фото автора

Январь в этом году был на редкость щедр: вон, сколько снега накидал, видимо, извиняется за скупой декабрь, даже новогодней ночи не подаривший ни снежинки. Январь валил снег в таких количествах, что городские дворники отчаялись посыпать дороги мерзкой химической дрянью, а лишь безропотно нагребали вдоль дорожек гигантские белоснежные сугробы, похожие на валы сбитой сметаны.

Да-да. Из взбитой с сахаром сметаны. Фантастически вкусный крем. Нежный, легкий, в меру жирный, не то что масленый, с легкой кислинкой. Когда-то его готовила моя бабушка для торта Негр в облаках, получившего название задолго до изобретения толерантности. Чернокожим его назвать невозможно, ибо черным он был изнутри – из шоколадных бисквитных коржей, назвать его Африканец в сугробе – тоже не вполне толерантно будет. Кроме того, шоколадный бисквит на мой вкус слишком приторный, не хватает фруктовой свежести.

А потому я решила делать торт Московский сугроб. В московском же сугробе может быть все что угодно. Например, трубы, которые в немыслимых количествах разложены по городу. А в трубах, в трубах торта будет течь черничный сок. Или черносмородиновый, или клюквенный, или даже лимонный-апельсиновый… Трубы же будут из рассыпчатого песочного теста, решила я и отправилась за сметаной. Хорошей, жирной рыночной сметаной.

Сметаны я купила 750 грамм: 120 грамм – для теста, остальное – на крем.

Еще я взяла 180-граммовую пачку сливочного масла, три с половиной стакана муки (грамм 300-350) и полтора стакан сахара (тоже грамм 300 – для крема и теста), чайную ложку разрыхлителя и стакан мороженой черники.

Согретое до комнатной температуры масло смешала со 120 граммами сметаны и полстакана сахара, взбила миксером до пышности и полного растворения сахара.

Муку просеяла, всыпала в сладкую смесь сметаны с маслом три стакана муки вместе с разрыхлителем и замесила мягкое, эластичное тесто. Поскольку мука всегда чуть-чуть разная, иногда трех стаканов муки не хватает, приходится немного добавлять, чтоб тесто перестало прилипать к рукам, столу, и миске. Тесто завернула в пищевую пленку и убрала в холодильник минимум на два часа.

Духовку включила разогреваться до 200 градусов Цельсия.

Остывшее, отдохнувшее тесто поделила на 10 кусков. Каждый сначала руками скатала в колбаску, а потом скалкой раскатала в продолговатую тонкую лепешку шириной сантиметров 5, длиной – 25-30. Лепешки получились тонкие, но не прозрачные – как раз длиной с противень.

лепешки

Посреди каждой лепешки, вдоль, выложила в два ряда замороженные ягоды так, чтобы было удобно наглухо завернуть их в тесто – сначала короткие края, а потом внахлест длинные, все швы аккуратно, придавила, чтобы получилась настоящая труба с начинкой.

Пока возилась с трубами, духовка раскалилась, а мороженые ягоды остудили тесто так, что его стало удобно перекладывать на тесто, выложенное пекарской бумагой. На противень влезло пять труб: между ними должно быть расстояние сантиметра в 2-3 – чтобы не слиплись во время выпечки. Пекла поэтому в два этапа – по 12-15 минут каждую порцию – вынимала, сразу, как зарумянятся.

трубы

Готовые трубы (некоторые потекли, но это только придало торту реализма) оставила остывать и занялась кремом.

Вот уж это совсем просто: всю оставшуюся сметану – 630 грамм – и сахар – чуть меньше стакана (грамм 150-180 – количество зависит только от степени любви к сладкому) взбить миксером минут пять-десять, чтобы получить густую, хорошо держащую форму пену.

Торт можно собирать. Лучше на кухонной доске или подносе – во-первых, чтоб дно ровное было, во-вторых, торт получается прямоугольный. Если подходящего основания для торта нет, можно просто вырезать кусок картона нужного размера и замотать его в пищевую пленку или фольгу.

Итак, торт Сугроб московский.

сугроб

Начала с четырех труб, в ряд уложенных на основание. Трубы тщательно смазала кремом, в крем уложила три трубы, опять обмазала кремом, на них – две, и тоже слой крема. Наконец, последняя труба и весь оставшийся крем надежно скрывает трубы с глаз долой.

Мне очень хотелось остатками растаявшей черники по белому сугробу торта проложить след проехавшего велосипеда, но сын запретил: «Вечно ты, мама, со своей страстью к натурализму!»

Все. Осталось убрать его в холодильник, минимум на ночь – пусть пропитается, застынет.

разрез сугроба