Олимпийская чемпионка по фигурному катанию Елена Бережная стала тренером. Она работает в группе своей наставницы Тамары Москвиной. Фигуристка рассказала корреспонденту «АН-онлайн» как она встала к тренерскому бортику и почему молодые фигуристы не хотят заниматься парным катанием.

АН: Елена, почему вы решили заняться тренерской работой?

Е.Бережная: Благодаря моему тренеру Тамаре Николаевне Москвиной, это она попросила меня поработать в ее группе. И я согласилась.

АН: Не жалеете?

Е.Бережная: Просто я поняла, что надо работать на благо России, делать что-то полезное для общества, как бы пафосно это не звучало. Я делаю первые шаги в этой профессии. Кататься самой и тренировать других людей – это совершенно разные вещи. Так, что пока внедряюсь в это новое для себя дело, занимаюсь с маленькими, начинающими фигуристами. Пытаюсь понять, как с ними работать, какие слова подобрать, чтобы они меня поняли. Очень многому учусь у Тамары Николаевны, по сути, она учит не только своих учеников, но и меня.

АН: Вы работаете с одиночниками или парами?

Е.Бережная: С теми ребятами, которые захотели заниматься парным катанием. Мы этих детей смотрим, работаем с нуля.

АН: Им, наверное, льстит, что они занимаются у олимпийской чемпионки Елены Бережной?

Е.Бережная: Конечно, они знают, кто такая Елена Бережная. Но дети ведь маленькие, поэтому особо не расспрашивают про те годы, когда я выступала. Пусть для начала научатся кататься на коньках.

АН: Желающих заниматься парным катанием много?

Е.Бережная: В том – то и проблема, что нет. И с каждым годом таких ребят становится еще меньше. Юные спортсмены не горят желанием переходить во «второстепенную» дисциплину. Да, и родители категорически против этого. Видимо мечтают вырастить из своих детей будущих Евгениев Плющенко. В Петербурге сейчас сложилась такая ситуация, что просто некого толкать вверх, вести к пьедесталу. А возможно просто мальчики стали другими, на мальчиков совсем непохожими. Мы столкнулись, с боязнью взять на себя ответственность. Ведь в парном катании нужно поднимать партнершу в поддержке, «бросать и ловить» ее. Это самый сложный спорт. Помимо исполнения прыжков нужно научиться исполнять массу других сложных элементов. Отвечать не только за себя, но и за партнера.

АН: Далеко не все чемпионы стремятся встать у тренерского бортика. Ведь это тяжелая работа, и к тому же малооплачиваемая работа.

Е.Бережная: Вы правы. Я, думаю, чтобы у нас появились хорошие тренеры, такие как Алексей Урманов, Оксана Казакова, знающие все о фигурном катании, нужно ввести контрактную систему. Чтобы люди не работали, как мы за 15 тысяч рублей в месяц. Но лично мы это делаем из любви к фигурному катанию и Тамаре Николаевне Москвиной. Вот и получается, что наши чемпионы до последнего катаются в различных ледовых шоу, пока у них ноги не начинают отваливаться.

АН: Сына с дочкой тоже отдали в фигурное катание?

Е.Бережная: Они катаются на коньках, но особого рвения к занятиям не проявляют. Да и у меня нет времени, чтобы каждый день отводить их в кружки. Я ведь работаю на двух работах.

АН: А вы их сами тренируете?

Е.Бережная: Нет. Я вообще считаю, что своих детей категорически нельзя тренировать. Ребенок видит в тебе только маму, а на маме можно висеть, не слушаться. Поэтому у нас есть тренер. Так что у мамы — своя тренировка, у детей — своя. Они раз в неделю ходят на фигурное катание. Но это, скорее, для души или для здоровья.

АН: Сын, наверное, мечтает стать хоккеистом, а не фигуристом?

Е.Бережная: Естественно Тристану, как мальчику больше нравится хоккей. В «Юбилейном» он видит, как тренируются его сверстники. Он не раз мне говорил, что он уже умеет держаться на коньках и зачем ему ходить на фигурное катание. Но я не хочу его обманывать и говорить, мол, научишься кататься — отдам в хоккей. Дело в том, что у меня нет возможности отдать его в этот вид спорта. Потому что нужно будет отвозить-привозить его на тренировки, возить огромные баулы с амуницией. Я к этому не готова. Но и заставлять заниматься фигурным катанием насильно тоже не буду.

Добавляйте CСб в свои источники дзен