Одним из главных событий весенней сессии Государственной Думы станет обсуждение во втором чтении Федерального Закона «О полиции». Предварительно чтение намечено на март, а пока фракции готовят поправки к этому закону. Напомним, что в первом чтении, состоявшемся осенью прошлого года, за документ проголосовали 384 депутата. Против – 58. Двое воздержались.

Основными претензии к документу – нечеткость формулировок, «презумпция правильности действий сотрудника в любых ситуациях», неопределенность структуры будущей правоохранительной конструкции. Присутствовавший в Думе министр Р. Нургалиев и представители «Единой России», ратовавшие за принятие закона, обещали учесть некоторые поправки ко второму чтению.

О том, что было, что будет и «чем сердце успокоится» по просьбе «Аргументов.ру» рассказывает советник председателя Конституционного Суда России, бывший руководитель российского бюро Интерпола генерал-майор милиции в отставке Владимир Овчинский.

– Владимир Семенович, Госдума в первом чтении приняла Федеральный закон "О полиции". Его проект был вывешен в Интернете на специальном сайте и к нему оставили десятки тысяч комментариев, в том числе очень конкретных. Что-то из них вошло в текст? Или его опубликование это был такой "пиар в пользу бедных"?

– Я сам входил в состав оргкомитета по подготовке этого законопроекта, участвовал в его обсуждениях на разных стадиях. Поэтому особых претензий к его содержанию у меня нет. Другое дело – название. Я участвовал в подготовке закона «О милиции», а не «О полиции». Не думаю , что смена названия как-то повлияет на реформу. Важно не название, а содержание реформы. А к содержанию реформы у многих специалистов накопились вопросы, на которые пока никто не дает ответов.

Замечательно, что в обсуждении законопроекта участвовали десятки тысяч людей. Если бы по такой же модели у нас обсуждались другие законы, то у Конституционного Суда было бы намного меньше работы. Но, к сожалению, практика всенародного обсуждения пока не очень распространена. Что касается закона о полиции, то, действительно, текст был серьезно видоизменен после обсуждения. Хуже он не стал точно.

– Стоит ли оценивать этот закон с точки зрения нужности-ненужности? Фактически очень многие принципиальные вопросы остались "за кадром". Не определенаи новая структура, штатная численность, социальные гарантии, условия набора новых - старых сотрудников. Будут ли приняты новые законы?

- Принимаемый закон, безусловно, будет полезен. В нем, например, учтены требования многих международно-правовых документов. Но это только первый шаг на пути реформы МВД. И не только МВД. Необходима серьезная инвентаризация и реформа всей системы уголовной юстиции. Это стало особенно ясно после начала расследования дикого массового убийства в станице Кущевская. Да и последующие расследования в Гусь-Хрустальном Владимирской области, в Энгельсовском районе Саратовской области показали что сейчас вся наша правоохранительная система, снизу доверху нуждается в капитальном ремонте.

– Что именно необходимо "отремонтировать", как вы выражаетесь, в первую очередь?

– Прежде всего – систему учета и регистрации преступлений. Не случайно действующую систему Президент Дмитрий Медведев назвал недавно «брехней». Ведь только в Кущевской было выявлено более 250 укрытых тяжких преступлений. А какова будет картина с реальной преступностью, если досконально проверить ситуацию по всем городам и весям России?

Действующая система массового укрытия преступлений от учета в основном и деформирует сознание сотрудников правоохранительных органов. Нацеливает не на помощь гражданам, а на обман. Здесь и происходит разрыв доверия населения к органам власти.

Важно также подробно обсудить и новые структуры МВД. Ведь от этого будет зависеть результативность работы. Но такого обсуждения нет. Они формируются в закрытом режиме.

ФБР, например, своей структуры никогда не скрывает (кроме секретных подразделений). Что касается социальных гарантий, то они будут определены в другом законе, который сейчас готовится.

– Будущим сотрудникам полиции обещали значительно увеличить денежное довольствие. Поможет ли это, когда взятки измеряются сотнями тысяч долларов за закрытие уголовного дела? И что реально может оградить сотрудников от желания взять взятку?

– Взятки в сотни тысяч долларов берут единичные «оборотни». Не надо преувеличивать их размеры. Кроме того, сейчас налицо патологический разрыв в оплате труда сотрудников милиции и других правоохранителей – прокуроров, следователей, наркополицейских, судей. В конечном итоге все делают одно дело, причем сотрудники милиции чаще других рискуют жизнью, а оплата труда – несопоставимая.

Выравнивание уровня в зарплатах назрела давно. Но не это будет главным в защите органов правопорядка от коррупции и иных патологий. Мы живем в ХХI веке – надо шире и чаще использовать современную технику для тестирования сотрудников. Само тестирование должно проводиться не только при поступлении, но и в период всей службы, не взирая на должности и большие звезды. А от взятки может оградить только страх оказаться в тюрьме.

Надо развивать службу собственной безопасности, выводить ее из подчинения местных МВД, УВД, замыкать строго по вертикали.

– Вы постоянно говорите о необходимости возрождения Управлений по борьбе с организованной преступностью (УБОП). В пресловутой Кущевской бандитов «крышевал» бывший начальник местного УБОП. Или необходимы новые меры контроля за такими обособленными подразделениями?

– Во всех структурах правоохранительных органов периодически выявляют «оборотней», но это не означает, что данные структуры надо ликвидировать , как ликвидировали подразделения по борьбе с организованной преступностью в 2008 году. Есть такое явление – организованная преступность. Оно не вписывается в привычную матрицу реагирования через подразделения уголовного розыска и по экономической преступности. Та же банда «цапков» в Кущевской занималась и общеуголовной преступностью (убийства, вымогательства, изнасилования, грабежи и т.д.) и экономической деятельностью. Рвалась во власть. Поэтому преступными формированиями должны заниматься специальные подразделения, также выстроенные по пирамиде вне региональных МВД или УВД. В США не случайно соблюдают такой принцип независимости через ФБР, которое постоянно контролирует местные правоохранительные органы.

– Имеет ли смысл при формировании полиции поступить как в Грузии – разогнать всех и набрать большинство сотрудников, которые никогда не имели отношения к правоохранительным органам? Тем более, что Минобороны в связи с реформой армии успешно поставляет на рынок труда офицерские кадры.

– В Грузии действительно, всех сотрудников вначале вывели за штат. Тех, на кого были компрометирующие материалы, добытые оперативным путем, уволили. Кого-то посадили. Зато оставшимся значительно увеличили зарплату. И на конкретных примерах показали, что за малейшие нарушения будет следовать суровое наказание, вплоть до длительного тюремного срока.

Этим они и держат систему – материальные стимулы плюс страх наказания. Что касается офицерских кадров – их надо еще научить следственной и оперативной работе. И понимать, что правоохранительная система больна теми же болезнями, что и все общество. Святых мы не найдем нигде.

Добавляйте CСб в свои источники дзен