Вчера Следственный комитет России снова пригрозил выяснить «роль лидеров оппозиции в организации массовых беспорядков». Кольцо вокруг «могучей кучки» сжимается все туже. Удальцов стал чуть ли не уголовником, а Баронова спрятала своего ребенка.

Вчера Мосгорсуд отклонил жалобу адвокатов и оставил под стражей фигурантов дела о беспорядках 6 мая на Болотной площади – Андрея Барабанова и Максима Лузянина. Сейчас арестованы 13 участников оппозиционной акции, но следственные органы не устают предупреждать, что список может пополниться. Очень уж хочется следствию внести туда самых протестных – Алексея Навального, Сергея Удальцова, Илью Яшина, Илью Пономарева, Марию Баронову и Бориса Немцова. Вот и представитель СКР Владимир Маркин вчера намекнул, что ведомство пытается установить их роль в организации массовых беспорядков, а также источники финансирования мероприятий оппозиции. И все это несмотря на продолжающееся давление через СМИ, посетовал он. Яшин в ответ обвинил следствие в фабрикации доказательств: «У меня сложилось твердое ощущение, что меня, Навального, Удальцова и Пономарева попытаются назначить организаторами этих якобы беспорядков».

Вчера Ульяновский мировой суд приговорил Сергея Удальцова к 240 часам исправительных работ, признав его виновным в нанесении побоев местной студентке Анне Поздняковой. Если приговор останется в силе, у С.Удальцова будет первая судимость. Раньше следствие фабриковало административные дела, а теперь «шьет» уголовные.

Давление на оппозицию осуществляется и через другие госведомства. Мария Баронова, накануне рассказавшая «Независимой газете» о визите в свой дом представителей органов опеки, призналась, что спрятала своего ребенка «в безопасное место» – подальше от чиновников и полицейских.

«Рационом» последних вчера, кстати, озаботились в Мосгордуме. Там решили выделить из бюджета дополнительно 5,4 млн. руб. на сухие пайки для правоохранителей, задействованных на акциях оппозиции. В пояснительной записке к законопроекту говорится, что только 11–13 июня полицейские съели 36 тыс. сухих пайков.

Наблюдатели констатировали, что машина следствия едет только в одну сторону. К примеру, вчера полиция и СКР никак не прореагировали на сообщения об избиении в подмосковном Железнодорожном активиста «Солидарности» Амира Хайруллина. Того самого, который этой зимой разоблачил схему «рисования» подписей, необходимых для выдвижения экс-кандидата в президенты Дмитрия Мезенцева (бывшего губернатора Иркутской области).

В беседе с «НГ» Хайруллин рассказал, что его избили три человека: «Били только по голове, разбили ее до крови». А за три дня до этого активист обнаружил в почтовом ящике предупреждение – листочки с сообщениями в СМИ и ЖЖ касательно тех событий: «Моя фамилия была обведена красным маркером». Несмотря на то что Хайруллин был сразу же доставлен в больницу, правоохранительные органы с ним даже не попытались связаться, чтобы разобраться в ситуации.
Еще одним скандалом вокруг оппозиции стала публикация в социальных сетях переписки, якобы принадлежащей Алексею Навальному. В приведенных разговорах с губернатором Кировской области Никитой Белых и экономистом Сергеем Алексашенко Навальный обсуждает «сливы» информации о деятельности компаний «Аэрофлот» и «Роснефть».

Любопытно, что пользователь Twitter под ником polit_sru, активно распространяющий информацию о Навальном, намекает на свое отношение к российским спецслужбам. Правда это или нет, остается только гадать, однако в качестве бонуса пользователь выложил в Сеть данные оппозиционного активиста Михаила Достовалова: три номера мобильных телефонов и даже его адрес – по регистрации, в другом городе, и московский – в общежитии вуза.

Тем временем в рядах российской оппозиции с интересом обсуждают заявление Владимира Путина. Отвечая на вопрос «Эха Москвы» об обысках в квартирах несогласных, Путин заявил, что «хотите верьте, хотите нет», он «узнал об этом из прессы».

Вице-президент Центра политических технологий Борис Макаренко убежден, что президент таким образом отстраняется от ответственности. Что касается преследований, которые набирают обороты, Макаренко подчеркивает, что следственные органы действуют намеренно жестко и грубо, стараясь запугать оппозицию: «Запугать не получится. Суперактивная работа по акции 6 мая длится уже полтора месяца, но конкретики пока нет никакой – все обвинения высосаны из пальца».

Гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин заявил, что СКР плавно становится не столько следственным, сколько политическим субъектом: «Александр Бастрыкин вступил на политическое поле сразу после знаменитой беседы с журналистом Соколовым», тем самым, которому он угрожал расправой, после чего тот сбежал за границу. Эксперт не исключил, что своими действиями глава СКР может нанести вред Путину, особенно если действия его ведомства выйдут за пределы разработанного президентом же плана, который сейчас, собственно, и реализуется: «Из-за чего применительно к Бастрыкину могут быть сделаны соответствующие кадровые выводы».

Вслед за экспертами, «репрессивный уклон политики российских властей» осудили вчера Алексей Кудрин и Михаил Прохоров.

Машина следствия наехала на оппозицию

Картина дня

Наши публикации