ВСЕ видят, как изменилась Россия, но мало кто отдает отчет в том, что именно в ней изменилось, а в чем она себе не изменила. Россия разительно преобразилась. Но это больше коснулось формы, чем содержания.

Обещая в 60-х построить коммунизм через двадцать лет, Хрущев был не так далек от истины, как это многим кажется. Конечно, он ошибся годков на пять-десять. Но по сути оказался прав. Общество, возникшее у нас в середине 90-х, гораздо ближе по своему духу к русскому пониманию коммунизма, где «каждому» воздастся «по потребностям», чем к капитализму. Россия сегодня живет «удовлетворением потребностей».

В ХХ веке мир много раз был свидетелем восстановления национальных экономик из руин. На свет одно за другим появлялось то немецкое, то японское, то китайское чудо. В России тоже творятся чудеса, но «русское чудо» - это прежде всего потребительское чудо.

Явилась потребность во всем, и это «все» появилось в продаже. Человека, ищущего товар, заменил человек, ищущий деньги. Тяга к комфорту, так долго угнетаемая доселе, стала локомотивом прогресса. Новый русский быт ошеломляет и сбивает с толку. Создается иллюзия другой страны, другого мира. Но страна в целом переменилась не так сильно.

Повсюду сквозь дымку всеобщего торгового ажиотажа проступают знакомые контуры русской жизни. В экономике, как грибы после дождя, растут государственные монополии. В политике восстанавливается управленческая вертикаль, скроенная по лекалам КПСС. В судах процветает пресловутое «телефонное право», которое стало даже более «продвинутым», видимо, в связи с развитием мобильной связи. Медицина и образование достигли конвертируемости раньше, чем рубль, поскольку, как прежде, предоставляют нормальные услуги в основном только в обмен на конверт с деньгами. Да и население в целом хочет иначе тратить, но не хочет иначе зарабатывать.

Русская жизнь так похожа на советскую, потому что в России не переменилось главное - правящий класс.

Нынешнему поколению россиян кажется, что их жизнь началась с «чистого листа». Катаклизмы 90-х годов оно склонно сравнивать по значимости и глубине с большевистской революцией. Это серьезное заблуждение. В начале ХХ века Россию потрясла социальная революция, в результате которой к власти пришла совершенно новая элита. В конце - все ограничилось политической революцией, при помощи которой старая элита «перетрясла» политические и правовые отношения в стране в соответствии со своими новыми убеждениями и интересами.

На закате брежневской эпохи элита состояла из партийных и государственных чиновников, «красных директоров», криминальных и полукриминальных дельцов, а также верхушки научной и творческой интеллигенции. Не сегодня, а тогда, когда из всех репродукторов еще звучали коммунистические марши, эта в общем безыдейная и разношерстная публика взяла на вооружение бухаринское «Обогащайтесь!» Не сегодня, а тогда, когда выстраивались километровые очереди за импортным «дефицитом», сформировался потребительский «евростандарт». Не сегодня, а тогда, когда ракеты ставились десятками на боевое дежурство, верхи советского общества взяли духовное «равнение на Запад».

Этой элите, в конце концов, стало тесно жить в скорлупе советской «государственной» собственности, частью которой она давно уже распоряжалась как своей, и она ее разбила. И вот этот народец, насквозь пропитанный советскими мещанскими ценностями, стал обустраивать Россию «по-новому», то есть «по-старому».

Во всей нашей славной «капиталистической» революции пока еще не было ни капли созидания. Двадцать лет бывшая «советская» элита только тем и занималась, что «конвертировала», «обналичивала» свои наследственные возможности, превращая государственную собственность в частную (начиная от заводов и кончая квартирами). Но даже в этом не было никакого творчества. Рецепты хранились в дедушкиных сундуках.

В середине 20-х годов один из большевистских теоретиков Юрий Ларин получил уникальную возможность исследовать способы возникновения частных капиталов в Советской России. В его руках оказались материалы более 600 уголовных дел ОГПУ. Признав, что итогом гражданской войны стало практически полное уничтожение «старой» частной собственности, которая могла иметь хоть какое-то коммерческое значение, он сделал вывод: подавляющая часть частных капиталов в СССР возродилась за счет нелегальной деятельности по обратному превращению государственной собственности в частную.

Наибольший интерес представляет ларинская классификация способов такого превращения. На первом месте стояла «злостная аренда» (аналог нынешней приватизации). Благодаря ей за взятки или за счет связей можно было почти бесплатно получить в свое распоряжение государственное имущество огромной стоимости. Затем шли закупка товаров по государственным заниженным ценам с последующей их продажей по завышенным коммерческим; получение выгодных подрядов на поставку товаров и выполнение работ с завышением их стоимости; использование «агентов» внутри органов власти для получения выгод и преимуществ при торговой деятельности с выплатой им комиссионных (откатов) или включением их в число акционеров частных предприятий. А также многое другое, вплоть до использования информаторов в Наркомфине, которые предупреждали биржевых игроков о грядущих колебаниях валютного курса. «Все украдено до нас», - говорил по сходному поводу герой популярного фильма...

Люди, которые во всем зависят от государства, живут за счет государства (в том числе, потому что воруют у государства), которые не умеют ничего другого, как брать государственное и делать его своим, эти люди не могут быть буржуа. Буржуазность - это состояние ума, а не кошелька. Буржуазность - это независимость предпринимательской деятельности и только, как следствие, независимость политической позиции. Покажите мне успешного независимого предпринимателя в России, бизнес которого не был бы связан с государством прямо или косвенно, и я поверю в русский рынок и демократию.

Нет ничего удивительного в том, что мы возвращаемся к старым советским формам жизни, завернутым в яркие «еврофантики». Несостоявшаяся социальная революция вносит свои коррективы в ход политической революции.

Старая советская элита, которая по-прежнему занимает командные высоты во власти и в экономике, не способна сейчас и не будет способна никогда продвинуть нас к обществу, существенно отличающемуся от советского. Для этого нужен новый класс, настоящая буржуазия, которая рождается в ходе социальной революции, являющейся, по выражению Маркса, «повивальной бабкой истории». Поэтому как не «равноудаляйте» нынешних олигархов, никакого толка из этого не выйдет, все они одним миром мазаны. Надежда остается только на тот «капиталистический подшерсток», который кое-где пробивается из-под густой шерсти коррумпированного, окологосударственного бизнеса. Если государственные монополии его не забьют, то через несколько поколений другая элита вернется к вопросу о по-настоящему новой России. А пока нас окружают знакомые советские лица...

ОПРОС ПО ТЕМЕ

НЭП 20-х гг. закончился репрессиями. Не пришло ли время «потрясти» новых русских богатеев?

Евгения Лосева, 36 лет, администратор, г. Калуга:
- Конечно, нужно это сделать! Они покупают футбольные команды, едят килограммами икру. А мы? У меня зарплата - 4 тысячи. У мамы пенсия - 2600. А под Калугой - целая деревня шикарных особняков. Откуда, спрашивается? Помнится, был у нас министр финансов Лифшиц, он правильно сказал - делиться надо! И я так думаю, что, если они не поделятся, - народ у них возьмет сам. Об этом им, богачам, нужно помнить.

Владислав Горских, 43 года, старший механик, г. Рыбинск:
- Вот американец, какой-то миллиардер, владелец, по-моему, торговых сетей, на днях пожертвовал чуть ли не все свое состояние на нужды бедных. На благотворительность. Вы можете себе представить, чтобы кто-то из «новых русских» мог бы такое учудить? И я не могу. Не понимаю, зачем человеку миллиард долларов, когда миллиона, чтобы безбедно прожить, - хватит за глаза. Все создавалось общими усилиями, а пользуются этим теперь - они, олигархи. И с народом не делятся.

Ольга Золотарева, 31 год, фармацевт, г. Тверь:
- Если опять начать раскулачивание - ни к чему хорошему это не приведет. Сталин однажды всему миру показал, чем это оборачивается. Разрухой и общей нищетой. Да, как говорил Остап Бендер, «все современные состояния нажиты неправедным путем». Но давайте оставим все так, как есть. Все равно богатые будут вкладывать деньги в Россию. Просто потому, что они живут здесь и хотят, чтобы наша страна была более или менее цивилизованной. А это значит, что в итоге всем будет лучше!

Добавляйте CСб в свои источники дзен