Присуждение Нобелевской премии мира и премии по литературе опять подняли вопрос о том, насколько предвзяты её учредители при выборе лауреатов. Стоит признать, что Светлана Алексиевич и политики Туниса являются отнюдь не худшими вариантами. Но самыми лучшими ли?

Для России, Белоруссии и Украины нынешняя нобелевская неделя выдалась особой. 8 октября Шведская академия выбрала лауреатом премии по литературе Светлану Александровну Алексиевич. Её, наполовину белоруску, наполовину украинку, пишущую по-русски. Она уже вошла в историю литературы благодаря книгам «У войны – не женское лицо», «Цинковые мальчики», «Чернобыльская молитва», а также целой серией очерков на стыке литературы и журналистики.

Все её книги и очерки – на злобу дня. В них поднята тема Великой Отечественной войны, судьбы воинов-афганцев, происходящего в Чернобыле… Весьма достойный выбор. Хотя в современной литературе есть и другие, никак не менее достойные авторы.

Доля политики в таком выборе наверняка была. Ещё в советское время у Алексиевич не очень сложились отношения с властью. Диссиденткой она не была, но многие её книги не печатали из-за «ложного пацифизма». Она приветствовала перестройку, она не любила и не любит Александра Лукашенко. 12 лет она жила в эмиграции в Европе. И уже в наше время она осудила присоединение Крыма к России, выступая за сближение с Европой и Украины, и Белоруссии, и за демократизацию России.

Так что шведы, чьи отношения с нынешней Россией оставляют желать лучшего, сделали объяснимый выбор. И не самый плохой. Критикуя Россию Путина и современные власти Белоруссии, у Алексиевич, между прочим, находятся неприятные слова и для белорусской оппозиции. Первое, о чём она заявила после вручения премии – категорически отвергла обвинения в русофобии. Действительно можно считать её чистой и демократкой и поборницей ценностей, которые часто называют европейскими. До русофобии и демонизации всего русского она никогда не опускалась.

Другое дело, что есть ещё замечательные писатели и поэты в мире, не отмеченные «нобелевкой». Есть общепризнанные современные классики – чех Милан Кундера, японец Харуки Мураками, бразилец Пауло Коэльо. Есть, например, Евгений Евтушенко. Ещё недавно были живы Валентин Распутин и Борис Васильев. Вроде бы собирались дать премию Чингизу Айтматову – не дожил до церемонии. Да и в Белоруссии был Василь Быков…

В случае с Кундерой речь тоже идёт о диссиденте, некогда уехавшем из страны. Но политический момент диктовал выбор. 11 октября в Белоруссии – выборы президента, а с Россией отношения непростые.

Так что, удивляться не стоит. Награждали же нобелевской премией Бориса Пастернака, Александра Солженицына или Иосифа Бродского, чьи отношения с советской властью не сложились. И Орхана Памука ею отметили, которого власти Турции не раз хотели надолго закрыть в тюрьме за готовность признать геноцид армян в Османской империи. И африканским писателям, чьи произведения вообще едва ли можно считать шедеврами, награда доставалась. Без политики сейчас никуда.

Что же касается премии мира, то 9 октября Норвежский нобелевский комитет объявил, что она достанется «Национальному диалогу в Тунисе». Это организация, созданная для преодоления политического кризиса, вызванного «жасминовой революцией» 2011 года. Именно те события положили начало «арабской весне», когда многолетний правитель страны Зин эль-Абидин Бен Али бежал из Туниса. И в течение трёх лет страна оставалась нестабильной из-за противоречий пришедших к власти исламистов и светской оппозиции.

Жизненный уровень населения Туниса падал, а исламизации страны хотели отнюдь не все. Страна оказалась на грани гражданской войны. Начался трудный диалог о будущем Туниса, к которому присоединились 21 партия и множество общественных организаций. В конечном счёте, удалось принять документ под названием «Дорожная карта». В октябре 2014 года в стране прошли парламентские, а в декабре – президентские выборы, победу на которых отпраздновали партия «Голос Туниса» и её лидер Беджи Каид Эс-Себси.

Не всё в Тунисе получилось гладко. Достаточно вспомнить расстрел туристов группой исламистов минувшим летом. И ранее были жертвы. Но всё же исламисты ушли от власти с помощью выборов. А основную роль в достижении диалога сыграли четыре общественные организации: Всеобщий союз труда (UGTT), Тунисская конфедерация промышленности, торговли и ремесел (UTICA), Тунисская лига в защиту прав человека (LTDH) и Ордер адвокатов Туниса. Им и досталась Нобелевская премия мира.

Опять же – не самый плохой выбор. Благодаря деятельности новоиспечённых нобелевских лауреатов Тунис не скатился в бездну гражданской войны, как Ливия или Сирия. Обошлось и без внешнего вторжения, как в Ираке или той же Ливии. Тунисцам удалось избежать военного переворота и массовых волнений, как в Египте, и сделать всё вполне в соответствии с принятыми в мире (в данном случае – в Швеции и Норвегии, раз премию вручают они) канонами демократии. И это своего рода сигнал арабскому миру, как следует себя вести.

Однако опять же возникает вопрос: а можно было бы вообще обойтись без потрясений в арабском мире? Может быть, не стоило стимулировать революции в столь взрывоопасном регионе? Тунис выгодно смотрится по той причине, что там дело обошлось довольно малой кровью. Но ведь и там она пролилась, и его жители садились в лодки и плыли за море – в Европу. А раньше, до «жасминовой революции», плавали меньше…

Если вспоминать, кто же стал лауреатом премии мира – здесь высветится огромное поле для обсуждения. Другую столь же спорную премию ещё поискать нужно. Был ли её достоин президент США Барак Обама, чья страна и сегодня ведёт войны? Или бывший президент Финляндии Мартти Ахтисаари, выработавший план отделения Косово от Сербии? Или Михаил Горбачёв, при котором на территории бывшего СССР вспыхнул целый ряд конфликтов? Или китайские диссиденты, которых поощрили явно для того, чтобы уязвить КНР?

Что ж, шведский и норвежский нобелевский комитеты не изменили себе. Будь то литература или общественная деятельность, они не забывают посылать миру политические сигналы, сообразуясь с текущим моментом. Надо показать Путину или Лукашенко, что их политика Запад не устраивает – награждаем Алексиевич. Надо поощрить арабский (а шире – мусульманский) мир к стремлению к демократии и избавлению от тиранов? Вот вам «Национальный диалог» в Тунисе. По всей вероятности, что-то подобное устроители премии хотят увидеть и в Сирии.

Получается, что нобелевскую премию по литературе и премию мира получают чаще всего хоть и достойные, но обязательно соответствующие «текущей политической обстановке» люди. И пока оно так – шведские и норвежские организаторы «нобелевки» будут получать критические стрелы по поводу своего выбора.

Нобелевская «политкорректность»

Картина дня

Наши публикации