Без гламура. Вся правда о Норвежском лососе

Знала бы атлантическая семга, жизнерадостно курсирующая вдоль побережья Баренцева моря, заплывающая на нерест то в Кольский залив, то в норвежские фьорды, какие страсти разгораются вокруг нее, обязательно публично отказалась бы от звания Норвежского лосося.

Но дело в том, что рыбе границы государств человеческих в ощущения не даны, а если и даны (ведь точно мы не знаем, что там рыбы ощущают и понимают – они же с нами не разговаривают), то границами этими семга, как и все остальные, не относящиеся к виду вертикальноходящих двуногих говорящих обитателей Земли, равнодушно пренебрегает. А плавает себе по своим собственным делам по Атлантическому и даже Ледовитому океану от Португалии до российского Белого моря. Плавает вдоль берега, охотится на селедку, салаку да кильку с корюшкой, жиры нагуливает, а потом отправляется в прибрежные реки – на нерест.

Некоторые же экземпляры предпочитающие оседлый образ жизни, доплывают до озер, тоже надо сказать, совсем без учета государственных границ, остаются на вечное поселение.

Некоторые ушлые да наблюдательные человеки – обитатели окрестностей таких озер – додумались до того, что озерную семгу, если регулярно прикармливать, можно разводить, как карася, например, который уже давно в домашний скот превращен.

Сначала семгу рыбкой прикармливали, потом, постепенно, как и весь домашний скот, на синтетические корма перевели, на которых рыбка растет да жиреет не по дням, а по часам, но из натуральной сама в полусинтетическую превращается. И делают так, смеем заметить, все производители домашней рыбы – тоже без учета государственных границ. А потому форель, выращенная в рыбохозяйстве где-нибудь на речке Сходне под Москвой, мало чем по вкусу отличается от гигантского Норвежского лосося, прошедшего три таможни, получившего пять паспортов и семь справок о состоянии здоровья.

А потому, вместо того, чтобы загрязнять ноосферу истерикой о вредоносности большой человеческой политики, пойдем-ка мы с вами на рынок, купим килограмм семужьих брюшек, которые иногда почему-то называют фаршем из семги. Принесем домой, разморозим, если мороженый купили.

Возьмем с четверть батона белого хлеба, снимем корку, замочим в молоке.

Почистим две большие репчатые луковицы.

Порежем полпучка укропа.

Все вместе пропустим через мясорубку, добавим соли и перцу молотого – по вкусу. Лучше всего перец брать белый, но если нравится, кто мешает красный и черный добавить?

Все тщательно вымесим.

Духовку раскалим до 200 градусов.

Найдем подходящую форму, чтоб в нее наш фарш выложить слоем сантиметра в два-три. Форму смажем маслом растительным, фарш распределим по форме, сверху еще немножко маслом смажем и отправим в духовку. Температуру уменьшим до 180 градусов и оставим рыбу в духовке минут на сорок.

Как корочка зарумянилась – можно вынимать, да на стол накрывать.

Лимон не забудьте порезать: он к рыбке идет не хуже лука и укропа.

Кстати, если вы думаете, что из трески или мойвы запеканка менее вкусной получится, то вы ошибаетесь. И есть ее можно горячей – с картофельным пюре, например, или с мамалыгой (тогда хорошо сок из формы с лимоновым соком смешать, да им мамалыгу поливать), а можно холодной – с маслинкой или салатом овощным, заправленным маслом растительным и лимоном или уксусом.

Без гламура. Вся правда о Норвежском лососе

Картина дня

Наши публикации