(Продолжение. Начало здесь)

Глава 23

С майором внутренних дел Феликсом Егоровичем Судаковым довелось увидеться, когда Разина два раза вызывали на Петровку для дачи показаний. Это был крупный мужчина лет сорока с небольшим, с бледной кожей и светлыми глазами, рука, которую он протягивал для пожатия, была мягкой и белой, как свежий хлеб.

В жизни он производил впечатление немного рассеянного, добродушного человека, который случайно попал в милицию, дорос до майора, потому что умел угадывать и выполнять желания начальства. На беседе в ГУВД Москвы Судаков спрашивал о знакомых Татьяны, о мелочах личной жизни, о том, не заметил ли Разин после возвращения пропажи из квартиры драгоценностей жены или приметных носильных вещей. Разин оба раза уходил разочарованным и почему-то думал, что это уголовное дело выше Судакова на две головы.

Тогда Разин позвонил старому знакомому из Министерства внутренних дел и попросил узнать, как движется расследование. Не прошло и суток, как раздался звонок. Судаков говорил спокойно, без раздражения. Предложил встретиться на Пушкинской площади в четыре вечера, его светлые «жигули» будут стоять у редакции журнала «Новое время».

Во второй половине дня на Пушкинской было по-весеннему солнечно, пахло талым снегом и бензином. Судаков уже был на месте. В салоне его «жигулей» было накурено. Сквозь табак пробивался запах женских духов, напоминая о том, что хозяин автомобиля тоже человек и мирские удовольствия ему не чужды.

- Понимаю ваши чувства, - Судаков говорил медленно, как-то снисходительно, будто с мальчишкой. - Наверно, я бы на вашем месте тоже пытался выяснить, как и что. И беспокоил друзей из МВД. И хотел услышать обнадеживающие слова.

- Простите, что я злоупотребил, - сказал Разин. - Просто время проходит. Иногда мне кажется, что следствие остановилось. Я каждый день жду звонка, но звонят не те люди. Кроме того, я не знаю, как погибла моя жена. Я знаю только, что труп был найден где-то в лесу на дороге, по которой ездили не каждый день. Характер телесных повреждений, время смерти и время обнаружение тела… Я ничего не знаю.

- Уверяю вас, все движется, - сказал Судаков. - Но только не очень быстро. Поэтому конкретных результатов пока нет. Я бы мог на этом закончить разговор. Вы же понимаете, что я не имею права разглашать материалы следствия. Но вы, в некотором смысле, мой коллега… Я толком не знаю, что вы там делаете в своем первом главном управлении КГБ. Наверное, не бабочек ловите. Давайте так: я расскажу кое-что. А вы в знак доверия не будете больше звонить в МВД и дадите мне спокойно работать.

- Обещаю, - кивнул Разин. - Но я хочу услышать правду.

- Мы с вами встречались уже дважды, когда я вас вызывал. И тогда вы тоже хотели узнать некие нюансы. Учтите, эти подробности не прибавят жизненного оптимизма и настроения не улучшат. Тем более, что хвастаться нечем.

- Говорите, - кивнул Разин.

- Ваша супруга вела размеренную жизнь, а потом вдруг исчезла, никому не сказав «до свидания». Когда ее нашли на лесной дороге, которая вела от шоссе к дачным участкам, она была одета в светлую блузку и темную юбку. На одежде были обнаружены споры плесени. Такая плесень обычно появляется там, где нет чистого воздуха и света, то есть в подвалах с плохой вентиляцией. Была еще пара зацепок, но я их отложил на потом. Надо полагать, убийство произошло на каком-то складе или на даче, где есть подвал. Так вот, вашу жену задушили веревкой или электрическим проводом. Экспертиза показала, что незадолго до смерти она имела связь с двумя разными мужчинами. Труп какое-то время, приблизительно двое-трое суток, находился не на лесной дороге, а в другом месте. Наверное, в том подвале, где на одежду попали споры плесени. Затем тело вывезли и оставили там, где зимой не очень часто проезжает транспорт и люди не ходят.

Судаков сидел молча, постукивая пальцем по баранке и щурился от солнца. Разин какое-то время молчал, а потом спросил:

- Тело, наверное, можно было лучше спрятать.

- Я тоже так подумал и решил, что действовали дилетанты. Но это лишь предположение. Мы очертили окружность с радиусом двадцать километров от места, где нашли тело, и стали проверять все объекты, которые нам подходят. Список не маленький, но и не очень большой. Зимние дачи, железнодорожное депо, свиноферма, склад государственного резерва…

- Так можно год искать…

- Ошибаетесь. Вокруг того места, в основном, леса. Нам в каком-то смысле повезло. У советских граждан в собственности не так много зимних дач с погребами или подвалами. В садоводческих товариществах подвалы запрещены. Оперативные группы из наших и местных милиционеров выезжают на объекты. Такая кропотливая работа принесет результат… Надо терпения набраться.

- И как долго будет длиться эта проверка?

- Не задавайте наивных вопросов. Мы ищем этих подонков и, я полагаю, найдем. Главная беда, что в этой истории нет ни одного свидетеля. Никто ничего не видел, не знает, не помнит. Например, никто точно не знает, в какой день Татьяна Федоровна исчезла. Где и при каких обстоятельствах это произошло. Мы искали свидетелей. Опрашивали родственников, соседей, знакомых, сослуживцев. И ничего. В ту неделю на работу она не ходила. Ей разрешили не отвлекаться от важного перевода и работать дома. Ориентировочно, она пропала пятнадцатого декабря, плюс минут два-три дня. Тело обнаружили через неделю. Мы ждем, что свидетель все же появится.

- И это все, что накопала милиция?

- Не совсем. Есть еще одна зацепка. Но об этом пока говорить рано. Я человек суеверный, и вам знать лишнего не надо. На вас и так много всего свалилось. Мы, кажется, обо всем договорились, правильно?

Разин поблагодарил Судакова, пожал его теплую ладонь и вышел из машины.

(продолжение следует)

Добавляйте CСб в свои источники дзен