(Продолжение. Начало книги здесь)

Глава 27                         

Зои прилетела в Амстердам пасмурным днем в понедельник. Она нашла адрес, где был расположен хостел «Домашний уют», который рекомендовал Разин. Здание было старым, трехэтажным с продолговатыми окнами и рисунком розового котика над входной дверью. В фойе за стойкой сидела дежурная, маленькая женщина в деревянных башмаках. Зои спросила, можно ли осмотреть жилые помещения и все остальное, ей показали большущую комнату на первом этаже, где стояли четыре двухъярусные кровати. Туристов по пальцам считать, внизу было заняты только три места. У стены стоял стол с чайником, небольшой холодильник, у противоположной стены шкаф-купе плюс кладовка с замком, куда можно класть чемоданы и рюкзаки. 

Душевая комната в конце коридора была вытянутой и кривой, - здесь могли мыться сразу шесть человек, - под потолком окно, закрашенное белой краской, нет шкафчиков, где можно оставить вещи, их придется складывать стопкой на спортивную скамью, грязное белье оставлять в пакетах. В смежной комнате три стиральные и сушильные машины. В комнатах на втором этаже постояльцев было больше, там играла музыка и пахло табачным дымом, третий этаж вовсе был закрыт. В общем и целом хостел на троечку. Зои выбрала большую комнату внизу, дежурная записала ее имя в журнал и выдала три ключа: от комнаты, от кладовой и от душа.    

На следующий день Зои устроилась в ресторан «Старый мельник» и сразу же приступила к работе. Хозяин Отто Берг, мужчина с черными усами в высоком белом колпаке, по совместительству еще и повар, посмотрел на Зои, как на старую знакомую, угостил ее свежими оладьями и спросил: 

- Ты правда работала официанткой?

- Иначе бы я сюда не пришла, - сказала Зои. 

Отто Берг отвел ее в свой офис и сказал, что через неделю Зои придется развозить обеды клиентам, которые живут и работают неподалеку от ресторана, зарплата маленькая, но перепадают хорошие чаевые. В другие места, подальше, еду отвозит парень, он хорошо знает город и водит машину почти как бог. Но первые несколько дней Зои будет работать в зале с утра до вечера, дело в том, что две официантки и помощник по кухне заболели. Берг не хочет пугать девушку, но ресторан довольно большой, работы всегда столько, что только успевай поворачиваться. 

Но если разобраться: за десятичасовой рабочий день – всего пара часов запарки днем, во время ланча, и час-другой вечером. На морских судах Зои приходилась несколько раз в день накрывать столы команде из шестидесяти голодных матросов и мотористов, убирать посуду и выполнять столько поручений кока, боцмана и других старших должностных лиц, что могла надорваться ломовая лошадь. Отто Берг, выходя в зал, иногда украдкой наблюдал за ее точными движениями, способностью быстро накрыть стол, расставить приборы и не ошибиться даже в мелочах.   

Первый раз Зои увидела миссис Кэтрин Эрнер в полдень среды, когда та заказала обед на две персоны в отдельном кабинете на втором этаже. Стол обслуживала не Зои, но она поменялась с той официанткой, соврав, что нужна консультация для поступления в юридический колледж, а миссис Эрнер даст хороший совет, где купить подержанные учебники за полцены. Эрнер вошла в кабинет, села у окна и смотреть на улицу, которую видела сотни раз, наверное, она думала о чем-то невеселом. Кабинет был большим, на розовых стенах висели картины из старинной гастрономической жизни.  

Зои подошла и сказала:

- Здравствуйте, я ваша официантка. Меня зовут Зои. Хотите воды с лимоном?

- С удовольствием, - ответила Кэтрин. 

Зои поставила перед ней стакан с водой.

- Я раньше вас здесь не видела, вы новенькая? – спросила Кэтрин.   

- Да, новенькая. Приехала из Америки. Поработать и посмотреть Амстердам. Но, послушайте… Послушайте меня, миссис Эрнер… На самом деле я здесь из-за вас. Я знакома с вашим мужем. Он сказал, что ваши телефоны слушают, за вами наблюдают. Он попросил меня приехать сюда, устроиться в этот ресторан и, если будет возможность, передать вам вот это. 

Зои запустила руку за пазуху и положила на стол мелко исписанную четвертушку бумажной страницы в полиэтиленовой пленке. Кэтрин, заволновавшись, встала, потом села. Она разрумянилась, на глаза навернулись слезы.  

- Вы можете закрыть дверь на пару минут? – спросила она. 

Зои повернула ключ в двери, она видела, как женщина впилась глазами в кусочек бумажки, прочитав его несколько раз, вытащила зажигалку и сожгла в бумажку в пепельнице. Зои подошла ближе, понизив голос до шепота, сказала:

- Ваш муж хочет вытащить вас из Голландии, он считает, что здесь слишком опасно. Не смотрите, что я молодая. Я много чего умею. Я решительная, серьезная. И готова выполнить любое пожелание. Он поручил мне купить билет до Бостона с открытой датой. В день отъезда я могу подогнать машину к вашему дому или магазину. Через пару часов вас уже не будет в этой стране.

Кэтрин подняла голову и сказала:

- Послушайте, Зои, вы ничего не сможете сделать, даже если будете очень стараться. Все, что в ваших силах, – испортить себе жизнь. Уезжайте, пока не поздно. 

- Вы плохо меня знаете. Я хочу вам помочь.  

- Здесь нельзя долго говорить. Приходите в следующий вторник к десяти вечера по этому адресу, - она открыла сумочку и записала на визитке несколько слов и телефон и положила на стол ключ на алой ленточке. - Там живет книжный коллекционер, мой хороший знакомый, сейчас он в отъезде. Он разрешает пользоваться своей библиотекой. Нам никто не помешает. Спасибо вам. Теперь идите, пожалуйста. 

Кэтрин вынула из сумочки платок и вытерла глаза.

*    *    *

В пятницу одна из официанток наконец вышла на работу после болезни, Зои первый раз на небольшом удобном пикапе развозила обеды клиентам ресторана. Дело было не слишком хлопотное, машина удобная, а поездки короткие. Заказ пришел и от Кэтрин. Зои немного волновалась, рассчитывая встретить в магазине тех людей, которые, по рассказам доктора Рея, всегда находились где-то рядом с его женой. 

Зои оставила машину в узком переулке за углом и вошла не через служебный, а через главный вход, чтобы осмотреться. В полдень буднего дня народу было немного. Внутри магазин почему-то казался значительно больше, чем снаружи. Зал с высокими потолками был заставлен шкафами, посередине три кожаные дивана разного цвета, кресла, несколько табуреток у барной стойки, кофейные столики, где посетители листали книги и пили кофе. Здесь же кофейня и автоматы с газировкой, в дальнем углу несколько компьютеров, которыми могли пользоваться читатели. 

На втором этаже, кажется, не было ничего кроме книжных шкафов. Зои остановилась посередине зала, вытащила лист накладной. Мужчина средних лет в светлых спортивных брюках и ярком свитере, листавший журнал, поднял взгляд на Зои. Он поправил очки, подарил девушке доброжелательную улыбку и снова отгородился от мира своим журналом. 

*   *   *

Кабинет Кэтрин был заполнен всякой всячиной. Тут стояли два больших антикварных стола, разномастная современная мебель, везде, в том числе на диване и подоконниках, лежали раскрытые книги, тетради с рукописными записями. Кэтрин сидела за столом у окна, на ней было темно-серое платье букле с белом отложным воротничком и кожаная жилетка. Она взглянула на Зои и нахмурилась.  

- Не обращайте внимания на этот художественный беспорядок, - сказала Кэтрин, глаза ее оставались темными и какими-то чужими. - Я работаю над книгой – кулинарные рецепты восточной и северной Африки. Такая вкуснотища – не передать словами. Но материала слишком много, я в нем утонула. Фактуры на три книги хватит… 

Кэтрин прижала палец к губам, села к столу и написала несколько слов на отрывном листке календаря: «Здесь нельзя говорить. Не приходите сюда больше, не звоните. Через десять дней мы все обсудим». 

Зои выкроила немного свободного места на офисном столе, поставила тарелки, приборы, бутылку французского бордо и ушла. Когда Зои направилась к пикапу, в дверях ей попался мужчина средних лет в темно-синем пиджаке с блестящими пуговицами. Он пропустил даму и сказал по-французски, что сегодня в книжном клубе будет выступать автор «Акульей судьбы» Поль Сонтрэ, он великий путешественник и потрясающий рассказчик, вход бесплатный. Зои, постояла у машины, решив, что ее сегодняшний визит к Кэтрин мог все испортить, впрочем, даже неудачный опыт иногда бывает полезен. 

*   *   *

Она закончила работу около одиннадцати, пешком вернулась в хостел, прошла по коридору в комнату. Никого из постояльцев не было на месте. Впрочем, двое съехали вчера, а парень, который спал у окна на втором ярусе, утром сказал, что вернется поздно. Сейчас на его койке матрас был скатан, на подушке не было белья, значит, парнишка недавно съехал. 

Было слышно, как в конце коридора в душевой лилась вода. В комнате пахло как-то по-особенному, крепким мужским одеколоном или лосьоном. Зои обратила внимание, что дверь в кладовку была не закрыта, она заглянула внутрь, чужих вещей не видно, только ее рюкзак и чемоданчик. Рюкзак, где, многожильная стальная проволока, соединявшая кармашки и отделения, зафиксирована толстой бляшкой с наборным замком, был местами изрезан ножом или бритвой. Вещи вывалены на пол. Кодовый замок фирменного чемодана, который ей купил Разин, был надежен почти как швейцарский сейф. Сейчас он был поцарапан, графитовый корпус пытались проткнуть ножом, но ничего не вышло, из повреждений - только царапины.  

Волнуясь, она незаметно раскрыла перочинный нож и переложила его в правый карман брюк. Стараясь казаться спокойной, села на длинную скамью, размышляя, что делать дальше, вариантов не так много: одной ночевать здесь или переселиться наверх. Сверху слышна танцевальная музыка, значит, там кто-то есть. Через минуту Зои вышла к стойке дежурной, но никого не нашла. На стене висел телефон для постояльцев с перерезанным проводом, компьютер был выключен, окно, выходящее на улицу, занавешено. Она вернулась в комнату с мыслью запереться изнутри и попробовать заснуть. Зои пошла в душевую, чтобы выключить воду, а когда вернулась, остановилась на пороге и вздрогнула: на скамейке сидел, прислонившись спиной к стене и вытянув ноги, мужчина, которого она видела в магазине, он был в том же свитере и светлых спортивных брюках. 

- Присаживайтесь, - сказал он. 

Позади Зои оказался другой мужчина, которого она раньше не видела, лет тридцати пяти в гладком черном пиджаке, синих брюках, в ботинках с серебряными пряжками. Он легонько подтолкнул ее вперед, закрыл дверь и повернул ключ. 

- Не трогайте меня, - сказала Зои шепотом. – Или я закричу.

– Я вас умоляю, - мужчина, сидевший на скамейке, говорил на хорошем английском, почти без акцента. – Не о чем беспокоиться. Вы среди друзей. 

Он встал, взял Зои за руку и усадил рядом. Она успела заметить, что на его левом безымянном пальце отсутствовали две фаланги, мужчина перехватил ее взгляд и сказал: 

– Представьте, я увидел вас и был очарован. Вы настоящая красавица. Захотелось поболтать. У нас наверняка есть нечто общее… Интересы, увлечения… 

- Я так не думаю. 

Зои крепко сжала зубы. Ей было страшно, с этим страхом, каким-то липким, от которого перехватывает дыхание и пощипывает кожу лица, она не могла справиться, и от этого становилось еще страшнее и противнее.   

- Меня зовут Константином Сергеевич, - сказал человек. – На западный манер можно просто по имени… Костя. Мне это даже нравится. Чувствую себе моложе. Случается, я даже забываю, сколько мне лет. Когда отпускают дела, я выбираюсь в Европу, чтобы восполнить прорехи образования. Хожу по музеям, бываю в домах известных интеллектуалов. Я знаком с писателями, поэтами. Словом, делаю то, чем должен заниматься в Европе заблудший русский интеллигент – по капельке выдавливаю из себя раба.

- Надо же… И уже что-то выдавили?    

- Мисс, я навел справки, кажется, ты по паспорту американка, - Константин улыбнулся как-то по-отцовски, по-доброму, когда он вытянул руку и погладил Зои по голове, она вздрогнула и внутренне напряглась. – Ты здесь новый человек, а новички всегда на виду. К ним присматриваются, с ними хотят познакомиться. Ты похожа на русскую девочку. И говоришь, как русская. Акцент в кармане не спрячешь… 

- Я родилась в Австралии, позже мы жили в Москве. Это продолжалось несколько лет. Мама получила хорошую работу в европейском благотворительном фонде. Потом мы уехали в Америку к мужчине, с которым у мамы… У них были отношения. Почему я должна перед вами оправдываться? 

- Я этого не просил. Ты сама начала. Я хочу поговорить, это недолго. Тебе ведь нравятся такие вот разговоры: душевные, с приятными воспоминаниями?  

- Но только с близкими людьми. 

 - Ты умница, - человек придвинулся и снова погладил ее по голове, потом взял за подбородок и повернул ее голову к себе. – Такие глаза не могут обманывать. Тебе нравиться эта работа? Ну, в ресторане? Вилки, тарелки…

- Там неплохо платят. 

- А как тебе в хостеле? - человек положил руку на ее спину, обнял и притянул к себе. – Не обижают?  

- Я обошла несколько заведений. Здесь неплохо.

- Вы знаете, мисс Зои, этот район, как правило, закрыт для гостей. Тут не ходит обдолбанная молодежь, не продают наркотики. Короче, у этого кусочка большого города есть репутация и особый статус. Конечно, и тут есть ночные клубы, грязные притоны, очень грязные… Это для богатых развращенных господ. Но в целом - это район тихий, здесь недолюбливают людей вроде тебя. Отвязанных девиц с неудовлетворенным любопытством. 

*  *  *

Зои вдруг заплакала. Она не могла остановиться, носовой платок был грязный и сухой. Она, всхлипывая, сказала, что в ее ресторане, обещали прибавку к концу месяца, и само помещение такое красивое, что в него нельзя не влюбиться…

Второй мужчина подошел ближе и остановился перед Зои на расстоянии двух шагов, сейчас он перебирал свои мысли, вспоминая вчерашний поход в модный бар «Шах» с немыслимым выбором спиртного, кальянами, красотками всех мастей и кое-чем недоступным обычным посетителям, но ему открытым. Он держал руки в передних карманах брюк и, кажется, в своих воспоминаниях снова и снова погружался в таинственные глубины модного бара. Мужчину звали Жорж. У него были темные вьющиеся волосы, нос с горбинкой, высокий лоб, внимательные зеленоватые глаза и большие растрепанные губы, будто он только что целовался. Он носил модный пиджак, тонкий красно-белый галстук и ковбойские сапоги из крокодильей кожи хорошей выделки. Кисти рук были тонкими и сильными. 

Он смахнул со лба длинную прядь волос и сказал:

- Зои, я хочу спросить тебя про одну мелочь. Можно?    

 Вместо ответа она махнула рукой, мол, спрашивай. Жорж наклонился, будто и вправду хотел что-то спросить. От него исходил терпкий запах выдержанного ирландского виски и сладковатого одеколона с сандаловым деревом и какими-то пряностями.

- Нет, в другой, не сейчас, - сказал Жорж и улыбнулся. – Позже… 

 (Продолжение здесь)