Дэвид Боуи не умер, он вернулся к своим - к инопланетянам (ФОТО, ВИДЕО)

globallook

Смерть Дэвида Боуи поразила художественный мир – для такого ухода необходимо необычайное мужество художника. Страшный, но закономерный и обыденный конец, вызванный болезнью века – раком, он представил мистическим актом.

Дэвид Боуи, необычайно популярный в 70-х-80-х годах прошлого века, кумир американской молодежи и таинственный заграничный инопланетянин для молодежи советской, в последнее время отошел от дел, он завершил музыкальную карьеру к 2000-м годам, успев за 50 лет творческой деятельности попробовать себя во всех видах искусства – от музыкальной попсы, рока, инди, фолка до живописи, театра, и неведомого в XX веке акционизма. Перформансы, которыми удивляют зрителей современные художники, были опробованы Боуи еще задолго до того, как получили свое название. Можно сказать, что вся его жизнь была гениальной акцией, перформансом высшей пробы. Естественно, что смерть стала для артиста поводом для вдохновения, и он сделал настоящий шедевр из своего прощального клипа, названного «Lasarus», с намеком на вечную жизнь искусства – святой Лазарь был воскрешен, согласно библейским легендам, самим Иисусом. Мир понял намек – жизнь имеет конец, но искусство вечно, сказал музыкант вслед за своими великими предшественниками.

David Bowie in May 1983. Credit Ralph Gatti/Agence France-Presse — Getty Images

Родившись Дэвидом Джонсом в пригороде Лондона в 1947 году, он репетировал свою смерть много раз – умирая как юный музыкант Джонс в стиле ритм’энд’блюз и возрождаясь вначале с новой фамилией Bowie, а затем совершенно фантастических, придуманных им образах «Человека, упавшего на Землю», Ziggy Stardust (Зигги Звездная пыль) или Thin White Duke (Тощий белый Герцог).

Все преображения происходили не просто так – Боуи отзывался очень чутко на изменения, происходившие в мире и обществе - Ziggy Stardust приветствовал полет человека в космос, Thin White Duke перешел к новым музыкальным формам и один из первых проник в интернет. Один из его альбомов, Diamond Dogs, был аллюзией на роман Джорджа Оруэлла «1984», ставшего актуальным как никогда несколько лет назад. Он соединял времена, прошлое с будущим, сочетал классические музыкальные инструменты с электроникой, придумывал образы, грим и костюмы, необыкновенные жесты – и никогда не расставался с образом, пока персонаж не умирал, исчерпав свои возможности. На память о юности у него оставался только саксофон – инструмент, с которым он начал музыкальную карьеру.

Имя Боуи было взято Дэвидом по совету одного из продюсеров - прославиться Джонсом было довольно трудно. Джим Боуи был реальной фигурой – солдатом, который стал известен – потрясающее совпадение – своей героической смертью при осаде Форта Аламо, в честь него была названа еще и модель острого ножа. Именно как нож ворвался Боуи в музыкальный мир песней Space Oddity про астронавта, майора Тома – для 1969 года это было совершенно новым и свежим. Потрясает песня и сегодня...

И с тех пор череда смертей и возрождений не прекращалась до самого последнего момента – каждый раз вместе с образом менялся стиль жизни, музыкальный почерк, видеоряд, грим, походка. В конце 90-х он впервые чуть не умер по-настоящему – перенес тяжелую опреацию на сердце, о которой мало кто знал. Друзья музыканта говорят, что настоящего Боуи мало кто знал – на самом деле, при всей своей публичности, он был чрезвычайно скрытным и стеснительным человеком, прячущим свою болезненно ранимую душу за безумными желтыми глазами и сумасшедшей прической. Спрятавшись у всех на виду, он пытался сказать все о мире и ничего о себе.

Вот и о грядущей смерти артиста почти никто не догадывался – он присутствовал на прогоне своего спектакля, названного, как и клип «Lasarus», он сделал новый альбом Blackstar (Черная Звезда) и записал завораживающий прощальный клип. По словам Иво ван Хофа, режиссера спектакля, смерть товарища стала полной неожиданностью для артистов – хотя многие, конечно догадывались, что что-то не то. Во время репетиций, на которых Боуи неизменно присутствовал, он часто терял сознание, но голова его работала отлично.

Боуи оставил свой след не только в музыке – он был выразителем времени, постиндустриальной эпохи, эпохи новых вызовов и возможностей. Финансист Бхаскар Чакраворти, декан Университета Тафтс в США, написал вместо обычной финансовой колонки в газете New York Times, чему он научился у Боуи: чувствовать время и творчески его осмысливать, всегда оглядываться вокруг и искать новые решения и пути, быть готовым к эксперименту и к неудачам, но и к успехам тоже, не бояться будущего и перемен, быть уверенным в себе и идти до конца, постоянно учиться.

Недаром в Англии вместо заупокойной мессы по Дэвиду Боуи органист сыграл его песню Life on Mars (Жизнь на Марсе). Кто знает, где, в каких космических глубинах теперь звучат эти мелодии?