Ревность. Глава 3 (начало книги здесь)

Попасть на территорию поселка «Лесное озеро» человеку постороннему, не имеющему здесь дома, не составляло большого труда. Ворота были открыты весь день. Их закрывали с полуночи до шести утра, у тех, кто въезжает в поселок в это время, спрашивали пропуск. В доме, где находилась служба охраны, коротали время за игрой в карты и телевизором три-четыре аккуратно одетых парня. Ночью охранники проверяли пропуска, следили, чтобы сюда не проникли чужие люди. 

Днем работы совсем немного. Охранники должны были обходить поселковые улицы и территорию возле искусственного пруда. Там, размещалась лодочная станция, пивной бар. И гордость поселка – двухэтажный летний ресторан с террасой на втором этаже, сверху открывался прекрасный вид на неподвижную водную гладь, старые сосны на противоположном берегу и скульптуры в авангардном стиле, беспорядочно расставленные вдоль дорожек, мощеных плиткой. 

В будний день в ресторане посетителей было немного. Девяткин и Зуев перекусили и выпили пива на веранде. Напоследок Зуев заказал по рюмке коньяка себе и гостю. Закурил и стал смотреть куда-то вдаль, на сосны и небо, затянутое облаками.   

- Давно вы поддерживаете тесные отношения с женой Наумова? – спросил Девяткин.

Ничего в лице Зуева ничего не переменилось, он продолжал разглядывать какую-то точку на горизонте и курил.

- С чего вы решили, что у нас есть какие-то отношения?

- Она, как и вы, исповедует спортивный образ жизни, - усмехнулся Девяткин. – Родство душ. Только не вздумайте врать.  

- Все началось в прошлом году, летом. Она спросила, умею ли я играть в теннис. Смогу ли показать, как делать крученую подачу. А потом… Мы изредка встречались в городе. Я, конечно, не был для нее светом в окошке. Таким женщинам нужны парни покруче меня. Но я к ней искренне привязался. Стало казаться, что это запоздалая любовь, которую ждал всю жизнь. Даже надумал бросить семью. Прикидывал, как начать разговор с женой, что сказать взрослому сыну… Как-то я рассказал Розе о своих планах. Она рассмеялась. Искренне, просто до слез. И посоветовала не забивать голову чепухой. Тогда я понял, что наша связь для нее ничего не значила. И я для нее был пустым местом. Я хотел рассказать вам об этом сразу… Когда мы сидели в моем кабинете. Но решил, что эти подробности для уголовного розыска – лишние. 

- В тот последний день между вами что-то было?

- Нет, конечно. Муж там крутился. И этот хмырь из банка приехал. Мы договорились встретиться в четверг вечером. Я ждал весь день, но звонка не было. Ее мобильник был отключен. На городской телефон Роза звонить запретила. Дома все время точит Наумов, который страдает патологической ревностью. При нем разговаривать трудно.

- Вы уверены, что ревность Наумова именно патологическая? – усмехнулся Девяткин. – То есть она связана с болезненным состоянием его психики? И ничего общего с действительностью не имеет? Для ревности не было причины?

- Ну, почему же… Просто я употребил не то слово, - Зуев смутился, отвел взгляд и стал снова глядеть на темную полосу леса. – Если бы у меня была красавица жена… Возможно, я бы тоже ревновал. Тем более для этого были основания.   

- Вот видите… Когда вы встречались последний раз? О чем разговаривали?

- Месяц назад виделись на Тверской. У меня как раз оказались ключи от квартиры приятеля. Короче… Она пришла, мы немного поболтали. Я предложил выпить вина, но она ответила, что за рулем. Да и настроения нет. Роза сказала, что ее муж хочет заложить загородный дом. Наумову деньги для чего-то понадобились. Дом заложат, но от этого в жизни ничего не изменится. Она по-прежнему будет приезжать в «Лесное озеро», жить там, сколько захочет. Мы сможем встречаться, когда Наумов будет в городе. О будущей поездке в Америку сказала, что долго там не задержится. В Штатах живет отец ее мужа, старик болеет. И, весьма возможно, дело пахнет большим наследством. А это приятный запах.   

- Она объяснила, зачем Наумову срочно понадобились деньги? 

- Нет, она ничего не сказала, а мне до лампочки. Встречаться с красивой женщиной и болтать о финансовых проблемах ее мужа, - это глупо. Я пришел не разговоры разговаривать. 

Девяткин позвал официанта и, не обратив внимания на протесты Зуева, расплатился.         

*    *    *

Радченко выскользнул из спальни старика Наумова, прошел широким коридором до лестницы и свернул в гостиную. Здесь в большой комнате с диванами и креслами, стоявшими на огромном персидском ковре, окна были распахнуты настежь. С океана дул теплый бриз, слышался крик чаек, летящих над песчаным пляжем и полосой прибоя. В кресле у камина, задрав ноги на кофейный столик, развалился Вадим Наумов. На его голове сидела красная бейсболка, на груди белой рубашки свежие желтые пятна виски. Он отдохнул пару часов на диване и теперь после бессонной ночи не выглядел усталым. 

- А это ты, адвокат, - сказал Вадим. 

- Там очень душно. Пришел подышать свежим воздухом. 

- Как наш старикан? 

- Роза делает ему массаж ног. 

- Отец всегда любил эротические процедуры. Особенно если за них не надо платить. А вот я мог бы подсыпать деньжонок этой девочке. Дать прекрасные чаевые за массаж ног. Ну, и некоторых других частей тела. Говорят, она настоящая нимфоманка. 

- Откуда эта информация?

- Так я тебе все и рассказал, - Вадим погрозил пальцем. - В голове не укладывается, как это небесное создание, эта красотка, ложится в одну постель с моим братом? Он не самый умный парень на свете, к тому же грязнуля, жадина и обильно потеет. И, насколько я знаю, по мужской линии не силен. У него все стоит кроме члена. В придачу изо рта воняет скипидаром. Почему таким парням как я редко везет на красивых женщин? А ему без всяких усилий достаются лучшие из лучших? Не понимаю. 

- Ваш брат умный талантливый человек, он пишет интересные книги. Может быть, женщины ценят его ум?

- Чтобы писать книги не надо быть умным. А его романы годятся на растопку камина. Впрочем, я Люблю Павла. Со всеми его недостатками.  

Ветер играл с белыми полотнищами занавесок. Радченко подошел к открытому окну. Солнце поднялось высоко над океаном. Была видна лужайка перед домом, покрытая изумрудной травой, невысокая изгородь, за ней широкий пустынный пляж, океан, уходящий в бесконечность. Волны с белыми барашками накатывались на берег. Пахло водорослями, горячим песком и йодом, от этих запахов кружилась голова. Радченко вдохнул полной грудью аромат утреннего океана и сел на высокий стул возле окна.   

- Как прошла ночь? – спросил он. 

- Ничего интересного. Отец стонал, жаловался на боли в груди. Потом заснул, во сне звал блудную дочь Ольгу. Снова проснулся и опять вырубился… Старик очень ждет приезда Ольги, спрашивает о ней. А Ольга пропала неизвестно куда. Вот тебе и любимая дочь… А старик боится смерти и хочет, чтобы в момент, когда старуха с косой придет по его душу, рядом оказался кто-то из родных людей. Кстати, вон там, где книжные шкафы, внизу, под деревянной панелью есть холодильник. Угощайся. Лед и все любые напитки, кроме алкогольных.  

- И пива нет?

- Старик установил драконовские порядки. Никакой выпивки до пяти вечера. И слуга – настоящие монстры, тупые и алчные. Проси, не проси – ни глотка не получишь. Поэтому огненная вода у меня с собой.   

Откуда-то из-за спины Вадим вытащил плоскую фляжку с виски, отвинтил колпачок и приложился к горлышку.

- У меня есть любопытная информация, - он прикурил сигарету. – Один человек, заслуживающий доверия, сообщил, будто бы завещание составлено исключительно в пользу младшего брата. Он получит отцовские деньги, недвижимость, коллекцию старинного оружия, золотых монет, антикварных часов. А нам с сестрой достанутся крошки, которые остаются на праздничном столе, когда торт съеден.

- Не располагаю такой информацией, - сухо ответил Радченко. 

- Ничего личного. Но ты - адвокат моего брата, правды от тебя не добьешься. Вадим наверняка что-то говорил об отцовском завещании. Он что-то знает. Но молчит. Мой брат всегда был любимчиком отца.  

- Мне казалось, что любимицей была Ольга. Только у нее с детства сложились доверительные отношения с отцом. У них были какие-то свои игры, свои тайны… Позднее, когда Ольга стала взрослой женщиной, отношения с отцом стали прохладными. Он не захотел дать дочери взаймы крупную сумму денег, когда Ольга начинала свое дело. Поэтому старик хочет исправить старые прегрешения. Он не обидит Ольгу. И вас тоже. Я в этом уверен. 

- Я не цепляюсь за деньги отца. Потому сам успешный бизнесмен и весьма небедный человек. Мои активы превышают то, что имеет отец. Но в отличие от брата и сестры, я искренне люблю старика, он мне дорог. Возможно, это единственный по-настоящему близкий мне человек. Да, да, на все планете нет дороже человека, чем он. 

- Павел тоже любит отца, - сказал Радченко.  

- Бред, - Вадим хлебнул виски. – Бред сивой кобылы. А Ире и Павлу нужны только деньги. Потому что вся человеческая сущность этих людей исчерпывается тремя понятиями: алчность, зависть и злоба. Так они устроены, их не переделать. Конечно, и я бы не отказался получить некоторую сумму наличными и в придачу этот дом. И еще апартаменты в Нью-Йорке и Майами. Почему бы и нет? Но я приехал сюда не за деньгами. Если мое присутствие подарит отцу единственный час жизни, не час, хоть полчаса, значит, я не зря здесь торчу. Я останусь с отцом до конца, до его последнего вздоха.             

Радченко вернулся в спальню. Роза закончила массаж. Павел читал, низко склонившись над книгой, потому что забыл в гостинице очки. Он водил пальцем по строчкам, стараясь читать громко и выразительно, но получалось плохо. Иногда он сбивался, терял строчку, злобно поглядывал на Розу и снова принимался за чтение. Видимо, мысли его были далеко отсюда.  

*    *    *

Просмотр видеозаписей, полученных при помощи скрытой камеры в поселке «Лесное озеро», Девяткин устроил в небольшом кинозале. Киносеанс с перерывами продолжался шестнадцать часов, присутствовали девять наиболее опытных оперативников и следователей уголовного розыска Москвы. Перед началом просмотра Девяткин не забыл сказать, что судебные эксперты закончили основные исследования и пришли к следующему выводу. 

Мужчина и женщина, найденные в подвале одного из домов в поселке «Лесное озеро», были убиты десятого или одиннадцатого июля, точнее время установить не удалось. Женщине приблизительно сорок один – сорок два года, мужчине около пятидесяти, документов нет. Жертвы застрелены из одного пистолета девятого калибра, с близкого расстояния, почти в упор, оружие не найдено. Лицо мужчины и женщины до неузнаваемости изуродованы тупым тяжелым предметом, обухом топора или молотком. Следов спермы не обнаружено, но эксперты утверждают, что перед смертью женщина была изнасилована. Насильник пользовался презервативом.  

Для следствия интерес представляют автомобили, которые въезжали на территорию поселка в течение десятого и одиннадцатого июля. За это время в «Лесное озеро» заехало сто пятьдесят три автомашины и выехало сто сорок восемь. Некоторые автомобили выезжали и въезжали несколько раз, номера повторяются, и это облегчит работу. Скрытая камера была установлена в будке охраны за воротами, с этого места был неплохой обзор, разрешение камеры довольно высокое, поэтому и качество видеозаписей хорошее. Оператор, чтобы сократить время просмотра, будет проматывать отрывки записи, где нет людей и машин.

После полуночи ворота закрывают до утра, таков порядок. Чтобы получить разрешение на въезд, надо предъявить пропуск охраннику, сидящему в будке с внешней стороны забора. Он откроет ворота, если пропуск в порядке. Территория перед воротами освещена достаточно хорошо, чтобы увидеть номера машин, лица водителей и пассажиров, сидящих спереди. В дневное время машины перед воротами тоже останавливаются, всего на несколько секунд, поскольку там лежачий полицейский. Оперативники в зале опытные, не один десяток лет отработавшие в уголовном розыске, у всех профессиональная память на лица. Многих бандитов и убийц полицейские знают, как говориться, лично. И знают очень неплохо. 

Возможно, кто-то из сидящих в зале сможет опознать в водителе или пассажире криминального авторитета или человека, проходившего когда-то по делу об убийстве. Сомнений в том, что действовал профессионал, нет. Преступление неплохо подготовлено и выполнено почти безупречно. Девяткин занял место на стуле, свет погас, на экране появилось изображение автомобиля, стоявшего возле будки с охраной. 

За то время пока сыщики смотрели видеозаписи, были установлены владельцы почти всех машин, заезжавших в поселок. Где-то три четверти автомобилей – частные, остальные служебные. В основном из гаража правительства России, крупных банков и государственных компаний. С владельцами автомашин или их родственниками связались по телефону. Ничего подозрительного не выявлено. 

Вопросы возникли только с фургоном, принадлежащим строительной фирме, которая прекратила существование год назад, и «Мерседесом» последней модели, зарегистрированным на старушку Голубеву Василису Ивановну, шестидесяти восьми лет, не имеющую близких родственников. Старушка, проживает в ста километрах от Москвы, владеет половиной дома в поселке Воробьево и небольшим участком земли. На Голубеву зарегистрирован «Кадиллак», тоже последней модели, и еще несколько довольно дорогих автомобилей. 

Недоразумение со старушкой утрясли быстро. Оказалось, что за небольшую плату она согласилась оформить на себя дорогие машины одного московского бизнесмена, у которого в прошлом году возникли трения с налоговой полицией, запахло серьезными неприятностями. И пришлось срочно переоформлять всю собственность, квартиры, автомобили, особняки и гаражи на посторонних людей, не родственников. Кто-то из знакомых дал бизнесмену адресок Голубевой и шепнул, что старушка – человек верный, надо только ручку позолотить. 

Со строительным фургоном тоже разобрались. Один из хозяев обанкротившейся фирмы не переоформил на себя документы на машину, ездил по старым бумагам. К концу просмотра все оперативники, присутствовавшие в зале, заявили, что никто из водителей и пассажиров, им не знаком. Ошибка исключена. 

(Продолжение здесь)