Я точно знаю, как у Киплинга получилась сказка про Рикки-Тикки-Тави. Однажды, когда умученный лондонским туманом писатель погрузился в угрюмый сплин, его старый слуга-индус достал к ужину - а истинный джентльмен обязательно ужинает, даже если у него такая тоска, что вилка валится из рук - из старого буфета заветную баночку, закрытую вощеной бумагой, запечатанную воском или даже сургучом, и поставил ее на стол рядом с банальным ростбифом…

Но хозяин был просто парализован беспросветным смогом и не видел ничего вокруг. Тогда слуга пошел на крайние меры: он собственноручно разломал сургуч, сорвал бумагу, и…

Мрачная лондонская комната ожила, наполнилась звуками джунглей: заворочались на ветках бандерлоги, вскрикнула спросонок птица, где-то вдали призывно протрубил слон и тут же толстая, неповоротливая крыса из тумана ловко юркнула под плинтус, а черная кобра смога безропотно проскользнула через приоткрытую форточку на улицу, в секунду просочилась мимо фонаря и свернулась тихим клубочком где-то за помойкой.

А все потому, что из банки выскочил маленький юркий мангуст, или мангус, как называют его индийцы: мехом и хвостом он походил на кошечку, но его голова и нрав напоминали ласку; его глаза и кончик беспокойного носа были розовые; любой лапкой, передней или задней, он мог почёсывать себя везде, где угодно; мог распушить свой хвост, делая его похожим на щётку для ламповых стёкол, а когда он нёсся через высокую траву, его боевой клич был: рикк-тикк-тикки-тикки-тчк.

То есть, вы, конечно, понимаете: никакого зверька в банке не было, оттуда просто вырвались спрятанные до поры - до времени ароматы колючего имбиря, сладкого изюма, пряного карри и леденящей гвоздики. Именно так пахнет, и не спорьте со мной, в глухой деревеньке, затерявшейся в джунглях где-то под Бомбеем – там, где жил бесстрашный борец со змеями Рикки-Тикки-Тави, где никогда не бывает унылого смога, превращающего сердце в хрупкий кусок угля.

Запах этот исходил от Чатни – соуса, приправы, превращающей скучный ужин в летнюю трапезу, унылый вечер – в восточную сказку, тоскливое обсуждение утренней двойки – в бодрый спор о разудалых планах на ближайший выходной.

В Чатни можно брать любые фрукты – абрикосы и персики, груши и яблоки, клюкву и дыню, крыжовник и смородину, сливу и даже ананас, почему-то недоеденный гостями.

На два килограмма фруктов (только не кладите все в одну кастрюлю – остановитесь на двух-трех видах) нужно взять хорошую горсть изюма, полкило сахару, пол-литра винного уксуса, 50 грамм натертого на терке имбиря, половинку острого перчика – без зернышек, еще понадобится луковица мелко порезанная, чайная ложка карри и штук десять перемолотых гвоздичек.

Фрукты – если они крупные – надо порезать, косточки выкинуть. В кастрюлю залить уксус с сахаром, поставить на не очень сильный огонь. Как только сахар растворится – всыпать фрукты, лук, изюм, имбирь, перец и пряности, дождаться, когда закипит, уменьшить огонь и варить часа полтора-два – пока смесь не покоричневеет, загустеет, а фрукты не станут мягкими, почти разваливающимися.

Тем временем у нас уже готовы банки. В них раскладываем горячий Чатни, закрываем, ждем, когда остынет и убираем месяца на два – до первого предзимнего смога – в кладовку – пусть созреет-настоится.

Но чтоб попробовать, уже завтра можем открыть одну, выложить на тарелку оставшегося с ужина риса или макарон и попробовать: может, и от этой маленькой толики ароматов у нас тоже получится сочинить сказку. Если не про Нага и Рикки-Тикки-Тави, то хотя бы про вот этот кленовый лист, который при ближайшем порыве ветра сорвется с ветки, заглядывающей в окно и улетит навстречу приключениям.

Без гламура. Рецепт дня для мужчин и детей. Секрет Киплинга

Картина дня

Наши публикации