Рабочий класс – а таковой, не взирая на все трудности нынешнего строя, у нас в его настоящем, незамутненном виде все-таки остался – в последнее время имеет формальный повод слегка возгордиться.

О нем милостиво соизволили вспомнить. Сам президент России выказал ему респект пополам с огорчением непритязательности его, пролетариата, нынешнего удела. С неизбежной моралью – надо поднимать пролетарский престиж, улучшать материальное положение передовой части общества, заколебали юристы – даешь токарей.

Быстро унюхавший новую конъюнктуру олигарх Прохоров, поспешил внести свои пять копеек. Мигом «забыв» о шестидесятичасовой рабочей неделе, он принялся умасливать рабочих ребят потенциальными отсрочками от армии и, вслед за Медведевым, обозначил «фи» офисным хомячкам.

Намедни подтянулся к дуэту поклонников пролетариата и спикер Грызлов. Правда, в отличие от первых двух упомянутых лиц, сделал он это…э-э-э… несколько неуклюже. Спикерские уста изрыгнули весьма двусмысленное, когда он отечески представил пред очи первого лица государства высшее достижение человечества – рабочих-единороссов.

«Гордостью для нас является человек труда, а не офисный планктон» - рек Грызлов, и как всегда язык его работал отдельно от мозга, по крайней мере той его части, которая непосредственно отвечает за интеллект.

Роман по схеме «юрист» - «пролетарий» обладает весьма почтенной родословной, глубокими историческими корнями. Один из последних, пылкая – на словах по крайне мере – любовь присяжного поверенного Владимира Ульянова (Ленина) к рабочему классу, оказался настолько успешным, что всех нас можно считать детьми от сего неравного брака.

История повторяется? Нет. Отсутствует масса факторов и условий.

Олигархату явился во сне призрак дедушки или бабушки, который ругал их на чем свет стоит за содеянное? Маловероятно. Вряд ли Прохоров вот так вдруг взял да и осознал свою историческую роль. Пролетариат им не нужен, им нужны рабы низкой квалификации, каковые сейчас завозятся в огромных количествах. Именно они будут работать по 60 часов в неделю на сборке Ё-мобиля. А если вдруг проект загнется, им быстро найдут другое рабское применение – на стройках платных дорог, например. А шансы ё-проекта загнуться – примерно 50 на 50. Прохоров отнюдь не Генри Форд. Конечно, Форд не был мастером по приобретению зарубежных спортивных клубов, здесь ему наши сто очков форы дадут, но речь ведь о пролетариате и производстве.

Стало быть государственную пролетариатофилию надо оценивать с иной точки зрения. Какой именно?
Сразу отринем государственные интересы и заботу о народе. Применительно к перечисленным здесь современным персонажам это абсурдно. Сапожник никогда не мнит выше сапога.

Скорее всего – я не настаиваю на окончательности и бесповоротности – мы имеем дело с... скажем так, душевным непокоем. Уверенность, что выборы пройдут так, как надо есть, но она, похоже, достаточно серьезно поколеблена. Возможно, в сознание начинает проникать подозрение, что рисуемые данные опросов о высоте рейтингов не есть аксиома. Что оставление у руля считальной машины Чурова конечно суть гарантия всего, но... Мало ли...

Что делать для обретения полной уверенности? Правильно, искать дополнительную социальную базу. Вот и ищут. Пример с ткачихой, похоже, слегка вдохновил.

Но вот беда – на всех ткачих постов не хватит, кому-то ведь и у станка надо стоять. Пока еще надо.

Тогда все обретает подобие логической законченности. Медведев творчески развивает инициативу. Прохоров подтаскивает пролетарский проект – пусть со всеми признаками потемкинской деревни, однако все ж таки.

А вот Грызлов портит всю малину. Не надо так об офисном планктоне. Участь рубящего сук, на котором он сидит – очевидна. Когда плоть от плоти офисного планктона, его, можно сказать, высшее проявление, начинает плеваться в собственный колодец – интермедия приобретает фарсовый оттенок. Не способные отличить плашку от метчика, не имеющие понятия о различии между разрезом и сечением и вряд ли способные выточить хотя бы ручку для напильника люди рассуждающие о пролетариате – картина маслом.

Им невдомек что ли – офисный планктон, который они вдруг стали публично презирать и есть их самый надежный электорат. Да, с фигой в кармане и тем не менее. А пролетариат – не им покупать. Пролетариат их сущность видит невооруженным глазом.
Так что, ребята не мечитесь в бесплодных поисках. Не выпендривайтесь, Иван Петрович, слушайте свои «Валенки».

Только пролетариату следует помнить – рабов и под них натаскивают то же. И по большому счету, голоса остатков рабочего класса ( а трудового крестьянства – тем более) им не так уж нужны. Дадут гастерам гражданство – а они для этого почву унавозили по полной – и привет. Это вам – хоть вы и остатки – платить надо. А этим – не обязательно. Иначе, гражданство как дали, так и отняли и – обратно по Кыргызстанам.

И еще один совет «пролетариатофилам». Не забывайте – так на всякий случай – вся Красная площадь в Москве выложена ни чем иным, как последним оружием пролетариата. Не надо играть с огнем. «Искру» с последующим возгоранием проходили. На российском Дальнем Востоке - вон уже турецкий пролетариат вступил в классовую борьбу за зарплату.

Планктону же – просто помните, как вас приспустили. И делайте выводы.

С какого перепугу власть взялась так горячо любить пролетариат?

Картина дня

Наши публикации