни тысяч выходцев из него живут в Париже и Марселе. И вряд ли удивительно, что туда после «арабской весны» потянулись тысячи тунисцев. Как выяснилось, во Францию прибыл и некий гражданин Египта, который подорвал себя в парижском пригороде Сен-Дени 13 ноября. А если бы Мубарак был у власти – как знать: может, данный исламист сидел бы в египетской тюрьме, а Париж бы видел только во сне.

Следующий этап – Ливия. Да, полковник Муаммар Каддафи точно не был демократом, и даже тираном его называть можно. Однако Каддафи сдерживал тысячи мигрантов из арабских и африканских стран, которые после его свержения устремились в Европу. После его зверского убийства в 2011 году Ливия превратилась в зону хаоса, где власть на местах принадлежит разного рода исламистским группам. Многие из них присягнули «Аль-Каиде», затем – «Исламскому государству». Стоило ли французам бомбить Каддафи, чтобы получить такое?

Среди парижских террористов обнаружился и гражданин Сирии. Он приехал в Грецию, зарегистрировался, отправился во Францию и… подорвал себя. А как вели себя в сирийском вопросе французы, а вслед за ним – и ЕС? Они с самого начала поддержали оппозицию и годами отказывались от диалога с президентом Башаром Асадом. Мол, Асад должен уйти, а в стране должна наступить демократия. И помогали всем противникам действующего президента.

А потом выяснялось, что из всех противников Асада по-настоящему сражаются с исламистами только курды. Собственно, оппозиционеры массово дезертировали и вступали в радикальные исламистские группировки. Те же французы вслед за США поставляли этим группам оружие. Со временем группы объединились, и возникло пресловутое «Исламское государство». Его французская авиация год бомбит, но толку от этих бомбёжек невелик.

Зато и Ливия, и Сирия за годы «продвижения демократии» превратились в государства, мало пригодные для жизни. Сотни тысяч, а затем миллионы (в том числе и тех, кто выдаёт себя за сирийцев) рванули в Европу. Как можно в таком потоке вычислить террористов? Это всё равно, что найти сто иголок в стоге сена. Десяток найти можно, но всю сотню… В итоге в Европу под видом беженцев просочились представители ИГ (или ещё какие-то террористы) и показали себя в Париже.

Но самое страшная причина теракта кроется внутри Франции. Её граждане алжирского, марокканского, тунисского происхождения идут взрывать собственную родину. Один из них устроил бойню в Тулузе 2012 года, расстреляв учеников еврейской школы. Они в январе текущего года пришли с автоматами в редакцию пресловутого «Шарли эбдо», а затем убили и несколько человек за его пределами. Они теперь взрывали и стреляли в районе Сен-Дени.

Получается, что будущие террористы считают французский язык родным, ходят во французские школы и вузы. Они получают от государства огромные пособия, но французами не становятся. Порядка тысячи граждан Франции сегодня воюет в рядах «Исламского государства». А сколько ещё его сторонников проживает в том же Сен-Дени, превратившийся в иммигрантский пригород… А всего мусульман во Франции – почти 6 млн. И определённый их процент (меньшинство, конечно, но не отнюдь не капля в море) поддерживает ИГ.

Власти Франции годами тешили себя иллюзией, что выходцы из мусульманских стран спокойно впишутся во французское общество, как вписались в него русские, армянские, польские, итальянские или испанские иммигранты. И некоторые из них действительно вписались, отошли от религии, забыли арабский язык. Но некоторые так и не приняли светский характер республики, отдавая предпочтение законам предков. А пособия такие дети воспринимали как должное, и в благодарностях государству не рассыпались.

Французы сами позволили таким людям селиться компактно, и сами создали параллельный мир на своей территории. Выходцы из мусульманских стран построили мечети, имамами в которыми зачастую мог стать кто угодно. А станут ли арабы сдавать полиции своих соплеменников, если последние в любой момент могут зарезать тебя и твою семью? Образовалась не контролируемая властями среда, и когда-нибудь этот гнойник должен был дать о себе знать. И дал в 2015 году.

Политические изменения тоже не заставят себя долго ждать. Ещё до терактов рейтинг поддержки президента Олланда упал ниже 20%. Все опросы показывают, что сегодня он не прошёл бы даже во второй тур президентских выборов. Едва ли французы простят своему президенту два масштабных теракта в течение одного года. При других главах государства такого не было. Олланд ранее много заигрывал с избирателями-иммигрантами, а тут два-три отмороженных иммигранта устроили бойню…

В декабре во Франции пройдут местные выборы. И их фаворитом станет ультраправый «Национальный фронт», требующий резкого ужесточения миграционной политики. Дело идёт к тому, что он и вовсе превратится в крупнейшую политическую силу страны. Для победы на выборах президента Марин Ле Пен 2017 года дело дойдёт едва ли, но второй тур ей обеспечен. Президентом же может вновь стать Николя Саркози, тоже настроенный к массовой иммиграции весьма критично. Олланд же досрочно превращается в «хромого селезня».

Вопрос также в том, удастся ли сохранить шенгенские соглашения. Выясняется, что ЕС не в состоянии проверить всех, кто въезжает к нему. Можно легко проехать из Греции во Францию, а потом себя взорвать. Значит, прозрачные границы на деле оказались прекрасной утопией, которой воспользовались отморозки. Так что принципы существования шенгенской зоны тоже наверняка пересмотрят. А иначе терроризм не победить.

Мультикультурализм во Франции провалился с треском. Внешняя политика потерпела крах. Прозрачные границы дали сбои. А в результате расплата – более сотни человеческих жизней. Вечер 13 ноября стал чёрным и для Франции, и для всей Европы, и о нём едва ли когда-то забудут.

Добавляйте CСб в свои источники дзен