(Продолжение. Начало книги здесь)

Глава 43

Утром в понедельник Разин проснулся около шести, принял душ, включил телевизор и сварил кофе, на местном канале говорили в основном о погоде и происшествиях, пожарах и убийствах, которые произошли в Нью-Йорке за выходные. На стоянке у почты Разин оказался без четверти восемь, он проверил рацию, положил её на пассажирское сиденье. Почта начинала работу в девять, поэтому почти все места оказались свободны, кроме одного.

Было сумрачно, будто рассвет еще не наступал, с океана ветер пригнал тучи, теперь они висели над городом, шел мелкий дождь, который, видимо, будет продолжаться до позднего вечера. Разин подумал, что пока все складывалось неплохо, поток автомобилей похож на субботний, он медленно льется через перекресток, останавливается и снова начинает движение, автобусных остановок рядом нет, прохожих не видно.

В очереди на правый поворот останавливается не меньше пяти и не больше десяти автомобилей. Машина Сидорина – белый Додж, у Казакова синяя Тойота Камри, события будут разворачиваться прямо перед Разиным, словно широкоэкранный фильм. В боковое стекло постучал мужчина в дождевике с капюшоном на голове, бело-синий знак на груди плаща, значит, это почтовый служащий, - Разин опустил стекло.

- Сэр, переставьте машину. Два первых места для почтовых фургонов.

- Но тут нет никакого знака, что стоянка служебная.

- Сэр, теперь вы об этом знаете.

Разин подумал, что лучше не спорить, этот человек может его запомнить. Мобильный телефон зазвонил в восемь с минутами, Казаков был еще далеко и пользоваться рацией не мог.

- Ты не проспал? – спросил он.

- Меня только что выставили со стоянки у почты, другого подходящего места для парковки тут нет. Я не буду стоять на месте. Можно объезжать вокруг квартала, это занимает около минуты, я проверял.

- Послушай: я стою почти напротив его дома. Сегодня он задерживается на десять минут. Только что свет на кухне погас, значит... Вижу, как поднимается створка ворот, из гаража выезжает Плимут. Где-то через четверть часа будем на месте, по такой погоде раньше не успеем.

Казаков дал отбой, Разин дождался зеленого света и тронул Форд, свернул направо, проехал немного, сделал новый поворот и остановился у тротуара, подождал десять минут и поехал дальше. Улица была застроена старыми двухэтажными домами, в стеклах отражалось серое небо. Он сделал еще поворот, оказался рядом с перекрестком, времени хватит, чтобы сделать еще один круг. Рация пискнула, загорелся красный огонек.

- Привет, как слышно? – спросил Казаков. - Мы будем через три минуты. Постарайся оказаться где-то рядом. У наших мальчиков серебристый четырехдверный Бюик, выпуск восемьдесят седьмого года.

Когда дали зеленый свет и очередь автомобилей поползла вперед, Разин вытащил пистолет, положил его на пассажирское сидение рядом с рацией и прикрыл газетой, поверх газеты положил секундомер.

* * *

Разин успел объехать квартал, на последнем повороте к перекрестку увидел Плимут Зорана Тачи, впереди которого следовал Казаков на синей Тойоте, сзади пристроилась машина Сидорина. Только что загорелся красный свет, он будет включен еще пятьдесят пять секунд, машины притормаживали и останавливались. Разин занял место в левом ряду, автомобилей было немного, от мелкого дождя и смога обзор был не слишком четким, дворники ездили по стеклу, оставляя за собой расплывчатые водяные полосы.

Первыми в очереди на поворот оказались две чужие машины. Дальше - все как на заказ: Зорана спереди и сзади блокировали Казаков и Сидорин. В правом ряду встал серебристый Бюик, машина оказалась на полкузова сзади, дальше продвинуться не было возможности, но, если все делать быстро, - это не беда. Решение оставалось за Питером, если он передумает, впереди запасной вариант, другой перекресток. Разин видел, как из Бюика выскочил долговязый парень в черной шапочке, это был Мартин, он сделал несколько шагов, на ходу вытаскивая из-под куртки пистолет, распахнул дверцу Плимута и нырнул в салон. Не было слышно ни голосов, ни криков, но два пистолетных выстрела ни с чем не спутаешь.

Мартин выпрямился, сунул пистолет за пояс, обеими руками вцепился в воротник пальто Зорана Тачи, тот упирался, хватаясь за руль, поджимал ноги, но силы были неравны. С головы слетела шляпа, Зоран выкрикивал ругательства и упорно не хотел идти, Мартин пару раз приложил его кулаком по затылку, в ответ Тачи взбрыкнул, стараясь достать противника ногой. Появился парнишка, младший брат Питера, он помог затащить Зорана в Бюик, сам сел за руль Плимута и захлопнул дверцу, но через пару секунд снова открыл ее и вывалился из машины. Он стоял на четвереньках и смотрел на мокрый асфальт.

Разин взглянул на секундомер, время тянулось медленно, оно почти остановилось, а события развивались стремительно, - в запасе остались жалкие секунды. Мальчишка сел, соображая, что делать, но тут же вскочил на ноги. Загорелся зеленый свет, передние автомобили тронулись, парнишка рванулся обратно к Бюику, где остались Питер и Мартин. Стал дергать ручку задней дверцы, но она не открылась, лишь стекло двинулось вниз, на свет божий появился кулак, Бюик тронулся, набирая ход, миновал перекресток. В зеркальце заднего вида через две машины стоял черно-белый полицейский Форд с маячками на крыше, патрульные, сидевшие в нем, пока не понимали или не видели того, что происходило впереди.

Задние машины стали сигналить, Разин одним движением смахнул все, что лежало на пассажирском сиденье, проехал пару метров и остановился, лег боком на пассажирское сидение и распахнул дверцу. Генри, бледный как смерть, сделал два шага вперед и встал, будто остолбенел.

- Садись, - крикнул Разин, но мальчишка, кажется, его не слышал. – Ну, садись же…

Зеленый свет погаснет через пять секунд. Разин вытянул руки, рванулся вперед, ухватил Генри за полу куртки и втащил в машину, сзади заревела сирена, на крыше полицейской машины замигали синие и красные огни. Разин захлопнул дверцу и поехал, проскочив перекресток уже на красный свет, когда проезжали мимо Плимута, Разин успел бросить взгляд направо и мельком увидел боковое стекло, забрызганное кровью. Форд промчался вдоль улицы и свернул в проулок, заставленный мусорными баками.

Еще полчаса Разин петлял по пригороду, который казался вымершим. Он думал, что полицейские не успели толком рассмотреть его неброскую машину, даже марку наверняка не запомнили. По маршруту следования были видеокамеры, правда, при таком дожде полиция вряд ли получит четкое изображение их машины. Генри сидел рядом и смотрел сквозь стекло на мутные очертания домов, улиц и перекрестков, шмыгал носом и молчал.

* * *

Минут через сорок они оказались на берегу океана, впереди был ряд пустых летних домиков, где зимой хранили лежаки и зонтики, а дальше полоска пляжа. Штормило, над водой висело низкое небо, шел мелкий дождь.

Разин выключил двигатель и спросил:

- Ты меня помнишь? Мы виделись в субботу в мотеле.

- Помню, - сказал Генри, но как-то неуверенно.

Теперь он окончательно пришел в себя, взгляд стал осмысленным.

- Я друг твоего брата. – сказал Разин. - Расскажи, что случилось?

- Ну, я сел в Плимут и увидел, что там все в крови. И запах противный, сладкий. Такой был в сарае, когда там свиней резали. Я поглядел назад, а там кто-то сидел. Мертвый уже… Я испугался. Меня чуть не вывернуло.

- Кто это был, ну, женщина или мужчина?

- Понятия не имею. У него или у нее вместо головы был какой-то обрубок. А обратно в машину меня не пустили. У тебя есть сигареты?

- В бардачке поищи.

Разин постоял еще четверть часа, наблюдая за полосой прибоя, завел мотор и поехал к месту встречи. Ворота не были заперты, только соединены цепью, он припарковался сзади ангара, где уже стояли машины Казакова и Сидорина, в этом месте их не было видно с дороги. Третью машину, на которой передвигался Питер с приятелем, оставили еще дальше, за деревянной будкой с одним окном, был виден только багажник серебристого Бюика. Разин сказал парню, чтобы не выходил из машины и сунул пистолет в карман плаща.

- Если я не вернусь через десять минут, беги отсюда. Зонтик на заднем сиденье, забери себе. Ты с семьей живешь?

- Да. Мать и отец, только не родной. Питер снимает жилье на двоих с какой-то женщиной.

- У тебя хорошие отношения с мамой?

- Нормальные.

- Позвони ей, скажи, что ты задержишься у друзей. Какое-то время, хотя бы пару недель, тебе нельзя возвращаться домой после того, что случилось. Тебе есть, где пожить это время?

- Ну, наверное…

- Тогда так, - Разин протянул парню визитную карточку администратора дешевой гостиницы в Бронксе. – Этот человек поможет тебе, даст комнату на пару недель. Я позвоню вечером, поговорим. Ты не жди тут никого, лучше уходи прямо сейчас. Этот парень из гостиницы еще деньжат подкинет. Но не вздумай искать меня или еще кого-то из сегодняшней компании. Понял? Тогда иди…

Разин открыл бумажник, вытащил три сотни двадцатками и отдал мальчишке.

- Спасибо. А брат как же? Он тоже в гостиницу поедет?

- Боюсь, вы еще не скоро увидитесь. Ему нельзя будет встречаться с тобой в ближайшее время. Теперь ты сам за себя отвечаешь. Будь осторожен. Не покупай всякой химии. Не разговаривай с незнакомыми людьми. Трать деньги на еду. Все, теперь иди.

Он достал с заднего сиденья зонт и отдал мальчишке. Тот посидел минуту, собираясь с духом, открыл дверцу и побежал к воротам.

(Продолжение здесь)

Добавляйте CСб в свои источники дзен

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: