фото автора

Эту древнюю царскую резиденцию придумала больше двухсот лет назад Екатерина Великая. Придумала, да и позвала не менее великого, чем она сама, архитектора Василия Баженова – мечту ее в реальность преобразовывать.

Отец-основватель русской готики – сказочного стиля, волшебным образом соединившего европейскую готику с русским барокко, в свою очередь объединившего строгое, но изящное итальянское палладианство с разудалой русской народной сказкой императорские мечты линиями да красками изобразил, материалы закупил, да строить начал.

царицыно

Но кошка черная пробежала между зодчим и царицей – наняла она другого, не менее великого архитектора – Матвея Казакова - лестницы расширить, потолки поднять, комнаты да будуары расширить, залы светом наполнить. Опять закипела работа.

царицыно

Но вот беда – сказка-то скоро сказывается, да дело не быстро делается. Умерла царица раньше, чем волшебный дворец реальностью стал, а сын ее, Павел, бывший с маменькой в вечных контрах, стройку заморозил. Так и стояла недостроенная мечта Екатерины, превращаясь в романтические руины сказки о Спящей принцессе до тех пор, пока…

царицыно

Конечно, тут надо написать, что через сто лет пришел в глухие заросли Прекрасный принц, но так уж приукрашать действительность мы не станем, а честно скажем, что разрушался готический подмосковный долгострой двести с лишним лет, пока не воссел на кресло московского градоначальника хозяйственный пчеловод, любитель кудрявого меленького барокко и гигантских церетелевских скульптур Юрий Лужков.

царицыно

При нем жизнь в Царицыне закипела, русская красно-белая готика обросла гроздьями бирюзовых башенок, сейфовыми дверями, пуленепробиваемым стеклянным павильоном – младшим братом луврской пирамиды, золотыми пластиковыми потолками и многими другими не менее экзотическими деталями, которые взгляд эстета, конечно скребут да тревожат, но в бессмертную разудалую русскую сказку легко вписываются вместе с примиренными историей первыми создателями всего этого великолепия – вон они рядом стоят Баженов с Казаковым, промеж себя макет царской мечты берегут.

царицыно

А сказку от туристов, ради оригинального селфи готовых хоть на башню, хоть на древнюю липу забраться, бережет дремучий цветущий лес – который ни асфальтовые дорожки, ни громкая музыка, несущаяся от фонтанов разбудить не может, ибо сон его хранят два сфинкса, вернее, две прекрасные сфинксы, покойно лежащие на берегу озера с утками и чайками, в размышлениях над вечными вопросами бытия.

царицыно