Нефтегазовый блицкриг Трампа грозит коллапсом российской экономике

Пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер заявил журналистам, что Президент США Дональд Трамп намерен добиваться установления энергетического доминирования своей страны в глобальном масштабе.

По словам Спайсера, в ближайшее время ожидается важное официальное заявление Трампа на эту тему: президент США намерен использовать внутренние энергетические ресурсы США «для создания рабочих мест и укрепления американского преобладания в мире».

Трамп, между тем, уже приступил, причем довольно результативно, к реализации масштабного проекта выхода США на глобальный рынок нефтегаза.

В США активно растет добыча сланцевых нефти и газа, кроме того, до конца 2018 года США и Катар собираются ввести в эксплуатацию крупные мощности по сжижению газа общим объемом около 188 млрд кубометров. Этот газ пойдет в основном в Европу, что приведет к дальнейшему и весьма заметному сокращению российской доли на европейском рынке.

Цена на этот газ для европейских потребителей с учетом спотовых цен в США и себестоимости его добычи, сжижения и доставки будет в районе 90-100 долларов за 1000 кубометров, считает известный экономист Степан Демура. По оценкам зампреда правления «Газпрома» Александра Медведева, средняя цена российского газа для Европы в 2017 году будет колебаться в районе $180–190. Таким образом, российский газ в случае реализации планов США и Катара станет совершенно неконкурентоспособным и цену на него придется резко снижать.

Трампу уже удалось вывести из игры Катар, по крайней мере на ближайшую перспективу. Следующий на очереди – «Газпром». В Кремле это, безусловно, понимают. Отсюда отчаянные усилия по ускорению реализации «Турецкого потока» и «Северного потока-2».

Та же самая картина и с нефтью. Сегодня себестоимость сланцевой нефти упала до 20-25 долларов (в 2013 году – 60-100 долларов), и благодаря внедрению новых технологий она продолжает снижаться. Причинами столь существенного падения стоимости производства стало увеличение отдачи от одной скважины и повышение эффективности добычи (снижение затрат на бурение и запуск скважины).

Сегодня в добыче сланцевой нефти лидируют США, но в ближайшее время на это рынок ворвется Китай, который «обладает крупнейшими в мире запасами угля, и соответственно, огромным потенциалом для разведки сланцевых углеводородов».

Стратегия США на нефтяном рынке глубоко продумана и реализуется на основе консенсуса американских элит. Резкий рост бурения на сланцевую нефть пошел в начале 2010 года. Лидировали месторождения Bakken и Eagle Ford, где число буровых росло практически в линейном порядке.

Характерно, что ни одна крупная нефтяная компания на начальном этапе не приняла участие в этом вроде бы выгодном бизнесе с крайне коротким инвестиционным циклом и мгновенной отдачей. Дело в том, что изначально предполагался массовое банкротство в средней перспективе сланцевых первопроходцев.

Чтобы привлечь в добычу сланцев малый и средний бизнес, был создан позитивный тренд нефтяного рынка. Этот тренд был инициирован уже в начале 2009 года Федеральной резервной системой США многочисленными количественными смягчениями (QE) монетарной политики.

С ростом добычи нефти был скорреллирован и рост цен. Они начали свое бурное ралли уже в 2009 году, а к 2010 году, когда начался сланцевый бум, поднялись гарантированно выше уровня рентабельности добычи сланцевой нефти.

К началу 2011 года мировые цены на нефть разогнались до 115 долларов за баррель.

Поскольку сланцевая отрасль поддерживалась сложной системой страховых и перестраховочных фондов, то сланцевая отрасль росла и обеспечивала прирост добычи около миллиона баррелей в сутки. Однако, это не могло привести к устойчивому перепроизводству нефти. Оно было создано синхронным включением избыточных мощностей участников ОПЕК.

Это было мотивировано беспокойством по поводу того, что сланцевики США могут отъесть слишком жирный кусок рынка. В 2015 году Саудовская Аравия нарастила добычу нефти сразу на 7 процентов.

Увеличил добычу и Ирак. В итоге нефтяной рынок был дестабилизирован.

По оценке российского аналитика Александра Оноприенко поддержание низких цен на нефть в течение 4-5 лет обойдется американским инвестфондам не более чем в 25 миллиардов скрытых субсидий сланцевикам в год.

Таким образом, обладая «рычагом всего лишь в 20-60 млрд долл», крупнейшие американские ТНК, истинные бенефициары этих манипуляций, перераспределили общемировые доходы объемом в 3 трлн долл, пишет эксперт:

«Эффективность плеча колеблется в диапазоне 150-50. Но это только видимая часть плеча: к нефтяным котировкам незримым образом, но весьма конкретно подвязаны все прочие сырьевые котировки, что вызывает и их обрушение. Так что интегральная эффективность финансового сырьевого плеча существенно весомее».

Таким образом, стратегия США на рынке углеводородов резко уменьшит в среднесрочной перспективе поступления в российский бюджет от торговли углеводородами. Более того, перспективы завоевания Америкой европейского газового рынка грозят РФ самым реальных экономическим крахом.

Удивительно, но буквально день в день с заявлением Шона Спайсера изложил свое видение перспектив российского нефтегаза глава крупнейшей российской госкорпорации «Роснефть» — Игорь Сечин. Его публикация «Роснефть-2022»: стратегия будущего» более чем оптимистична. Статья в сущности повторяет его выступление на годовом собрании акционеров и сводится к трем тезисам:

«- новые формы энергетики неперспективны;

- наше стратегическое преимущество - запасы;

- мы будем развивать технологии, которые сделают извлечение запасов более дешевым процессом и позволят переиграть сланцевую добычу, не говоря о возобновляемых источниках».

Опуская не слишком очевидный тезис об альтернативной энергетике, скажу, что эти тезисы не учитывают несопоставимые возможности глобальных игроков, располагающих финансовыми ресурсами в триллионы долларов и все более скромными возможностями гаснущей российской экономики, в том числе и ее нефтегазового сектора.

Что же касается упомянутого им развития новых технологий, то это, на мой взгляд, это хорошая мина при плохой игре. Не говоря уже о сланцевой революции, которая тоже обошла Россию стороной, приближается начало эпохи газогидратов (нового источника природного газа), о масштабной добыче которых заявили Китай и Япония.

Дежурный оптимизм топ-менеджера российского нефтегаза не может отменить того очевидного факта, что российские углеводороды с каждым годом становятся все менее востребованы на мировом рынке. Трамп в последнее время уверенно и жестко прорубает окно в Европу спонсорам его президентской кампании – американским нефтяникам и газовикам.

Россия попыталась остановить нефтегазовый блицкриг Трампа, бряцая оружием на отдаленных территориях. Что из этого получилось, известно. В Сирии РФ фактически стала младшим партнером США по борьбе с террористами, что не предполагает лавровых венков при любом раскладе войны в регионе.

Воспрепятствовать захвату Америкой мировых рынков углеводородов и вызванному этим коллапсу российской экономики могут лишь другие мощные мировые игроки, если они объединятся. Таких игроков немного – Евросоюз и Китай. Возможно, их альянс и состоится. Но участие в нем России пока никак не просматривается.

Поэтому будущая великая битва за раздел мирового рынка нефтегаза будет разворачиваться скорее всего без нас. Что не дает оснований даже для дежурного оптимизма.

Автор: Владимир Прохватилов, президент Академии реальной политики (Realpolitik), эксперт Академии военных наук

Добавляйте CСб в свои источники дзен