Россия и Прибалтика: есть ли свет в конце тоннеля?

Фото: Dmitry Fedotov

Отношения между Россией и Прибалтикой всегда складывались непросто. Многочисленные русско-литовские войны, разделы Речи Посполитой, вхождение прибалтийских республик в состав СССР и «парад суверенитетов», пионерами которого стали Литва, Латвия и Эстония – все эти события заложили фундамент современных российско-прибалтийских отношений.

Как ни странно, именно сейчас, когда все территориальные конфликты урегулированы, а три бывшие советские республики наконец-то обрели независимость, на которую никто и не думает посягать, диалог между странами строится как никогда сложно. Из уст первых лиц Литвы, Латвии и Эстонии звучат сенсационные заявления о «российской угрозе» и даже о том, что «Россия – террористическое государство». Литовцы, эстонцы и латыши воюют с советскими памятниками и требуют компенсации за «оккупацию». Москва тем временем душит «контрсанкциями» прибалтийских фермеров и строит транзитные маршруты в обход Риги и Клайпеды. Что же реально скрывается за враждебной риторикой и смогут ли давние соседи отказаться от взаимных претензий и наладить, наконец, нормальные отношения?

Геополитические игры

Некой отправной точкой нынешнего похолодания в российско-прибалтийских отношениях можно считать 2004 год, когда Литва, Латвия и Эстония завершили процесс евроатлантической интеграции и стали членами ЕС и НАТО. Активная политика Прибалтики в рамках членства в Альянсе во многом обусловила рост взаимного недоверия между Россией и «балтийскими тиграми».

С 2004 г. в литовском городе Шяуляй на ротационной основе действует миссия НАТО по патрулированию воздушного пространства Литвы, Латвии и Эстонии. Также на территории этих трёх стран регулярно проводятся военные учения Альянса, причем на фоне украинских событий 2014 г. они стали особенно частыми. Прибалтика активно выступает в поддержку натовского проекта по ЕвроПРО и просит Альянс разместить элементы системы на своей территории, а в июне 2017 г. на латвийскую военную базу в Адажи прибыл на службу многонациональный батальон НАТО, состоящий из более чем 1000 пехотинцев.

Цель данных мер одна – защита от«российской угрозы», которая, по мнению прибалтийской политической элиты, уже сыграла злую шутку с Украиной и теперь надвигается на Литву, Латвию и Эстонию. Однако на практике такой подход к делу имеет противоположный эффект – ситуация ещё более обостряется. Реакцией России на политику Прибалтики стали собственные военные учения и размещение «Искандеров» в Калининградской области. При этом следует понимать, что многие из данных мер как со стороны прибалтийских стран, так и со стороны России, имеют скорее риторическое значение, нежели оборонительное. Угрозы реального военного столкновения между Россией и Западом попросту не существует, а взаимная демонстрация армейской и технической мощи лишь создает дополнительную напряжённость в отношениях.

Экономика и здравый смысл: кто кого?

В области экономических контактов между Литвой, Латвией, Эстонией и Россией ситуация складывается не менее печально. В 2014 г. прибалтийские государства стали главными сторонниками антироссийских санкций Евросоюза и вскоре по иронии судьбы были признаны Еврокомиссией самыми пострадавшими от российского продовольственного эмбарго странами Европы. В среднем, товарооборот между Россией и Прибалтикой за три года упал на 30%. Больше всего пострадал литовский и эстонский мясомолочный сектор и латвийская рыбная промышленность, для которых экспорт продукции в Россию всегда был важнейшей статьей дохода. В результате летом 2016 г. Брюссель принял решение о выплате Литве, Латвии и Эстонии финансовой компенсации за убытки от российских контрсанкций.

Еще одним практическим проявлением современной российско-прибалтийской экономической конфронтации стало значительное снижение роли Прибалтики в калининградском транзите, а также в экспорте российского сырья. Россия строит дополнительные маршруты в Калининградскую область по морю в обход Литвы. В 2018 – 2010 гг. планируется запустить три новых парома для морского сообщения с анклавом, а для снабжения Калининграда природным газом в Балтийском море будет построен терминал СПГ. Также в 2018 г. Россия намерена полностью прекратить экспорт нефти через прибалтийские порты, что, по примерным расчетам, будет обходиться Прибалтике в €1 млрд. в год. Более того, в 2017 г. были заключены контракты между Москвой и Минском, предполагающие переориентирование экспорта белорусских нефтепродуктов, полученных из российской нефти, с Клайпеды, Риги и Вентспилса на Усть-Лугу.

Борьба с «агентами Кремля»

Что касается социально-культурных связей между Россией и Прибалтикой, то и здесь в последние годы можно наблюдать исключительно негативную динамику. Русскоязычные СМИ в прибалтийских странах воспринимаются властью в качестве «пятой колонны» и «агентов Кремля», и число газет и теле- и радиоканалов, выходящих на русском языке, за последние несколько лет значительно сократилось. Одним каналам отказывают в продлении лицензии, другие временно закрывают или штрафуют, объясняя это экономическими причинами, хотя ясно, что истинные мотивы кроются, скорее, в политике.

Довольно безрадостно складывается и ситуация с русскими школами в Прибалтике – их также становится все меньше и меньше. Например, по словам российского посла в Вильнюсе Александра Удальцова, в Литве в 1990 г. насчитывалось около 85 русских школ, а на данный момент их осталось лишь 30.

Политические конфликты не обошли стороной и шоу-бизнес – в 2014 годумузыкальный конкурс «Новая волна», на протяжении долгих лет проходящий в Юрмале, был перенесен в Сочи.

Извечный вопрос: «Кто виноват?»

Стоит признать, что в российских СМИ проблемы наших отношений с Прибалтикой освещаются, как правило, довольно однобоко. Вина возлагается на страдающие паранойей прибалтийские власти, которые, наступая себе на горло, продолжают следовать антироссийскому курсу. Во многом это соответствует действительности. Однако, как известно, в ссоре всегда виноваты оба. В связи с этим возникает закономерный вопрос: какой политики придерживается Россия на прибалтийском направлении и насколько эта политика эффективна?

Ответить на данный вопрос сложно, потому что зачастую меры, которые предпринимает Россия, являются не частью последовательного внешнеполитического курса, а просто реакцией на действия Прибалтики. Причем в последнее время это исключительно обмен взаимными претензиями, попытки нанести друг другу экономический ущерб или продемонстрировать свои военные силы.

Характерным примером инертности российской политики может послужить проблема неграждан в Латвии и Эстонии, которая существует на протяжении уже почти 30 лет и решается не какими-то конкретными мерами, а естественным «вымиранием» этих самых неграждан. Российский МИД часто говорит о дискриминации русскоязычного населения в Прибалтике, однако, наша реакция редко заходит дальше констатации фактов. В целом, Москва действует исходя из соображений о том, что Литва, Латвия и Эстония зависимы от нее экономически, и такая логика в чем-то оправдана, однако вряд ли она является удачным способом налаживания добрососедских отношений.

Что дальше?

На первый взгляд (и даже на второй) может показаться, что отношения России и Прибалтики находятся в глубочайшем кризисе, выхода из которого нет. Однако, это не совсем так. Есть несколько факторов, которые позволяют сделать более оптимистичный прогноз.

Во-первых, российско-прибалтийский диалог – это во многом отражение диалога между Россией и Западом в целом. До 2014 г., когда еще не было тех серьезных конфликтов по линии Россия – ЕС, которые есть сейчас, не было и столь агрессивной антироссийской риторики, исходящей со стороны Прибалтики на данном этапе. В 2008 – 2010 гг. некоторые эксперты говорили о «тихой перезагрузке» в отношениях, а в 2010 г. даже была создана совместная российско-латвийская комиссия историков для решения проблем общего прошлого. Очевидно, сложности и недоверие существовали всегда, но обострились они именно в тот момент, когда конфликт в отношениях между Россией и ЕС дал прибалтам недвусмысленный сигнал на полномасштабную борьбу с «российской угрозой». На мой взгляд, то, когда эта закономерность заработает в обратную сторону, и налаживание нашего диалога с Евросоюзом приведет к смягчению российско-прибалтийских противоречий – лишь вопрос времени.

Другой немаловажный фактор, который должен сыграть свою позитивную роль, – это соображения экономической выгоды от сотрудничества. Прибалтике политическое противостояние обходится дорого, да и России приносит не так много пользы. Поэтому политику иногда приходится отодвигать на задний план, и тому есть уже немало примеров. В декабре 2017 г. Россельхознадзор снял запрет на импорт латвийских и эстонских шпрот, который действовал в рамках так называемых «контрсанкций» с 2015 г. В 2016 и 2017 гг. в Литве неоднократно возникали скандалы, связанные с тем, что «Литовские железные дороги» закупают российские локомотивы. Среди инвесторов в латвийскую экономику в 2016 – 2017 гг. лидерами стали компании России, а борьба прибалтов за энергетическую независимость от «Газпрома» по-прежнему имеет мало успехов.

Все это говорит о том, что рано или поздно экономика должна взять верх над политикой. Вряд ли Россия и Прибалтика когда-либо станут лучшими друзьями, т.к. негативное воздействие на отношения всегда будет оказывать историческая память. Москва не станет закрывать глаза на такие события, как перенос «Бронзового солдата» в Эстонии и обвинения в формате «Россия – террористическое государство». Прибалтика, в свою очередь, вряд ли сможет забыть старые обиды и кардинально пересмотреть свои взгляды на советский период, который они однозначно считают «советской оккупацией». Тем не менее, прагматический анализ российско-прибалтийских отношений дает надежду на то, что рано или поздно во взаимном диалоге появится положительная динамика.

Хотя конфронтация России и Прибалтики в последнее время воспринимается как нечто само собой разумеющееся, политическим элитам четырёх стран ясно, что ссоры на самом деле не выгодны некому. Точно так же, как Прибалтика терпит экономические убытки от контрсанкций, Россия страдает от противостояния с политической точки зрения.

Сейчас российский курс в отношении Литвы, Латвии и Эстонии направлен на хладнокровную демонстрацию своего экономического и военного превосходства. Учитывая агрессивную риторику прибалтов, такая политика выглядит зачастую красиво и является проявлением национальной гордости, но в долгосрочной перспективе она представляет собой взращивание врага на собственных границах. Нужно ли это Москве? Очевидно, что нет.

В российском экспертном сообществе бытует мнение о том, что Россия не должна «мешать Прибалтике умирать». Однако, зачем нам нужны «мертвые» Литва, Латвия и Эстония? Эти три страны исторически близки России, имеют с ней огромное количество связей и вершат судьбы довольно крупной русскоязычной диаспоры. Более того, на протяжении последних 14 лет они являлись тем местом, где Россия непосредственно граничит с Западом. Таким образом, нетрудно сделать вывод о том, что в наших интересах с Прибалтикой все-таки дружить, а не ссориться.

Геополитически Россия такая, какая она есть, и её «имперские амбиции», которые так пугают прибалтов, вряд ли когда-то исчезнут. В то же время, понятие «мягкой силы» никто не отменял. Чего сейчас действительно не хватает российской политике на прибалтийском направлении – это попыток создать позитивный имидж России в сознании эстонцев, литовцев и латышей. Отсутствие такого имиджа создаёт благоприятную почву для возникновения антироссийской риторики и для того, чтобы она находила отклик в прибалтийском обществе. Если так называемая российская пропаганда будет действительно эффективно работать в СМИ Прибалтики, если Москва будет более активно защищать интересы русскоязычной диаспоры в Литве, Латвии и Эстонии, то, возможно, населению этих стран будет сложнее поверить в то, что Россия вот-вот нападёт.

В целом, невыгодность конфронтации очевидна обеим сторонам. За внешней демонстрацией неприязни проглядывается тяга к взаимному сотрудничеству – торговые запреты постепенно снимаются, а малый и средний бизнес традиционно стремится абстрагироваться от политических дискуссий. Вопрос лишь в том, когда в российской политике кнут сменится на пряник, а Прибалтика поддастся общеевропейской тенденции к сотрудничеству с восточным соседом.

Добавляйте CСб в свои источники дзен