Война в Сирии: кто и чьи следы химической атаки прячет в Думе?

Фото: globallookpress.com/ © Ammar Safarjalani

21 апреля Комиссия Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) прибыла, наконец, в сирийский город Дума. Это произошло через 11 дней после поступления в секретариат ОЗХО официального запроса от сирийских властей.

«Подобные задержки в столь резонансном деле являются недопустимыми», говорится в официальном комментариипредставителя МИД России Марии Захаровой.

Это заявление, рассчитанное, по-видимому, на российскую аудиторию, представляется как минимум странным в свете того, что именно Россия и сирийское руководство все это время не допускали комиссию ОЗХО в Дамаск, заявляя, что не могут обеспечить ее безопасность. Причем, именно из-за этого разразился очередной международный скандал. США, Великобритания и Франция открыто обвинили Россию, Иран и Башара Асада, что они «прячут следы преступлений», то бишь химической атаки.

Британская Guardian пишет, что утром 16 апреля британские эксперты, входящие в состав комиссии ОЗХО, сообщили, что их не пустили в Думу. А представитель Швеции в исполкоме ОЗХО Петер Люке пояснил, что специалисты не поехали туда, потому что Россия и Сирия не гарантировали их безопасность.

На это заместитель главы МИД России Сергей Рябков прошелся по «очередным домыслам британцев, которые пытаются все валить на Москву». По его словам, именно последствия ракетной атаки США, Великобритании и Франции стали препятствием для допуска инспекции.

Это также очень странное заявление. Ракетная атака производилась конвенционным оружием и никакой опасности для посещения Думы сразу же после своего завершения ни для кого не представляла. Почему же тогда комиссию ОЗХО туда не пустили? Никаких иных версий, кроме британской, я, к великому сожалению, выдвинуть не могу.

Но если в Думе действительно «заметались следы», то кто этим занимался, и чьи это были следы?

Я не думаю, что атаковать боевиков химическим оружием мог Башар Асад. Такое предположение само по себе довольно нелепо - слишком очевидна его неадекватность. Остаются пресловутые «Белые каски», которые в прошлом действительно были замечены в провокационных операциях, и, как ни парадоксально, Иран.

Что касается «Белых касок», то для их эффективного разоблачения совершенно недостаточно записать на камеру показания местных жителей или даже привести в ООН сирийского мальчика, который подтвердит, что какие-то дяди угостили его печеньками за то, что он поучаствовал в съемках мнимой химатаки.

Этот ход заведомо проигрышный, даже если постановочные съемки химатаки действительно имели место. По сети гуляют насмешки над этой версией, при этом вспоминается пресловутый «распятый мальчик», придуманный бездарными российскими телевизионщиками. Кроме того, после феерического трехкилометрового самолета, продемонстрированного Мишей Леонтьевым в эфире Первого канала по теме сбитого над Донбассом «Боинга», российским пропагандистам мало кто верит, даже если они предъявляют фото- и видеодокументы.

Чтобы разоблачить предполагаемую ложь британских и иных ученых по поводу химической атаки, необходим был условный Родченков, то есть перебежавший на нашу сторону инсайдер, и, хорошо бы, с неопровержимыми видео и аудио записями. Но по каким-то неизвестным науке причинам на нашу сторону давно уже никто не перебегает.

Поэтому, как говорится, за неимением гербовой наши Цицероны пишут на простой. Причем, довольно сбивчиво. То решительно опровергают сам факт химической атаки, то находят контейнеры с хлором и какую-то кустарную химлабораторию, где боевики могли якобы производить иприт, хотя никаких следов применения иприта не найдено, то обвиняют в провокации британские спецслужбы.

Что касается Ирана, то у него действительно могли быть мотивы воспрепятствовать сближению России и Запада, а если вспомнить, с какой ловкостью, не уступающей НЛП-методам хитроумного Одиссея, иранский генерал Сулеймани уговорил российских начальников начать военную операцию в Сирии, то иранский след в гипотетической химатаке имеет совсем ненулевую вероятность.

Напомним: Запад обвиняет Россию не в применении химического оружия, а в том, что она не выполнила свои обязательства не допустить такого применения иными акторами.

В такой ситуации вполне можно принять в качестве рабочей гипотезы версию о применении некоего химического оружия, например, хлора, контейнеры с которым уже найдены, иранскими прокси. И о том, что российским военным действительно понадобилось некоторое время, чтобы спрятать следы этой провокации, дабы свести ее последствия к минимуму.

Как бы то ни было, все эти события еще раз показали беспомощность и неадекватность российских официальных лиц и пропагандистов в кризисных ситуациях. И в который раз поставили вопрос о бессмысленности нашего участия в сирийской авантюре.

Владимир Прохватилов, Президент Академии реальной политики, эксперт Академии военных наук

Война в Сирии: кто и чьи следы химической атаки прячет в Думе?

Картина дня

Наши публикации