Алексей Бакашин: Стихи, единожды вошедшие в человека, не выходят оттуда никогда

В конце ноября московский поэт, сонграйтер и музыкант Алексей Бакашин выпустил новый, третий по счету поэтический сборник «Знакочередующийся». Мы встретились с Алексеем и поговорили о разнице между написанием песен и стихов, использовании в поэтических текстах современного жаргона и роли «божественного вмешательства» в творческий процесс.

Ваш новый сборник стихотворений «Знакочередующийся» совсем недавно был представлен публике. Как ощущения?

Приятное послевкусие. Презентация прошла на легендарной площадке «Китайский летчик». Невероятно поддерживающая публика и разделившие со мной сцену и зрительские восторги прекрасный музыкант Петр Акимов и ведущая Ольга Калашникова - это все останется в памяти, безусловно.

Означает ли выпуск новой книги начало нового жизненного этапа или, наоборот, он подводит итоги предыдущего, вбирая в себя всё, что было написано ранее, и открывая дорогу новым идеям и целям?

И то, и другое. Конец какого-то одного этапа - это начало нового. Сейчас поэтический гештальт закрыт - время более плотно заняться другими проектами.

Я знаю, что вы не только поэт, но и музыкант, а в частности — автор песен. Когда вы, образно говоря, садитесь за рабочий стол, то Вы изначально знаете, чем будете заниматься: писать песню или стих?

Если бы я был идеальной нейросетью, исполняющей творческие задания, я бы имел точный ответ на этот вопрос. Обычно я понимаю, что это в точности будет, когда начинаю писать. Если слова заставляют себя пропевать - значит, быть песне.

Текст песни требует к себе особого отношения, сонграйтер ограничен жанром, стремлением попасть в аудиторию, канонами создания песенного текста. Современный слушатель любит, чтобы все было понятно и доступно. А возможность параллельно с музыкальным творчеством выпускать поэтические сборники даёт автору тот глоток свободы, где можно себя ни в чем не ограничивать. Вы с этим согласны?

Отчасти. Наверное, у большинства современных поэтов происходит именно так. У меня стихи по структуре гораздо более каноничны, чем это принято в нашем веке. И они иногда более тщательно фильтруются и нацеливаются на аудиторию, нежели песни. Но в целом - да, стихи можно безбоязненно перегрузить именами и терминами или превратить в один сплошной каламбур. Песня, вероятно, должна быть более легкой для восприятия и способной быть исполненной другими. Но это применимо и к чистой поэзии - непереваренный поток чужого сознания лично у меня чаще отторжение вызывает, чем интерес.

При создании песни автор зависит от формы, но при этом дополнительной поддержкой является музыка, готовая при необходимости замаскировать неровности текста. В поэзии же есть только текст, как единственный существующий и имеющий значение факт. Значит ли это, что тексты стихотворений должны быть гораздо сильнее текстов песен?

Да, в песне есть масса дополнительных средств обозначения подтекста - интонация, подача, аранжировочные приемы. Стихи остаются с читателем один на один, и автор уже не может никак сместить акцент, если изначально он был выражен нечетко. Но, говоря откровенно, если текст - ни о чем, то никакая, даже самая гениальная, музыка его не вывезет. Мое субъективное мнение.

Прослушав альбом, я примерно представляю себе круг ваших музыкальных привязанностей. Хочется спросить о литературных склонностях. Кто ваши любимые авторы, в какой степени они присутствуют в вашей жизни?

Я тут на днях зашел на один из популярных поэтических порталов, и на странице одного автора обнаружил такой, довольно пафосный список «мои учители», в котором имен триста было, наверное. Не хочу идти туда, как не хочу определять и отдельных мэтров в качестве собственных столпов.

Мы - то, что мы едим. Стихи, единожды вошедшие в человека, не выходят оттуда никогда, поэтому во мне присутствуют все, кого я имел неосторожность или счастье впустить - от Роберта Бернса до Веры Полозковой.

Существует ряд людей, которые воспринимают стихи только в авторском прочтении. А как вы относитесь к этому? Может ли кто-то прочесть произведение так же достойно или даже лучше, чем его автор?

Однозначное «да». Некоторых авторов лучше попросить никогда не читать свои стихи публично. Песенник и певец - разные таланты, хоть иногда и совмещаются удачно в некоторых поцелованных Богом.

В творчестве вы часто касаетесь темы веры, Бога. Вы религиозный человек?

Гораздо более религиозный, чем это может показаться тем, кто со мной общается (улыбается). Все, что я обычно хочу сообщить в этой связи, я выражаю в творчестве. Творчество для меня и есть прославление Творца и утверждение человека как Его подобия. Я делюсь многими переживаниями, связанными с верой, но сознательно избегаю поучений и проповедей. По отношению к религии я ученик, а не учитель.

Значит ли это, что вы согласны с утверждением, что «творец — подмастерье Бога»? На ваш взгляд, произведения пишутся авторами и опираются на их физиологические, духовные и биографические черты, или же это чистое проявление «божественного вмешательства», а автор — лишь инструмент, его транслирующий и не имеющий к нему никакого отношения?

Подмастерье может быть безвольным продолжением руки Мастера, может стать искажающим замысел передаточным звеном, может стать и полноценным сопродюсером, наверное. Я бы предпочел не заниматься самоопределением в этом плане. Пишу себе, пока пишется, и слава Богу.

Вы сильно придираетесь к своим произведениям?

Даже слишком. С удовольствием ослабил бы какую-нибудь пружину, если б знал ее точное расположение.

Если кто-то попросит вас оценить собственное творчество в хронологической последовательности, сможете ли вы выделить какую-то общую линию развития?

Мне кажется, я научился точнее выражать то, что хочется выразить. Со стороны виднее.

В большом количестве ваших стихотворений встречаются современные термины из сферы IT, Интернета и т. д. вы просто пользуетесь таким жаргоном в повседневной речи или же это некая, как вы говорите, «фича» именно вашего творчества, которая несет в себе определенный идейный смысл?

Это такая забавная игра. Жонглирование жаргоном - не самоцель. Я не использую в стихах слова, которыми не оперирую в повседневности, но и не избегаю замен ортодоксальных слов на сленговые, если они мне кажутся более подходящими. В конце концов, 2020-й наступает, и совершенно нелепо будет, если я буду звучать как Баратынский или Фет, при всей моей нежной любви к отцам русского поэтического слова.