За последние годы в России появилось немало иностранных тренеров - в футболе, баскетболе, биатлоне, прыжках с трамплина, фехтовании, дзюдо… И многие из них добивались отличных результатов. В текущем году по пути коллег из других видов спорта пошла и Федерация гребного слалома России. С ней работает француз Жан-Ив Шётен, который призван вывести российских мастеров бурной воды на новый уровень.

Приезд Шётена в Россию совпал с настоящим сражением в Международном олимпийском комитете (МОК) за право того или иного вида спорта быть представленным в программе Игр. Больше всего не повезло спортивной борьбе. Но среди «кандидатов на вылет» были гребля на байдарках и каноэ и гребной слалом, объединённые в единую международную федерацию - ICF. К счастью для многочисленных (в том числе и в России) любителей малого весла, в этот раз «пронесло». Но борьба в будущем предстоит нелёгкая.

Франция – одна из признанных законодательниц мод в гребном слаломе. Из 28 олимпийских золотых наград, разыгранных на бурной воде, в копилке французских мастеров – шесть медалей высшей пробы. (У России пока что только одна «бронза», добытая в 2008 году). На Олимпиаде в Лондоне французы завоевали два из четырёх первых мест, а на нынешнем Чемпионате Европы – четыре из девяти. Так что приглашение Шётена, работавшего с чемпионами и призёрами крупнейших стартов, представляется вполне логичным шагом.

С 6 по 9 июня у него состоялось боевое крещение: сборная России под руководством Шётена выступила на Чемпионате Европы в польском Кракове. Выступила, надо признать, не слишком удачно. Ни одной медали, одно четвертое место и всего лишь 12-е общекомандное место. Впрочем, тренер едва ли виноват – он ведь только начал работать с командой. Но проблем, требующих решения, у него просто непочатый край.

Что до сих пор мешает России постоянно добиваться успехов в гребном слаломе, хотя сплавами по рекам в нашей стране занимаются десятки тысяч человек? С чем связана мода на иностранных тренеров? Почему тот или иной вид спорта могут исключить из олимпийской программы? Об этом и многом другом Жан-Ив Шётен рассказал в интервью «Аргументам недели».

- Почему вы решили поработать в России? Вас не отпугивали стереотипы про «дикую холодную страну, где медведи по улицам ходят»?

- Это не более чем стереотип, имеющий мало отношения к действительности… Я родился в горах, где отнюдь не всегда жарко. Спорт всегда играл большую роль в моей жизни. И я хотел сделать так, чтобы мой любимый вид спорта развивался в разных странах. Поэтому я с удовольствием принял предложение поработать в России.

- Отчего в России столько иностранных тренеров? Много ли их во Франции?

- Во Франции уже много лет существует стройная иерархия подготовки – от обычного клуба до национальной федерации. Подобное есть и в гребном слаломе, и в дзюдо, и в фехтовании, и в других видах. Это целая система, своего рода семья, куда постороннему очень трудно встроиться. Естественно, в ведущих футбольных клубах Франции есть иностранные тренеры, но это – особый разговор. Мы тут ничем не отличаемся от других стран.

В России же прежняя система подготовки спортсменов развалилась в 1990-е гг. Во многих случаях вам пришлось всё выстраивать заново. Опыт существования спорта в нынешних экономических условиях был на Западе – в частности, во Франции. Так что обращение к иностранным специалистам вполне логично. Сегодня у вас есть Фабио Капелло в футболе, а в дзюдо и фехтовании работают мои соотечественники.

- Как вы оцениваете уровень российских мастеров гребного слалома? Что мешает им постоянно становиться призёрами Олимпиад, Чемпионатов мира и Европы?

- Российские спортсмены – замечательные, их уровень очень высок. Им просто нужно помочь в организации тренировок, привить психологию победителя. Но это – только часть проблемы. Российские атлеты много времени проводят в разъездах, поскольку на родине им негде тренироваться. Из-за бытовых вопросов и бесконечных перелётов накапливается усталость, которая сказывается на результатах.

- В общем, опять дело упирается в отсутствие полноценных спортивных объектов… А как вам трасса в городе Окуловка Новгородской области, где проходят Чемпионаты России?

- Окуловка – интересное место, там хорошая тренировочная трасса. Но это не полноценный слаломный канал. Саму трассу надо модернизировать, доводить до международного уровня. А в самом городе нужно развивать инфраструктуру, строить дороги и гостиницы. И тогда у России есть все шансы обрести слаломный канал высокого уровня. Во Франции есть два больших канала, где проходят крупные соревнования, и множество мелких.

- Как вы сами пришли в гребной слалом? Насколько популярен ваш вид во Франции? Всё-таки он много раз пополнял французскую медальную копилку…

- Для человека, выросшего в горах, гребной слалом – естественное увлечение. Им занимаются миллионы человек во всём мире, и многие тысячи – на моей родине. У нас есть целая сеть клубов. Так, в моём родном клубе у меня был очень хороший тренер, который увидел у меня способности и позволил мне их раскрыть. Но федерация у нас небольшая. В ней работает всего 35 человек. Скажем, штат федерации дзюдо и фехтования во Франции существенно больше.

- Вид спорта у вас прекрасный и весьма популярный. Как же вообще мог встать вопрос о том, что его могут исключить из олимпийской программы?

- Не стоит жаловаться на МОК, просто надо следовать установленным правилам игры. У олимпийского вида спорта должна быть широкая география, им должны заниматься в достаточной степени и мужчины, и женщины. Конечно, требование о равенстве мужских и женских дисциплин многим кажется спорным. Ведь о полном равенстве между полами говорить нельзя – у них разные результаты. Синхронное плавание и художественная гимнастика – не для мужчин. Но правило – есть правило.

- То есть, вы едва не попали под раздачу по «гендерным» причинам?

- У нас в гребном слаломе четыре комплекта наград, из них один – женский. Если взять вместе с греблей на байдарках и каноэ по гладкой воде, то женских дисциплин – пять из 16-ти. Скажем, руководители велоспорта сделали выводы, и уравновесили число мужских и женских дисциплин ещё накануне Олимпиады в Лондоне. И их дамоклов меч изгнания из-за полового «перекоса» не затронул. Да, у них есть тяжелейшая проблема допинга, но это – другой вопрос.

- Но может, есть какие-то ещё причины? Ведь художественная гимнастика и синхронное плавание в программе Игр остались…

- Естественно, дело не только в неравенстве мужских и женских видов. Есть, например, проблема конкуренции. Скажем, в плавании она намного выше, чем у нас. Конечно, 300 лодок на 16 комплектов олимпийских наград – неплохо, но можно и лучше. Другие виды ведь тоже развиваются. Потому мы и должны думать о развитии нашего вида спорта в мире, о строительстве каналов, о необходимой инфраструктуре.

Существует ещё такой момент. У нас в гребном слаломе есть такое правило: если спортсмен коснулся ворот – ему начисляется штраф. Но на глаз нарушение не всегда видно. Многие оспаривают наказание, подают протесты, и соревнования затягиваются. Это то же самое, что в прыжках в высоту и с шестом в лёгкой атлетике. Но там всё ясно. Если ты не сбил планку, попытка засчитана – даже если планки ты коснулся. Мне кажется, что гребной слалом мог бы двинуться тем же путём.

- От вас, как и от Фабио Капелло, ожидают прорыва. Какой результат на ближайших крупнейших стартах вы сочли бы приемлемым? Есть ли шансы на медали в Рио-2016?

- Мне хотелось бы стать волшебником, но я всего лишь человек. Синьор Капелло – великий тренер, но он тоже человек, а не маг. Если в финалах Россию будут представлять 3-4 лодки, а лицензии на участие в чемпионатах Европы и мира получат 6-7 лодок – это будет неплохо. Тогда придут и медали. Российские мастера бурной воды готовы к покорению новых вершин. И у них есть отличные шансы для того, чтобы через три года вернуться из олимпийского Рио-де-Жанейро с медалями.

Добавляйте CСб в свои источники дзен